Чтение онлайн

– Как вы тогда оказались на поляне посреди леса?
– Маша посмотрела ему в глаза.

Жук взгляда не выдержал. Он вытер пот со лба многострадальным галстуком.

– Я больной человек. Мне врачи прописали покой. А вас накажут за то, что вы надо мной издеваетесь.

– Как вы оказались на поляне посреди леса?
– Маша позволила железным ноткам проступить в своём голосе.

– Я пошёл туда!
– Жук, продолжая дышать открытым ртом, полез в ящик стола. Оттуда он извлёк трубку и коробок длинных спичек. Словно не замечая её пристального взгляда, он попытался закурить.

Маша поднялась со своего места и чуть нагнулась над столом. Одно движение - и трубка оказалась у неё в руках. Маша сломала чубук и положила обломки на стол между собой и Жуком.

– Я задала вопрос.

– Девушка, что вы себе позволяете!
– Жук подскочил на месте. На его лице выступил нервный румянец. Руки тряслись как у закоренелого алкоголика.
– Вы не смеете! Эта вещь денег стоит! Их вычтут из вашей зарплаты! Да с вас погоны сорвут!

– Да? Замечательно.
– Маша позволила себе кривую улыбку. Она стояла, уперевшись руками на край стола и смотрела на собеседника сверху вниз.
– А вас посадят в одну камеру с магом, убивающим людей из идейных побуждений.

Жук упал на стул. Он не выпускал из рук кончик галстука, которым то и дело вытирал покрывшееся испариной лицо.

– Мне плохо, - выдал он, хватая ртом воздух, - девушка, вызовите скорую. Вы не видите, что мне плохо?

Маша плеснула воды из графина в стакан, стоящий тут же, и придвинула стакан Жуку. Он протянул руку за стаканом и по дороге ко рту расплескал половину. Другую половину выпил, усердно стуча зубами о край.

– Что вы делали посреди леса в час дня?
– повторила свой вопрос Маша. Она склонила голову чуть на бок, приготовившись внимательно слушать.

– У меня сердце больное, - доверчиво пожаловался Жук.

– Всё ясно, разговаривать вы не хотите, - Маша поднялась на ноги и пошла к выходу.
– Товарищ сержант, будьте добры, отвезите Бориса Игнатьевича в участок. Пусть отдохнёт немного.

Она обернулась на притихшего Жука и позволила себе усмехнуться.

– Тут ваш один тоже долго упирался. Ночь в камере посидел и всё рассказал.

– Вы не имеете права!
– визгливо запричитал Жук.
– Вы ничего не доказали! Вы не можете меня обвинять!

– Ошибаетесь, - хмыкнула Маша.

– Не-не-не надо в камеру. Давайте так поговорим, - хватаясь за сердце, Борис Игнатьевич по стенке пополз прочь от вошедшего сержанта.

– Слушаю вас, - с нажимом произнесла Маша. Она сделала знак милиционеру, и тот отступил.

– Раз вы такие умные все тут, то конечно знаете, что у нас была налажена контрабанда в мир магов, - неохотно начал он.
– В тот день у нас была назначена встреча с покупателями. Миф пошёл на неё, а у меня тут были некоторые дела. Я позже подъехал, смотрю - стражи порядка мира магов. Они и Мифа убили, и наших покупателей повязали. Я хотел разобраться, они и меня... успокоили. Спасибо, что не насмерть ещё!
– он погрозил кому-то за спиной Маши толстым пальцем.

– То есть, именно стражи порядка мира магов убили Мифодия Кирилловича, я правильно поняла?
– удивлённо приподняла брови Маша.

– Правильно, - передразнил её Жук.
– Убили они его. А зачем - откуда я знаю, они мне не объяснили. Стукнули - и все дела. Видимо пронюхали про контрабанду, вот и озверели.

– Плохо вы врёте, Борис Игнатьевич, - прошипела сквозь зубы Маша.
– Без вдохновения. Даже слушать вас неинтересно. На данный момент результат таков: вы обвиняетесь в пособничестве убийству Мифодия Кирилловича. Если захотите поделиться сведениями, зовите. Только мой вам совет, следующий раз придумайте что-то более правдоподобное.

– Конечно-конечно, - лицо Жука из болезненного сделалось слащаво-дружелюбным.
– А я вот неплохой рецептик масочки вам могу порекомендовать. Знаете, хорошо помогает от синяков под глазами. А то вы, наверное, ночами всё плачете, да?

Выражая сожаление, он пощёлкал языком.

– Как жалко, совсем молодая, а тут такое горе. Да не кривись ты, не кривись. Все знают, что у вас с ним роман был. А тут такое несчастье. Ну, я не осуждаю вас, не осуждаю. Дело-то молодое. Рецептик дать?

– Отвезите его в участок, - стальным голосом произнесла Маша.

Она вышла из комнаты, призвав остатки выдержки, чтобы не хлопнуть дверью.

...- Демоны!
– Маша бессилью тряхнула руками, когда оказалась в кабинете Мифа.
– Демоны, демоны!

Краем глаза она заметила, как от неожиданности подпрыгнул Ник, сидящий за компьютером. Она рухнула на стоящий неподалёку диван и уткнулась лицом в колени.

– Маша, - неслышно подкравшийся Ник постучал кончиками пальцев по её плечу.
– Можно к тебе?

– Жучара, - выдала она без всякого предупреждения.
– Мерзкий скользкий тип. Мне бы с ним один на один в тёмной подворотне, я бы из него такое сделала, ни один врач не собрал бы.

– Конечно, - подтвердил Ник.
– Поэтому ему очень повезло, что все происходило не в подворотне.

– Я всё сделаю, чтобы он сел прочно и надолго, - пообещала Маша.
– Мерзавец.

– Ещё какой мерзавец. Ну успокойся. Не стоит он твоих нервов.

Маша подняла голову от колен и увидела сидящего перед ней на корточках Ника. У него было такое расстроенное выражение лица, словно это он сам только что довёл Машу. Она хотела улыбнуться, но не получилось.

– Контрабанда - это просто хорошо придуманная ложь, - вздохнула Маша.
– Линхи говорил, что Мифа убили заказчики, а этот тип утверждает, что стражи порядка из мира магов. Какие хорошие стражи порядка, однако. И Жук совершенно забывает, что с ними был Линхи, а он там был. Нет, нет, ничего не стыкуется. Никакой контрабанды не существовало. Они прячут за этой легендой гораздо более серьёзные преступления. Но какие?

Она бессильно взмахнула руками.

– Ник, ты что-нибудь нашёл про девушек, на которых были собраны досье?

– Знаешь, - Ник поднялся с корточек и подошёл к компьютеру.
– Единственное, что вас всех связывает, так это семейное положение. Они не замужем. Ты тоже. Но что это значит, я понятия не имею.

– А подробнее про каждую можно?
– попросила Маша.

– Можно. Одна учительница начальных классов. Двадцать пять лет, живёт в Полянске с родителями и двумя сёстрами. Вторая...
– он покрутил колёсико компьютерной мыши.
– Вторая живёт в интернате для людей с отклонениями в физическом развитии. Двадцать четыре. Нью-Питер. Ещё одна - поэтесса. Живёт одна, не известно на что, не известно как, но регулярно появляется на улицах Полянска для того, чтобы на публике прочесть свои стихи... Дальше?

– Нет, дальше не надо.
– Маша тяжело вздохнула и откинулась на спинку дивана.
– Я и так поняла, что попала в очень интересную компанию.

– А, вот ещё что занятно. Та, которая из интерната, проявляет какие-то странные способности. Вроде медиума. Что-то там предвидела, про неё даже в газетах писали. Можно начать их проверять прямо сейчас, - предложил Ник.
– По крайней мере, тех, которые живут в Полянске. На остальных пошлём запросы. Тут не только из Нью-Питера. Много из маленьких городков под Нью-Питером.