Чтение онлайн

Монитор в углу комнаты мигнул, и серия светящихся символов каскадом потекла по экрану, когда компьютер запустил запрошенный анализ голоса инопланетного существа.

— Ты думаешь, она может говорить? — спросил Аргат. — Компьютер сможет это перевести?

Залерос покачал головой.

— Не основываясь на коротком высказывании. Для полного перевода потребуется контекст и значительно больший объем данных для работы. Однако система может распознать вокальные паттерны и сообщить нам, есть ли там что-нибудь, похожее на язык.

Через несколько мгновений компьютер издал звуковой сигнал. Анализ вернулся отрицательным.

Ну что ж. Это не обязательно что-то значило. Галактика была большим местом, и мириады разумных видов, населявших ее, использовали различные методы общения. Например, были гиганты тхррррм, которые были способны выражать очень сложные философские положения, просто регулируя высоту звука своих напевных речей. Или д'тан'нан'ни, которые общались, быстро меняя узоры яркой окраски на своей коже.

Образец на столе снова замолчал. Ее прозрачные карие глаза смотрели на Залероса, широко раскрытые и водянистые от страха.

Не она, напомнил он себе. Оно.

По крайней мере, до тех пор, пока у него не появятся веские основания полагать иначе.

Залерос продолжил осмотр, двигаясь медленно, чтобы не напугать нервное маленькое существо. Используя ручной фонарик, он направил луч сначала в один глаз, затем в другой. Существо закрыло глаза, так что Залеросу пришлось осторожно приоткрыть веки. Мраморно-коричневые радужки быстро сузились до узких щелочек.

— Его глаза быстро и рефлекторно реагируют на свет, — сказал Залерос. — Это хороший знак.

— Значит, она здорова? — спросил Аргат.

Капитан и другие члены команды все еще стояли рядом, наблюдая через плечо Залероса за его работой.

— Невозможно сказать, — ответил Залерос. — Я даже не знаю, что это за штука, поэтому невозможно сказать, как выглядит здоровая версия. Однако пока… Я не вижу причин считать ее больной.

На самом деле, они сильно рисковали, имея на борту это неизвестное существо. Никто не знал, какие болезни оно могло переносить. Однако его кожа была исключительно гладкой и незапятнанной, без видимых признаков сыпи или повреждений. Это было хорошо.

Теперь наступила самая трудная часть.

Очень осторожно Залерос поднес пальцы ко рту существа. Он знал, что есть опасность, что она его укусит, но полагался на синтетическую кожу, покрывающую его руки для защиты.

С рычанием лицо существа исказилось, и оно отвернуло голову.

Залерос вздохнул.

Существо отказывалось сотрудничать. Если бы Залерос захотел, он мог бы использовать силу — дополнительные инструменты и зажимы, чтобы еще больше сдерживать существо. Но как врач, он предпочитал использовать убеждение, а не грубую силу.

Остальные, казалось, были убеждены, что это существо женского пола. Возможно, они были правы. Исходя из этого, Залерос выбрал другую стратегию.

Ритуалы ухаживания и спаривания ракшей были сложными. Смесь биологии и культуры. Одной из частей этих ритуалов было мурлыканье. В горле самцов находился специальный гортанный придаток, который позволял им мурлыкать, и самки находили этот звук одновременно успокаивающим и очень возбуждающим. Залерос не знал, сработает ли это на этом инопланетном существе — в конце концов, это был другой вид, — но попытаться стоило.

Залерос глубоко вздохнул. Широкая грудь раздалась или раздулась.

Он начал мурлыкать.

Позади него усмехнулся Чейл.

— Что ты делаешь, док? Пытаешься ухаживать за ней?

Залерос раздраженно дернул ушами.

— Я пытаюсь успокоить ее. Предполагая, что существо вообще самка, — Залерос все еще не был до конца убежден.

Тем не менее, он возобновил мурлыканье.

И о чудо, казалось, оно сработало. Дыхание существа замедлилось, и, почувствовав слабый свет, исходящий от пальцев Залероса, оно повернуло морду, чтобы снова посмотреть на него.

Залерос продолжал мурлыкать.

Возможно, в конце концов, она действительно была самкой. Звук, доносившийся из груди Залероса, не только успокаивал существо. Он оказывал и другие эффекты. Ее круглые зрачки, которые раньше были сужены от яркого света, теперь были расширены. Кроме того, Залерос отметил, что бугорки ее груди стали чрезвычайно тугими и эрегированными.

Затем от нее начал исходить запах. Богиня, он был прекрасен. Член Залероса запульсировал от желания. Этот свежий и нежный аромат, казалось, исходил из каждой щели тела маленького создания, но больше всего он исходил снизу, между ее ног.

Ему так хотелось заглянуть туда, но ему нужно было сделать это правильно.

— Хорошо, — сказал Залерос, все еще мурлыкая. — Хорошая девочка, а теперь… открой для меня рот.

На самом деле он не ожидал, что инопланетное нечто поймет его слова. Разговор просто помогал Залеросу думать. К тому же, это было просто естественно, как разговаривать с любимым домашним животным.

Залерос очень нежно прикоснулся пальцами к ее нижней губе. Богиня, она была такой пухлой и мягкой. Вопреки себе, Залерос не мог не представить, как эти гибкие розовые губы будут выглядеть и ощущаться, крепко обхватив его возбужденный член.

Он быстро выбросил это извращение из головы.

Что с ним случилось?

Он должен был быть профессионалом.

Еще немного помурлыкав и погладив пальцами, Залеросу удалось заставить инопланетянку открыть для него рот. Посветив фонариком, он осмотрел влажную розовую внутренность, и когда увидел гибкую подушечку ее языка, то изо всех сил постарался не думать об этом придатке, извивающемся на его твердом члене.

— Затупленные зубы, — пробормотал он, пытаясь сосредоточиться на текущей задаче. — Никаких признаков кариеса. Никаких признаков воспаления в окружающих тканях пародонта. Опять же, она выглядит совершенно здоровой, хотя я не уверен.

Богиня, послушай его. Теперь он не мог удержаться, чтобы не называть инопланетянку — она.

Залерос глубоко вздохнул и двинулся ниже.

Следующей областью, привлекшей внимание доктора, была верхняя часть туловища существа. Ее грудь украшала пара сочных холмиков, увенчанных теми твердыми розовыми бугорками, которые Залерос заметил раньше. Эти холмики не были твердыми мышцами. Это были какие-то мягкие железы, которые подрагивали каждый раз, когда инопланетянка шевелилась или дышала.