Чтение онлайн

– Вроде того, - сказала Вероника, вспомнив просьбу Хороноса о том, чтобы они творили, пока были здесь.

Она еще ничего не написала на холсте, но знала, что нарисует свой сон. Она могла бы назвать это "Экстазом пламени". Или "Огненным любовником".

– Моя история будет о...

– Только не говори мне!
– Вероника настаивала.
– Хоронос сказал, что мы не должны говорить о наших проектах, пока они не закончены.

– Кстати, о любителях искусства, - сказала Джинни.
– А вот и он.

Они быстро встали. Хоронос с кем-то пересекал двор.

– Интересно, кого он больше уважает в творческом плане, - с некоторым негодованием предположила Джинни.
– Нас или ее?

– Мне было бы все равно, - заявила Вероника, но все же призналась, что и сама немного задета.

Женщиной, которую Хоронос вел через двор, была Эми Вандерстин, которая, казалось, достигла лучшего из обоих миров: единственное, что было больше, чем ее банковский счет, - это признание критиков. Веронике нравились большинство ее фильмов - психологические истории о женственности, рассказанные темными глазами Полански.

К ним подошел Хоронос, одетый в серые итальянские брюки и черную шелковую рубашку.

– Я рад представить вам Эми Вандерстин, - сказал он.
– Это писательница Вирджиния Тиль и художница-экспрессионистка Вероника Полк, обе довольно известные в своих областях.

Они обменялись рукопожатиями. Эми Вандерстин носила одежду, которая напоминала Веронике о Стьюи: белые кожаные брюки, черные ботинки и ярко-красный кардиган поверх ярко-синей футболки с надписью "Пение птиц мезозоя".

"Клеопатра новой волны", - подумала Вероника.

Волосы женщины были идеально прямыми, с высокой прямой челкой, и выкрашены в белоснежный цвет. Дизайнерские линзы сделали ее глаза фиолетовыми.

– Я видела ваши книги в магазинах, - сказала она Джинни. У нее был холодный, гнусавый голос.
– Надо будет как-нибудь почитать.

– Не стесняйтесь покупать права на экранизацию, - пошутила Джинни.

– Вряд ли, - Эми Вандерстин не шутила.
– Я сама пишу все свои сценарии, - она повернулась к Веронике.
– О вас я не слышала.

– Обязательно услышите, - сказала Вероника.

Затем Эми повернулась к Хороносу.

– Мне бы очень хотелось осмотреть остальную часть поместья, Эрим. У вас безупречный вкус.

Хоронос повел ее обратно к дому.

– Господи Иисусе, - только и смогла сказать Вероника.

– Ты была права, - сказала Джинни.
– Она та еще сука.

* * *

– Стьюи!
– выпалила Джери через линию. В ее голосе слышалось непонятное волнение. Он нанял ее в Сент-Джонсе секретаршей.
– Тебе звонили по первой линии! Это...

– Успокойся, - ответил Стьюи. Сегодня он был чем-то недоволен, подавлен или что-то в этом роде.
– Кто это?

– Это "Коркоран"!

Это прозвучало забавно.

– Чего они хотят? Пожертвования?

– Им нужен ты, Стьюи! Они хотят...

– Я понял, - пробормотал он. Он набрал внутренний номер.
– Говорит Стюарт Арлингер.

– Мистер Арлингер, - раздался сухой и довольно бесполый голос.
– Это Д.Ф. Фитерс. Я составляю расписание мероприятий художественной галереи "Коркоран", - голос произнес "расписание" как "рафписание".
– Вы агент Вероники Полк, экспрессионистки?

– Да, - оживился Стьюи, - не то чтобы я причислял ее к экспрессионистам. Я считаю, что работы моей клиентки не поддаются категоризации.

– Да, конечно.

Это правда, за последний год Вероника приобрела некоторую известность. "Поднять шум" - так называлась художественная выставка. Но достаточно ли она подняла шума для "Коркорана"?

– Мы хотели бы с вами поработать, - сказал ему голос.

Это заявление, произнесенное холодным тоном, заставило Стьюи сесть за стол.

– Вы имеете в виду совместную выставку, рекламный ролик или что-то в этом роде?

– Нет. Мы хотели бы показать работы мисс Полк в эксклюзивном порядке.

– Когда?

– В первую неделю следующего месяца. У нас отменяется показ "Шивер, абстракционист". Мы хотим, чтобы ваша клиентка заняла это место.

В это было трудно поверить так внезапно.

– Мистер Арлингер? Вы здесь?

– Да, да, я просто задумался.

Теперь в голосе слышалось нетерпение.

– Ну, так вам интересно или нет?

– Да, э-э-э, да, мы...
– как ему следует обращаться к бесполому собеседнику? Сэр? Мэм? Директор?
– Есть небольшая проблема...

– Мистер Арлингер. Наверняка вы в курсе расписания вашей клиентки. Она либо свободна, либо нет. Что именно, мистер Арлингер? Если вы не заинтересованы в том, чтобы показать свою клиентку "Коркорану", я уверен, что смогу найти кого-нибудь, кто это сделает.

– Мы заинтересованы, - сказал Стьюи, но что еще он мог сказать, чтобы не показаться некомпетентным?
– Моя клиентка ненадолго уехала из города. Я ожидаю от нее звонка в ближайшее время.

– Готова ли ваша клиентка показать новую работу?

– Я...

"Я, черт возьми, не знаю!
– ему хотелось закричать, - потому что я не знаю, где она, и понятия не имею, как с ней связаться!"

– Я не уверен, до какой степени, и приношу извинения за доставленные неудобства. Она хотела уехать на некоторое время. Я уверен, что она очень скоро свяжется с нами.

– Очень скоро, вы сказали это дважды, мистер Арлингер. Как скоро?

– Я не уверен, - признался Стьюи.
– С моей стороны было бы неразумно принимать какие-либо обязательства, не поговорив с ней. Она очень скрытна в отношении того, что собирается сделать. Но я свяжусь с вами, как только получу от нее весточку. Мне просто нужно немного времени.

– Неделя - это все, что я могу вам дать, мистер Арлингер. Если к тому времени от вас не будет вестей, я буду считать, что вы не заинтересованы в том, чтобы показывать свою клиентку в галерее искусств "Коркорана".

– Я понимаю, - сказал Стьюи.
– И большое вам спасибо, и...

Когда связь прервалась, он заорал:

– Черт бы тебя побрал!

В дверях появилось лицо Джери, студентки колледжа.

– Стьюи, что...

– Убирайся!
– проревел он.

Он швырнул телефон в стену и выбил кусок гипсокартона. Джери в ужасе исчезла.