Чтение онлайн

Дверь в смежное помещение открылась, запустив из коридора шум и гомон возбуждённой толпы. Кот поморщился: кто-то, кто «имел доступ к телу» и кого пропустила охрана из его Гвардейцев, пришёл снова, и наверняка снова же с чем-то «архиважным» или «неотложным». Голова от этих «важнейших дел» уже просто распухала, а отказаться от их решения возможности не было, как и делегировать полномочия: все и так были заняты, а доверенных лиц у Кота было не очень-то и много. Да и, по правде говоря, и бегали к нему только эти самые доверенные лица, остальных гвардейцы просто не пропускали.

— Командир! — в раскрывшейся внутренней двери показалась хитрая рожа Гарсена. — Ты не поверишь, кого я обнаружил! Заходи давай!

Гарсен подался назад, практически впихнув в помещение кого-то, кого до этого скрывал за своей спиной.

Шагнувший вперёд человек, щеголявший флотской имперской формой, силовыми наручниками и какой-то общей помятостью, запнулся и мелко просеменил пару шагов вперед, остановившись и вскинув голову только перед самым Котом. Открывшееся лицо кого-то смутно напомнило… Кот и «гость» замерли, разглядывая друг друга.

— Эм-м-м… Лейтенант Стэйни? Сержант Дикий? — одновременно произнесли они, немного «зависнув» от такого взаимного опознания.

— Уже капитан! — снова одновременно ответили оба, рассмеявшись.

Вернее, рассмеялся только Кот, Стэйни же только криво ухмыльнулся.

— Похоже, попадать ко мне в плен входит у тебя в привычку! — отсмеявшись, Кот дружески хлопнул Стэйни по плечу. — Гарс! Наручники с него сними! Ты же не будешь глупости делать? — посмотрел он на уже капитана.

— Гарс? — обернулся к старейшине Стэйни. — Надо же… А я сразу и не узнал. Нет, конечно, какие уж тут глупости! — снова повернулся он к Коту. — Бой мы просрали, свой корабль я потерял… Не хватало мне ещё на местного начальника наброситься, чтобы уж совсем для полного комплекта!

— Ну, если «комплект» хочешь — пожалуйста! Все шансы у тебя имеются. — хмыкнул Гарсен, размыкая наручники. — Но не советую!

— Ну не совсем же я дурак… — проворчал Стэйни, одергивая форму.

— Садись, не стой. — Кот кивнул на свободный стул. — Спрашивать «какими судьбами» не буду, явно пришёл в составе имперской эскадры. Но вот остальное услышать было бы интересно… Заодно и отвлекусь, а то голова уже так пухнет, что в дверь скоро не пролезу. — усмехнулся Кот.

— Что услышать хочешь, капитан? — Стэйни потёр запястья. — Как здесь оказался? Гарс твой из толпы выдернул. Пойдём, говорит, со мной, покажу тебя командиру! Я уж с жизнью попрощался… Слухи-то у нас разные ходят. А тут вот тебя увидел, узнались вроде, может, не так всё и плохо будет. Может, замолвишь слово перед своими старшими и не разденут меня до нитки!

— Не разденут, не разденут. — усмехнулся Кот, многозначительно глядя мимо Стэйни на открывшего было рот Гарсена. — Про себя хоть расскажи! Что, как, ну и… остальное, что расскажешь. Капитан уже, говоришь?

— Капитан. Командир крейсера «Ярость Дорза»… Хотя уже, наверное, не командир, и уже не «Ярости». — поморщился Стэйни. — Ваши-то, думаю, крейсер не вернут, да и переименуют скорее всего.

— Конечно не вернут! — кивнул Кот. — Бой вы, как ты сам и сказал, просрали. Корабли потеряли. Так что и я не вижу причин, по которым суда могли бы к вам вернуться!

— Эх! Не везёт мне с этим бароном… — вздохнул Стэйни. — Тогда этот Халим бесноватый попался, сейчас вот адмирал наш и сам подставился, и нас всех подставил…

— Да уж… рванули вы, действительно, резко. — хмыкнул Кот. — Адмирал ваш даже говорить не стал. Эх, не везёт тебе, Стэйни, с командованием, не везёт!

— Всё с бароном этим связано! Только в прошлый раз я был на его стороне, а сейчас — против него! И всё равно не повезло! — поджал губы Стэйни.

— Не-е-ет! Ты не понял! — хохотнул у него из-за спины Гарс. — И в тот раз, и в этот, ты против нас был! Потому и не повезло.

— Может, ты и прав. — пожал плечами Стэйни. — Сейчас-то что? Скажи… Дикий… Что с нами будет? Среди народа всякие слухи ходят. Что барон ваш делать станет?

— При чём тут барон? — приподнял бровь Кот. — Сил барона здесь нет, приказы он нам тоже не раздаёт, поэтому всё решать будем мы сами. А с вами… А что с вами делать? Войны с Империей у нас нет, так, недоразумение вышло. Выкуп, которого вы все так опасаетесь? Так войны же нет, какой тут выкуп? Мы не пираты, чтобы на пустом месте выкупы требовать. Вы напали, мы вам по зубам дали. Что осталось после вашего нападения — то наше теперь. А люди пусть в Империю возвращаются, безо всякого выкупа. Я так думаю. Единственно что, только после расчёта за медицину и прочие, оказанные им здесь, услуги.

— Хочешь сказать, что ваш Росс тоже так думает? — поморщился Стайни. — Хотел бы надеяться, да вот что-то слабо в это верю.

— Да, Стайни… Я же не представился. — Кот встал, одёрнул мундир и под сдавленное хихиканье Гарсена произнёс. — Капитан Дикий Кот Аст Росс. Вот так, Стайни, вот так…

27

Всеобщее ликование давно закончилось, нехотя уступив место необходимости работать. Жизнь поселения постепенно вставала в привычную колею: подъём, гигиена, завтрак… ну, или обед, или ужин — смотря в какую смену предстояло работать, и — на работу! Дела сами по себе делаться не хотели, обязанности тоже не отменялись, поэтому спонтанный праздник, длившийся пару дней, подошёл к концу и наступили привычные будни. Работа — отдых, отдых — работа, где привычные и рутинные обязанности изредка перемежались чем-то более оживлённым, вроде жаркого спора или банальной драки. Люди есть люди, не машины, в жизни им просто необходимо отвлекаться, переключаться на что-то отстранённое от рутины, будь то драка, какое-нибудь шоу или обычный «стаканчик чего-то» после смены! Так было, так есть и так будет, и никакие угрозы, наказания или контроль посредством ИскИнов или нейросетей это не изменит…

А вот на Россе с недавнего времени появилось новое развлечение: круг. Не просто круг, а «Круг»! Место, где стали решать возникающие споры.

Появилось это «с лёгкой руки», ну, или лапы, мрринов. Слишком уж кошаки от людей отличались, а подогретым выпивкой людям слишком уж свойственно явно обращать внимание на неизвестное и испытывать это «на прочность». Один раз их «задели», другой, третий… и не выдержавшие такого кошаки по своей привычке стали вызывать обидчиков на поединки. А что делать, если практика, да и сама теория таких поединков в людской среде отсутствовала как понятие? Нет, конечно, могли разбить друг другу лица, посудиться или ещё каким-либо образом отомстить обидчику, явному или выдуманному, но вот практики «судебных поединков» не было! Пришлось Коту в срочном порядке вспоминать такую «древнюю мрриновскую» практику, объяснять её Кису, а уж ИскИну после этого постараться и включить подобное в скомпилированный тем «свод законов», для исключения ненужных толкований. Кто, как, когда, в каких случаях, почему «да» и почему «нет», ну, и прочие, хорошо знакомые людям, «законодательные нормы». И, как ни странно, дело это всем понравилось! По крайней мере спонтанно случавшихся драк стало гораздо меньше, особенно после жёстких мер наказаний, введённых администрацией поселения. Хочешь подраться? Делай это в специальных местах, под надзором. Нечего собственные рабочие места и глухие закоулки колонии кровавить!

И уж, что таить, где подобные «развлечения» — там и тотализатор. Ставки, пари, прогнозы… Всё то, что обычно уходило в «теневую сторону». Кот же плодить лишние, слабо подконтрольные ему, сущности, не хотел, и контроль над всем этим безобразием взял на себя… Кис. Причём, почуяв запах денег, взял добровольно, даже напрашиваясь. Похоже, все жалобы ИскИна о том, что он «просто разрывается на части» между фабрикой и судебными делами были вызваны лишь нежеланием работать! По крайней мере со ставками, как и с прочими своими обязательствами, Кис справлялся легко и непринуждённо, особенно после недвусмысленного замечания «своего оригинала» о том, что «если будет где провал — то случится ай-яй-яй». Одномоментное своё «отстранение от должности станционного ИскИна», бывшее, похоже, достаточно для него «хлебным» местом, он не забыл, и рисковать новым источником дохода не намеревался, старательно исполняя все взятые на себя обязательства. По крайней мере те три дня, которые прошли после «официального признания Круга», прошли без нареканий.