Чтение онлайн

Пчёлка и Маруся, уловив панику в голосе взрослой, тут же разревелись в два голоса. Никита вцепился в руку сестры, его лицо побелело. Даже Митя, самый отчаянный сорвиголова, замер с открытым ртом.

— Тихо! — голос Ирины прозвучал неожиданно твёрдо и властно. Она мгновенно преобразилась. Исчезла неуверенная девушка, пытающаяся заслужить доверие. На её месте стояла воспитательница, для которой безопасность детей абсолютный приоритет. — Всем тихо!

Она присела на корточки, чтобы быть на одном уровне с ревущими девочками.

— Никто не умирает. Слышите? Никто.

Ариадна, всхлипывая, прижалась к стене.

— Но там… там написано! Отрава! Мы здесь заперты!

— Ариадна, успокойтесь! — прикрикнула на неё Ира. — Вы взрослый человек! Во-первых, вон дверь на улицу, мы не заперты. Во-вторых, посмотрите на сообщение ещё раз! Внимательно!

Она сама перечитала текст, её губы беззвучно шевелились.

— Написано: «Места сбора: двор, оранжерея…». Мы в оранжерее! Понимаете? Это безопасное место. Нам приказано оставаться здесь.

Логика была железной. Оранжерея имела отдельную систему вентиляции и плотно закрывающиеся двери ради сохранения микроклимата. До Ариадны смысл сказанного дошёл не сразу. Она несколько раз моргнула, переводя взгляд с паникующих детей на спокойное лицо Иры.

— То есть… нам никуда не надо идти? — пролепетала она.

— Именно, — подтвердила Ира, поднимаясь на ноги. — Нам нужно просто запереть дверь в отель и ждать дальнейших распоряжений. Дети, все ко мне! Быстро!

Но один ребёнок не сдвинулся с места.

Олеся стояла неподвижно, глядя на голограмму перед собой. Её лицо, обычно такое живое и выразительное, стало непроницаемым. Она не плакала, не паниковала. Она читала сообщение снова и снова, и в её голубых глазах разгорался холодный огонь. Она знала своего отца. Варягин никогда не сидел в безопасном месте, когда где-то была угроза. И это сообщение от него. Если в отеле общая тревога, значит, он там, в самом пекле.

«…не задействованным в ликвидации…»

Её отец всегда задействован.

— Олеся! Милая, иди сюда! — позвала её Ира, протягивая руку. — Всё хорошо, мы в безопасности.

Девочка медленно подняла на неё взгляд. И в этом взгляде не было ничего детского. Это был взгляд молодого волка, чья стая в опасности.

— Нет, — отрезала она. — Не всё хорошо. Папа там. Лёша там. Все там.

— Олеся, они солдаты, они знают, что делать! — попыталась урезонить её Ира. — Нам приказано ждать здесь!

Но Олеся её уже не слышала. Она развернулась. Мики, почувствовав решимость хозяйки, тут же подскочил к ней и замер у ног, как верный пёс. Его глаза тоже посмотрели в сторону двери, ведущей в отель.

— Олеся, стой! Куда ты?! — крикнула Ира, видя, как девочка сорвалась на бег.

Юная приручительница не ответила. Приказ предназначался всем. Но у неё был свой, высший приказ — быть рядом со своими. Она рванулась к тяжёлой металлической двери, за которой начинался коридор заражённого корпуса. За которой случилась беда.

Таймер: 9 минут 15 секунд.

Полиэтиленовые перегородки дробили коридор на секции безопасности. Тусклый красный свет аварийных ламп преломлялся в складках плёнки, создавая причудливые, дрожащие тени. Единственными звуками были шуршание самодельных защитных костюмов и гулкое, сдавленное дыхание внутри противогазов.

Олег Петрович шёл первым, широкими, торопливыми шагами. За ним двигался Борис. Его фигура в обмотанном скотчем строительном комбинезоне выглядела гротескно. Нужного размера в Хранилище не нашлось, так что костюм едва удалось застегнуть. Но в движениях берсерка не было неуклюжести, лишь предельная концентрация.

— Дыши ровно, Борис, — глухо донёсся голос Петровича из-под маски. — Мы успеем, время ещё есть.

Врач убеждал товарища, хотя сам не был уверен в своих словах даже на десять процентов. Четверо пациентов. Меньше десяти минут. Эвакуация ещё даже не началась. Но паника сейчас никому не поможет.

— Понял, Петрович, — кивнул тот в ответ. — Я спокоен, как удав. Просто эта хрень шуршит, будто я в мешке с листьями.

Они подошли к двери. Варягин выглядел нелепо в самодельной защите из мешков и противогаза. Он рисковал сильнее, чем все, кто сейчас находился в коридоре. Семён и Павел дожидались поодаль, за плёночным рубежом, который находился в противоположной от лазарета стороне. Они успели создать по шлюзу с каждой стороны. А ещё дальше, уже за полиэтиленом, на страже стояли Женя и Фокусник, перекрывая подходы к винному погребу с двух сторон.

Рядом с паладином неподвижно возвышался «Страж». Голубые оптические сенсоры андроида были направлены на заклеенную плёнкой дверь.

— Док, — коротко кивнул Варягин, когда они подошли. — Времени мало.

— Знаю, — Петрович остановился перед ним. — Борис, остаёшься здесь. Поможешь Варягину с транспортировкой. Как только выносим первого, доставляете в помывочную. Быстро, не трясти. Робот, идёшь со мной в погреб.

— Принято, — отозвался андроид. — Протокол «Медик» активирован. Мне предоставлен доступ к системам тактического доспеха Создателя. Жизненные показатели снижаются. Остатка кислорода в системе жизнеобеспечения доспеха хватит примерно на полторы минуты.

Олег Петрович не удивился. Только крепче сжал ручку большого медицинского саквояжа, в который Вера запихнула всё необходимое, чтобы не пришлось тратить время на материализацию каждого шприца.

— Понизь содержание кислорода в дыхательной смеси до минимально допустимых значений, — велел он роботу и посмотрел на Варягина. — Вскрывай.

Паладин не медлил. Движение его руки было быстрым и точным. Канцелярский нож вспорол полиэтиленовую завесу сверху донизу с сухим треском. Он дёрнул дверную ручку, дверь со скрипом открылась. В коридор пахнуло воздухом из заражённого погреба.

— Пошли, — бросил Петрович роботу и шагнул в полумрак за дверью.

Таймер: 8 минут 34 секунды.

Винный погреб встретил их тишиной. Прометей активировал встроенные фонари. Лучи скользнули по пустым стеллажам, по четырём неподвижным телам на каменном полу. Картина выглядела жутко.

Ближе всех к выходу, раскинув руки, лежал Ершов. Чуть дальше, у стены, в неестественной позе застыл Тень, его тело было выгнуто дугой, мышцы сведены судорогой. Искра лежала на боку спокойно, будто спала. А в центре чернела массивная клякса. Петрович на секунду замер. Так вот он, источник заражения.