Чтение онлайн

Джек понял, что это будет нелегко, но тут Рэнди предложил:

– Мистер Карлсон был командиром танка во время Второй мировой войны. Он получил Крест "За выдающиеся заслуги".

– На счету меня и моих парней двадцать семь убитых. "Тигры" и "Пантеры". "Тигров" было трудно вскрыть, у них было более фута брони спереди. Достать их можно было, только попав в кольцо башни. С "Пантерами" было проще: они работали на дизельном топливе и всегда давали течь на стропах. Все, что тебе нужно было сделать, это отправить один фосфорный снаряд на заднюю площадку.

– Мистер Карлсон был в отряде, который освобождал Бухенвальд, - сказал Рэнди.

"Господи, - подумал Джек.
– Неудивительно, что он такой чокнутый".

– Это возвращает нас к тому, что я говорил о богах.

"Боги?"

– Мистер Карлсон, расскажите мне, что вы видели прошлой ночью.

– Мы все являемся точками соприкосновения, - ответил Карлсон, выпуская дым из ноздрей.
– Все. Конечно, у нас есть тела, но внутри мы все - точки соприкосновения. Вы можете определить точку соприкосновения как единицу воли. Вы понимаете меня, капитан? В чем смысл жизни? Зачем мы здесь? На это есть причина, это не просто несчастный случай, хотя в наши дни большинство людей так и думают.

– Хорошо, - отважился Джек.
– Зачем мы здесь?

– Чтобы доказать природу нашей воли.

В этом человеке было что-то притягательное. Он говорил тихо, но очень обдуманно. За изуродованными чертами лица и измученным телом скрывалась глубокая вера. Джек почувствовал озноб: Карлсон, казалось, смотрел на него мертвым левым глазом и что-то видел.

– Мир - это игра страстей, - сказал Карлсон, - вечная драма, где каждый актер олицетворяет либо доброту, либо порочность. Держу пари, для вас это звучит глупо.

– Нет, мистер Карлсон. Это вовсе не звучит глупо.

– Боги, - повторил Карлсон.

Рэнди прислонился к стене. Очевидно, что Карлсон был сумасшедшим, но почему его безумие казалось таким бурным? Джеку очень хотелось знать. Он хотел увидеть сердце этого человека, а не только изуродованное лицо и слепой глаз.

– У вас есть туалет?

– Конечно, мистер Карлсон. Дальше по коридору налево.

Карлсон встал, позвякивая суставами.

"Да, - подумал Джек.
– Он похож на побежденного короля".

Капрал, стоявший у двери, отвел старика в туалет.

– Он бывал в Краунсвилле много раз, - объяснил Рэнди.
– Городские копы ловили его, когда он бродил ночью по докам. Карлсон рассказывает им о богах, точках силы и прочем, и они отправляют его на стандартное психологическое обследование. Он не получает социальное пособие и отказался от армейской пенсии по инвалидности. Я в некотором роде восхищаюсь им.

– Я тоже, - согласился Джек.

– Жаль, что он некомпетентен для дачи показаний.

Джек закурил и выпустил дым.

– Меня это не волнует. Я просто хочу знать, что он видел. Ни словесного салата, ни розовых слонов, ни инопланетян в кармане. Не похоже, что он выдумывает истории, и он не похож на шизика, не так ли?

– Нет. И это меня бесит.

– Почему?

– Послушай продолжение его истории, Джек.

Карлсон, пошатываясь, вернулся в комнату, высоко подняв голову под развевающимися, как грива, волосами: гордость в руинах.

– Мистер Карлсон, когда вы ели в последний раз?

– Я ем три раза в день, сынок. Удивишься, что готовят в ресторанах в центре города. Я, наверное, питаюсь лучше, чем ты.

Джек вспомнил свой последний ужин перед телевизором и был склонен согласиться.

– Как насчет приюта, мистер Карлсон? У нас есть департаменты штата и округа, которые могут найти для вас жилье.

– У меня есть жилье, сынок. Прекрасное, очень хорошее место.

– Где?

– Мир, - ответил Карлсон с едва заметной полуулыбкой.

Он закурил еще одну сигарету "Кэмел" Джека и стал методично ее выкуривать.

Джек пристально посмотрел на эту человеческую развалину, и его наконец осенила единственная важная мысль. Карлсон, несмотря на полную нищету, был абсолютно и искренне счастлив.

– Давайте вернемся к тому, что вы говорили о богах.

Карлсон кивнул так же беспристрастно, как полицейский, рассказывающий о задержании.
– Боги создали мир и подарили его нам. Хуже всего то, что большинству людей все равно; они думают, что они - подарок судьбы. Мне не по себе от того, что люди могут быть такими эгоистичными, принимать всю красоту как должное, абсолютно все. А мне это нравится.

– Что, мистер Карлсон?

– Красота, радость. Это повсюду, куда ни глянь. Дело в том, что когда ты перестаешь смотреть, тебе конец.

Джек хотел спросить, какое это имеет отношение ко всему происходящему, но быстро сообразил, что Карлсон именно это и имел в виду.

– Мне кажется, я понимаю, что вы имеете в виду, мистер Карлсон.

– Надеюсь, что так, и ваш друг тоже. Все вы. Я люблю ходить пешком. Наверное, за свою жизнь я прошел тысячи миль. И каждый мой шаг, - Карлсон посмотрел прямо на Джека своим мертвым взглядом, - каждый мой шаг - это праздник. Каждый раз, когда я грациозно ставлю перед собой еду, это все равно что сказать "спасибо".

– Спасибо кому? Спасибо богам?

– Да, сынок, спасибо богам. Это признание дара. Что касается меня, то я гуляю в основном ночью, потому что ночью лучше, яснее. Я должен увидеть все это, чтобы сохранить свою грацию. Я должен быть в этом - в красоте, в даре. Звезды, небо, звук, с которым вода бьется о причалы, и все такое. И особенно луна. Иногда я думаю, что боги поместили луну там, наверху, чтобы мы никогда не забывали о подарке.

– Значит, вам нравится гулять по докам ночью?

– Верно. Там, где море встречается с сушей, и все такое. Где один подарок соединяется с другим при свете луны, - Карлсон затушил окурок.
– Большие, темные. У них не было лиц.

Джек наморщил лоб.

– Что?

– Ты ведь веришь в богов, верно? Разве не это ты сказал?

– Да, - сказал ему Джек за неимением ничего другого.

– И если ты веришь в богов, ты должен верить и в их двойников, верно? Не может быть одного без другого. Так оно и есть. Расплата. Точка приложения силы - это единица воли. Вы верите в одно, вы верите в другое. Вы верите в богов, вы верите и в дьяволов тоже.

– Конечно, мистер Карлсон, - сказал Джек, но подумал: "О чем, черт возьми, говорит этот парень?"