Чтение онлайн

— Я проверила персонал Власовского банка за последние полгода. И родственников тоже. Нашла одного интересного товарища. Смирнов, охранник третьего разряда. Два месяца назад его дядя по материнской линии ездил в Финляндию, а когда вернулся, устроился в представительство финской компании, — она ткнула пальцем в строчку. — А неделю назад Смирнов перевёл крупную сумму — почти всё, что у него было на счетах, — именно этому дяде. Через подставную контору, но я проверила цепочку. Сходится.

Я взял лист, пробежал глазами цифры. Приличная сумма. Такие не переводят просто так.

— Адрес проживания дяди и представительства компании совпадают, что довольно-таки странно, ведь это промзона и склад. Склад почему-то опечатан, туда никого не пускают. Охрана своя, — Мария положила ещё одну бумагу. — И ещё: месяц назад туда привезли три контейнера, задекларированных как «лабораторное оборудование». Получатель — частное лицо.

Обводный 134. Надо заехать завтра с утра.

— Бульдожья хватка у вас, баронесса, — довольно сказал Крапивин, отхлёбывая чай из огромной кружки, похожей на пивной стакан. — Вцепились и не отпускаете. Молодец, Мария Ивановна.

Она чуть заметно порозовела и кивнула.

За окном сверкнула молния, забарабанило крупными каплями. Крапивин хлопнул меня по плечу и вышел.

День тянулся как резина.

Я написал рапорт, дважды его переписал, выпил три кружки чая, которые приносила Черкасова с видом человека, выполняющего служебный долг, а не проявляющего заботу. В четыре часа пришёл запрос из архива: кто-то поднимал дело пятилетней давности о пропавших на финской границе артефактах. Я спросил, кому нужна эта информация. Ответ не пришёл.

В конце рабочего дня в дверь, не стучась, влетел Волков. Сияющий, улыбка до ушей.

— Игорь! Вечером свободен? Может, в баньку? У знакомого баня открылась, там русская, турецкая и финская парная есть.

При слове «финская» я внутренне напрягся, но виду не подал.

— Занят я, Дим. А вот если хочешь помочь — заходи вечером. У меня там с мотоциклом деталь одна… клапаны отрегулировать надо, вдвоём сподручнее.

Волков глянул с хитрецой, понял, что не просто так его зову, кивнул:

— Добро. Я ещё пенного прихвачу.

— Прихвати.

Он подмигнул и умчался. Мария проводила Диму взглядом и вернулась к бумагам. За окном тучи уже сдуло, и снова засветило солнце.

Музыкант этим вечером вышел из Александринки очень довольный.

— Что-то случилось?
– поинтересовался я.

— Чайковского играли. Устал как собака.

— А вы откуда знаете, как собаки устают? — усмехнулся я, заводя мотор.

Он хмыкнул и промолчал. Мы тронулись.

У дома я велел Красину идти внутрь ставить чай, а сам неторопливо обошёл мотоцикл, делая вид, что проверяю колёса. На самом деле заметил одного из братьев-шпионов — Карася. Он обустроился за скамейкой, прижавшись к ней спиной, чтобы с улицы не бросаться в глаза.

Я неспешно подошёл, присел на скамейку.

— Докладывай, — тихо сказал я.

Карась зашептал быстро и деловито:

— Дядя Игорь, мы за ним проследили. Светлый весь день пропадает в промзоне на Обводном. А утром и поздно вечером за вашим домом следит.

— Адрес склада какой?

— На Обводном, вроде, 134.

Я кивнул, но не сразу встал. Сидел на скамейке ещё несколько секунд, глядя в никуда.

Два независимых пути, бумажный след и слежка за белобрысым, привели в одну точку.

— Молодцы. На рожон не лезьте, следите теперь за моим домом, может, тут ещё кто ошивается из компании финна.

Карась расплылся в улыбке, но спохватился и сделал серьёзное лицо.

Я окликнул разнощицу из забегаловки на углу. Та мне кивнула и через пять минут уже вынесла еды.

Поужинали молча. Я думал о том, что надо ехать на Обводный прямо сейчас. Но что я скажу Волкову, как оставлю музыканта, как доберусь до Обводного? Красин чувствовал мою напряжённость, но не лез с расспросами. Только иногда понимающе поглядывал поверх чашки.

В восемь раздался звонок: довольный Димка стоял на пороге с пятилитровым кегом тёмного пива. По-домашнему, в футболке и штанах, будто шёл к себе.

— Принимай гостей!

Когда мы прошли в гостиную, я сказал прямо:

— Дим, мне надо отлучиться по срочному делу. Часа на два-три. Есть зацепка, надо проверить. Не могу оставить Виктора Степановича одного, он под моей охраной. Посидишь с ним?

Волков перевёл взгляд на Красина, потом на меня. Кивнул — без лишних слов, как настоящий друг, готовый помочь, не требуя объяснений.

— Без проблем.

Димка поставил кег на стол и посмотрел на музыканта.

— Виктор Степанович, вы шахматы уважаете?

Музыкант поднял бровь.

— Смотря с кем.

— Со мной. Я проигрываю красиво.

Красин чуть улыбнулся. Я понял, что Димка всё правильно считал с первого взгляда: иномирцу нужен был не охранник, а собеседник.

Я нажал на тревожный амулет серией: два коротких, пауза, два коротких, пауза, два коротких. А потом отдал артефакт музыканту, на всякий случай.

— Держите под рукой. Если что-то пойдёт не так — нажмёте.

Красин спокойно кивнул. Привык. Волков хлопнул меня по плечу:

— Будь спокоен. Мы тут пока пиво откроем. Ты только возвращайся, а то всё выпьем.

Я усмехнулся и выкатил из гаража «Иж Юпитер» с гражданскими номерами, давно на нём не ездил.

«Юпитер» летел по вечернему городу, легко лавируя между машинами. За Обводным каналом пейзаж сменился: потянулась бесконечная промзона со складами, закопчёнными фабричными корпусами и вкраплениями новостроек — город жадно отвоёвывал территорию у заводов.

Я сбросил скорость, вглядываясь в номера строений. Сто тридцать четвёртый дом затерялся в глубине огромного индустриального узла. Когда-то здесь работало мощное предприятие, но у владельцев что-то пошло не так, активы раздробили, и теперь корпуса принадлежали десятку разных собственников. Впрочем, общая охрана по периметру всё ещё функционировала.

Мотоцикл я спрятал в густых зарослях кустарника, вплотную прилегающих к стене одного из зданий. Дальше пешком, притираясь к теням. Место выглядело гиблым: с одной стороны глухая стена склада, с другой — заброшенная железнодорожная ветка с рыжими от ржавчины рельсами.