Чтение онлайн

– Лучше бы ты меня убила! – крикнул я и сжал ее грудь так, что она взвизгнула от боли. – Бесчувственная жестокая дрянь – вот кто ты!

Лурдес толкнула меня обеими руками с такой силой, что я потерял равновесие и кубарем покатился по ступенькам. Сломанная рука подвернулась и в глазах моих потемнело от боли.

Очухался я оттого, что Лурдес лила на меня холодный сок из своего бокала. Она стояла на коленях рядом со мной, снова одетая в платье. В темных глазах ее были сочувствие и тревога.

– Мигель… Милый… – Она нежно приподняла мою голову, прикоснулась губами к моей щеке. – У тебя жар, любимый мой. Тебе больно? Прости меня, пожалуйста. Я так толкнула тебя… Я вылечу тебя, счастье мое.

– Зачем ты притащила сюда всех нас? – просипел я.

– Только так я могла избавиться от этой гнусной пиявки, присосавшейся к Светлому Миру. От Вальдеса.

– Сама ты не могла убить его?

– Не могла. Дура-Клементина сделала что-то такое, что Вальдес остался недосягаемым для меня даже после ее смерти. Для того, чтобы его уничтожить, нужен был кто-то из Среднего Мира. Ты убил Вальдеса. Что в этом плохого, Мигель? Почему ты сердишься?

– Ты думаешь, я счастлив в очередной раз стать убийцей? Ты хоть представляешь, сколько людей я вообще убил в Светлом Мире?

– По моим подсчетам, около трех десятков, – хладнокровно сообщила Лурдес. – Не так уж и много.

– Ах да… Ты же знаешь все, что происходит в твоем мире. Все контролируешь. А я-то, дурак, считал, что Дальние крестьяне не подчиняются тебе…

– Когда Вальдес убил Клементину, Дальние на некоторое время остались без контроля, – сказала Лурдес. – Они назвали этот день Черным. Трюфель рассказывал тебе об этом. Только он не знал о том, что уже через месяц я восстановила мысленную связь во всем Кларвельте. Об этом не знал никто – даже Вальдес. Это я научила Йохана производить машины и огнестрельное оружие. Я позволила Томасу Ривейре продолжать дрессировку своих лесных зверюшек. Позволила Флюмеру украсть Книгу Сокровенных Мыслей, чтобы он выучил заклинание неслышимости. Фальшивое заклинание, кстати. Я разрешила диссидентам действовать по собственному усмотрению. Я не могла слышать мысли демоников, но позволяла им делать все, что заблагорассудится. Разрешила твоей китайской подружке Цзян нагло разгуливать по городу в виде начальника гвардейского отряда. Не позволила убить демоников раньше времени. Я делала все, чтобы события произошли именно в нужном мне порядке. Люди Кларвельта раскололись на два уравновешивающих друг друга лагеря. Они убили себя сами. Остальных убил Вальдес. Такова судьба. Так умирают изжившие себя миры…

– Не ври! – Я нашел в себе силы вырваться из рук Лурдес, подняться и заковылять прочь от нее. – Теперь только ты определяешь то, что делается в твоем мире! И значит в этом мире ты – главный убийца! Ты, Лурдес! Я не знаю, что ты построишь дальше. Но после того, как ты утопила прежний мир в крови, я не верю, что создашь что-то чистое! Тебе будет скучно без войны. Ты уже почувствовала вкус к убийствам.

– Успокойся, Мигель! – Глаза Госпожи медленно темнели, ноздри ее раздувались от гнева, но пока она сдерживалась. – Ты болен! Я вылечу тебя, и ты снова научишься радоваться жизни. Ты будешь счастлив…

– Не хочу, чтобы ты меня лечила! – закричал я, брызгая в бешенстве слюной. – Накачаешь меня какой-нибудь наркотической дрянью, чтобы я чувствовал себя счастливым идиотом! Не хочу!

– Что ты за глупости говоришь, милый? – Лурдес медленно приближалась ко мне, сжав кулаки. Лицо ее побелело до мертвенной бледности. – Ты же любишь меня… Скажи, что любишь меня…

– Я? Люблю тебя? – Я захохотал. – Да я ненавижу тебя! Ты не только изнасиловала и испоганила весь этот мир! Ты убила всех его людей безо всякой жалости! Убила моих друзей. Ты не только убийца, но и предательница!

– Это ты – предатель! – взвизгнула Лурдес. – Я сделала все это для тебя! Только для тебя! Я так ждала тебя! Я верила, что мы будем жить здесь с тобой…

– Иди к черту, Лурдес! – сказал я, с трудом переводя дыхание. – Не буду я здесь жить. Не хочу существовать под твоей опекой, как Вальдес существовал при Клементине! Не хочу быть твоим любимым домашним животным! Создавай своих совершенных красавчиков, своих ангелов. Пусть они тебя и трахают!

– Убирайся отсюда немедленно, – тихо произнесла Лурдес. – Уходи, пока я не передумала. Иначе… Я не хочу говорить о том, что может быть иначе…

– И как же я могу это сделать? – поинтересовался я.

– Так же, как и все остальные. Ты должен умереть. Когда ты умрешь, душа твоя покинет Светлый Мир.

– И куда попадет моя душа?

– Откуда я знаю? Кто знает, каков путь странствий душ между мирами?

– Хорошо! – Я поднял руки. – С меня довольно. Убей меня.

– Я? Тебя? – Лурдес посмотрела на меня. На лице ее смешались боль и жалость. – Ты хочешь отравить мое существование здесь? Хочешь, чтобы я всю жизнь вспоминала, что убила того, кого люблю?

– Лурдес! – взмолился я. – Ради твоей любви ко мне, скажи, как все это закончить?

Она молча подошла к трону и извлекла из тайника какой-то предмет. Протянула мне. Я развернул тряпицу. В руках моих находился небольшой кривой кинжал, сплошь покрытый узорной вязью.

Нож Джаншаха. Я узнал его.

– Мигель, – шепотом произнесла Лурдес. – Ты знаешь, что с этим делать?

– Да, – ответил я, почему-то тоже шепотом.

– Можно я тебя поцелую, Мигель? Пожалуйста!

Я кивнул головой. Лицо ее было горячим и соленым от слез, а губы – холодными. Она плакала и вздрагивала всем телом. В жизни у меня не было столь горького и страшного поцелуя.

Я должен был умереть сейчас. Но и она была обречена на смерть. На смерть в моем сердце. Поцелуй двух приговоренных к казни – что может быть страшнее?

– Я не могу тебя простить, Лурдес, – сказал я. – И никогда не смогу. Бог тебе судья. Отвернись, пожалуйста.

Она повернулась ко мне спиной. И в тот же момент я всадил кинжал в свое сердце.

Наверное, я перестарался. Забыл о том, что нож Джаншаха – магический артефакт, а не просто кинжал. Достаточно было нанести им легкий порез, и я оказался бы в Среднем Мире. Скорее всего, в Испании. Я же сдуру воткнул его прямо в свое разбитое, страдающее сердце. Наверное, я действительно хотел умереть – там, в Светлом Мире…

Конечно, меня выкинуло все в тот же Средний Мир. На планету, именуемую Земля. Только вот на Испанию это место мало походило. Скорее, на Россию.

Я приподнял голову и оглянулся. Я сидел на берегу небольшой загаженной речки – такой, каковые на моей родине обыкновенно называют "вонючками". Сверху от меня находился заброшенный железобетонный мост, спиной я упирался в его основание. Вокруг меня валялись деревянные ящики из-под бутылок, сами бутылки, как целые так и разбитые, старые тряпки, обрывки картона и осколки кирпичей. Присутствовало также большое количество разнообразного мусора, гниющих пищевых отходов и пожелтевших газет. Тошнотворный аромат витал в воздухе. С грустью мне пришлось констатировать, что выкинуло меня не где-нибудь, а именно на свалке. Если говорить точнее, на помойке.