Чтение онлайн

Затем зажмурился, тряхнул головой. Нет, вроде не сплю. Открыл глаза, но видение не исчезло. Внутри считавшегося однородным монолитом кристалла родовой магии что-то было…

Мой дом остался на месте и выглядел точно таким же величественным и холодным, каким я его оставил. Хоть какая-то радость.

Крытая повозка въехала в задние ворота. Оглянулся по сторонам: улицы пустовали. Чутьё на пристальные взгляды молчало. Только если кто и смотрел, то не на меня, а на повозку, появившуюся в неурочное для подвоза продуктов время.

Дав шенкелей ездовому ящеру, я въехал внутрь. Дорожка тянулась к дверям в хозяйственную часть дома. Четверо сопровождающих спешивались.

Интересно, двери мне откроются или придётся стучать и проситься? Неприятно ехать к собственному дому не зная, что тебя ждёт.

Я отбросил эти мысли как несвоевременные: заклинание теневой маскировки, наложенное на осколки и целый кристалл родовой магии, иссякало, а то, что скрывалось под ним, не должен видеть никто, сколько бы магических договоров он ни подписал.

— Туда, — я указал в сторону, направляя ящера к небольшому одноэтажному домику.

Разумеется, я не собирался прятать такую важную вещь в доме, подчиняющемся не мне.

Повозка остановилась возле двустворчатой массивной двери. Спешившись, я быстро снял охранные чары и вошёл в сумрак хозяйственной постройки. Для виду вдоль стен стояли банки с сухими удобрениями, садовый инструмент. Тени на полу всколыхнулись, открывая люк.

Родовой браслет нервно подёргивался в сторону дома, на периферии сознания тикал таймер, отмеряя оставшееся маскирующему заклятию время.

Люк сам откинулся в сторону, и падавший со спины свет лёг на серые ступени.

— Поднимайте и несите, — велел я.

Зашуршала ткань откидываемого полога. Тени людей плясали на крыльце. Запястье под браслетом кололо. Спускаясь в подвал, я разрядами тока зажигал лампы в выемках стены.

Сзади шуршали подошвы офицерских сапог, доносилось сопение. Ощущение нереальности происходящего стало болезненно-острым. Казалось, из сумрака выступит Талентина. Или Эваланда. А может Миалека или Нейзалинда.

Шаг за шагом я спускался вниз, и тьма растворялась, уползала от жёлтых источников света в стене.

Тряхнул головой, и мир приобрёл относительную целостность, ясность. Виски давило болью.

— Ещё немного, — предупредил я.

Сопение за спиной усилилось.

Мы вышли в коридор. На другой его стороне была лестница в дом. По правую сторону за дверями скрывались спальня и рабочий кабинет-библиотека. Я отворил первую левую дверь.

— Сюда.

Офицерам пришлось повозиться, чтобы втащить огромный кристалл, казавшийся сгустком тьмы благодаря маскирующему заклятию. Когда они, наконец, положили его на обеденный стол, я вернулся с ними наверх и спустился с ними назад, и так ходил, пока все до последнего осколки кристалла родовой магии Какики не оказались сложены на полу комнаты в моём подвале. Позже я переложу их, а сейчас…

Думать о ждавшей меня внизу находке было так тошно, что перехватывало дыхание.

Офицер что-то говорил. Пришлось сосредоточиться, чтобы понять, он спрашивает:

— Будут ещё распоряжения?

— Молчите об увиденном. И заберите повозку.

Офицеры вскочили в сёдла ездовых ящеров. Старший велел подчинённому подхватить ящеров повозки под уздцы.

Я смотрел на них, но видел рывками, словно на мгновения сознание меня покидало, а потом возвращалось, чтобы осмотреть спины офицеров. Открывшиеся ворота. Исчезающую за ними повозку. Снова закрытые ворота.

Браслет дёргал всё настойчивее.

Я вошёл в домик, наложил запирающие заклятия. Садовый инструмент и банки отбрасывали причудливые тени. Люк за мной закрылся сам, слился с полом. Спускаясь вниз, я гасил светильники, пока не оказался в абсолютной темноте.

И в этой тьме так удобно было ничего не видеть…

Вдохнув и выдохнув, я прошёл вперёд, сразу отыскал нужную дверь и, зайдя в комнату, иногда служившую столовой, щелчком электрического разряда запалил фитиль.

Жёлтый свет озарил кристаллы, с которых несколько минут назад спала маскировка. Обычной лампы мало, чтобы высветить то, что скрывалось в цельном кристалле, но достаточно, чтобы увидеть куски мумифицированного тела в разбитом источнике Какики.

Я обошёл страшную находку кругом: пальцы, стопа, локоть, фрагмент грудной клетки, обтянутый кожей череп. К горлу подкатила тошнота, но я подавил её. Браслет тянул к жене, но я держал его свободной рукой и ходил, ходил кругами, словно это могло изменить, как-то исправить то, что я видел.

Не выдержав, я поднёс лампу к цельному кристаллу, высвечивая застывшую в его сердцевине мумию.

Я желал бы вразумительно её объяснить, но все попытки дать вплавленным в источники трупам благообразное объяснение разбивались о мелькнувшую и укоренившуюся мысль: существа в сердце источника — они как духи бездны, привязанные служить в доме длоров. Эти мумии — источники нашей магии, нашего могущества.

Кто эти мёртвые?

Кто запечатал их в кристаллы?

Возле моих ног лежала сморщенная кривая кисть руки. Я отступил. Ещё на шаг. Пятился, пока спина не упёрлась в стену. Сердце глухо, тяжело колотилось в груди.

Я хотел верить, что в кристалл… после смерти поместили тело основателя, но основателями рода были мужчины, а мумия в кристалле Какики — женщина.

— Что всё это значит? — я сполз по стенке.

Свет играл на острых гранях осколков.

Духота давила. Дышать становилось труднее. Браслет вибрировал. Сражаясь с его давлением, я сорвал галстук и расстегнул воротник. Вдыхал, но лёгкие оказывались принимать воздух.