Чтение онлайн

"Главное - вовремя ситуацию просекли", - заметил довольный Дока, - "и не стали в этих кустах копошиться!" - кивнул в сторону долины, истоптанной зайцами так, словно они здесь со всей округи собрались и устроили игру в догонялки.

На следующий день среди охотников было много разговоров о первой пороше, но успехом могли похвастаться немногие, причем добывших зайцев не троплением, а выгнавших их случайно, так называемых "шумовых". Меньше надо было ногами, а больше головой мужикам работать!

Часть тридцать вторая.

Новый год встретили у Доки, с его двумя сослуживцами по механическому цеху и их женами. Ребята оказались охотниками - у Доки других не могло и быть, их жены, как и Ниночка, работали в Мирном. Разговоры, пока были трезвыми, пошли на темы охотничьи, но быстро возмутились представители прекрасного пола, и перевели их на темы если и не любовные, то к ним поближе. После чего они же в основном и говорили, а мужики их больше слушали. Кое-как дотянули до одиннадцати. Наконец поступило предложение проводить старый год - мужики тут же дважды разлили по стаканчикам водочку. Все повеселели, а хлопнув под куранты по бокалу шампанского, и поимев в желудках то, что в народе называется "ершом", в момент осмелели - тосты пошли беспрерывно, анекдоты поначалу полегче, потом поядренее. И наконец танцы, каждого с каждой. Остановились часа в четыре, из-за полного отсутствия сил. Но с утра праздник продолжился.

А к концу следующего, уже рабочего дня, из города Уазик привез главного геолога. Игорь Георгиевича меня предупредил, что бы завтра утром я никуда не смылся - вначале посмотрим разрезы по законченным скважинам, а потом съездим на буровые на его Уазике.

Вечером долго не мог заснуть. Как Игорь Георгиевич отнесется к тому, что я нарисовал на разрезах? Вдруг что-то не заметил в керне? Он же и его обязательно посмотрит!

Когда утром шел в камералку, легонький мандраж был. Даже Света это заметила:

"Боишься?" - на крыльце посмотрела на меня с сочувствием.

"Не боюсь, а волнуюсь", - вздохнул в ответ, дверь в камералку открывая.

"Как закончите - пригласи к нам покушать", - имела ввиду Игоря Георгиевича, - "Если не поругаетесь!" - а вот этого только и не хватало!

Волновался я зря. Разрезы главному геологу понравились, особенно продольник с четырьмя законченными скважинами, и подрисованными карандашиком еще двумя, в данный момент находящимися в бурении.

"Отлично смотрится", - успокоил меня оценкой, - "видно, как вдоль главной структуры меняется степень изменения пород, где она максимальная и даже до ожелезнения вдоль трещин доходит", - это в единственной скважине, рядом с которой руда в принципе возможна.

"Может, от скважины с ожелезнением отступить метров на сто, в обе стороны, и еще пару пробурить?" - тут же я влез с предложением.

Минут пять Игорь Георгиевич думал, после чего вздохнул - глубоко так, показать что сожалеет:

"Смысла нет", - посмотрел на меня, - "руда должна иметь масштаб, протягиваться минимум на пару сотен метров. А у нас такое уже невозможно. И даже если в одной из скважин, которые ты предлагаешь, появится - это будет всего лишь рудопроявление, места для хорошей руды здесь уже нет!" Пришлось и мне глубоко вздохнуть, с не меньшим сожалением, насчет предложения - ну ясно же!
– необдуманного.

"А что дальше делать?" - действительно что, если в лучшем месте скважины уже пройдены и руды не встретили.

"Будешь продолжать бурение согласно принятому плану. Пока опоисковано всего с километр перспективной структуры, оставшиеся два километра ждут своей очереди", - заметил, что настроение у меня упало, и улыбнулся, - "Не переживай! На участке нормальных ореолов элементов нет, всего лишь какие-то фитюльки - значит, и надежд на руду мало. Но бурение доведем до конца, что бы неясностей не оставалось. А ты все делаешь правильно, так и продолжай!"

На следующий день Игорь Георгиевич уехал в город, а я, со своим вредным характером, достал старые, еще студенческие бумаги по участку, и начал перечитывать сделанные в пикетажке записи. Что бы в следующий раз главному геологу - если доведется - не предлагать необдуманную ерунду. Припоминалось мне, что понравившееся Игорю Георгиевичу ожелезнение по трещинам в керне лучшей скважины, я в одном из маршрутов уже видел. Но где?

К концу рабочего дня это место на карте нашел - в коренных породах, на пятачке сто на сто метров, и в двухстах метрах от лучшей скважины, прямо в линии построенного мною разреза. То-есть, от изучаемой структуры не только далеко, а и в породах пустых, перекрывающих рудоносные!

И что теперь? Ну, во-первых, перекрывающие пустыми не зря называются, руда нигде в них не встречена - уже плохо. И мощность их возрастает с удалением от перспективной структуры - еще хуже. И сейчас неясно, какова она реально в этом месте. Но ожелезнение откуда! Хотя... трещин то, по одной коротенькой на пять квадратных метров. Не очень впечатляет.

Еще раз посмотрел гравику: и лучшая скважина с ожелезнением, и пятачок с ним же на поверхности в пустых породах, лежат в контуре локальной гравиметрической аномалии, выделенной в бытность мою еще на практике. То-есть, и глубинное строение, и мощность пустых перекрывающих должны быть примерно одинаковыми. Но к чему конкретно поверхностное ожелезнение привязать? Никаких разломов, и вообще ничего, бросившегося в глаза, я на практике не нашел!

Правильно говорил Леонид Дмитрович: с непонятками геолог обязан разобраться обязательно! А я олух - тогда не разобрался. Значит что? Разобраться нужно сейчас!

Посмотрел в окно: снег сплошным покрывалом. Грустно - сейчас не получится, но весной разберусь обязательно!

С плохим настроением на следующее утро залез в вахтовку - посмотреть на буровых последний керн. Дока сел рядом - ему ремонтировать дизель на одном из агрегатов. Настроение мне поднял анекдотом, предупредил, что к обеду за ним приедет машина, и я с ней могу вернуться в партию.

Керн я просмотрел быстро, ничего нового в нем не нашел, но и ничего такого, что бы скважины закрывать раньше времени. Бортовая за Докой прикатила вовремя, и за полчаса до обеденного перерыва мы уже были в партии. Дока захотел поздороваться со Светой - вдвоем зашли в исключительно женскую комнату. Поздоровались с дамами, и они тут же уговорили нас на авантюру, которую сами не могут осуществить, потому что рабочий день, а мы вроде уже и свободны, и можем в партийском магазине, где сейчас заканчивается перерыв, занять очередь. Привезли зарубежную одежду (из бывших стран социализма), в том числе мужские синтетические носки и трусы - в те времена дефицит жутким!

Уговорили, и мы с Докой в небольшом коридоре магазина заняли позицию возле двери, что бы быть первыми после обеденного перерыва. Не представляя, что нас ожидает.

Через пять минут коридорчик начал заполняться беглянками, незаконно покинувшими рабочие места раньше времени. Еще через пять коридор был забит ими под завязку, женщины толпились уже и на улице.

Наконец за дверью, возле которой первыми стояли единственные представители сильного пола, раздались какие-то звуки, и она начала открываться внутрь торгового зала. Толпа женщин ломанулась в нее, сметая все на пути.