Чтение онлайн

– Да уже всем предлагали - не берут!
– отвечал я.

– Хм... Странная у вас капуста, если люди её не берут. Она, что - гнилая?

Тут я понял, что это "не берут" было сказано мною совершенно зря: что уж теперь точно в магазине капусту у меня не возьмут. А чутьё подсказывало, что ещё немного - и капуста, действительно, начнёт портиться в квартире: уже дали отопление, а комнатная температура - не самая лучшая для хранения овощей. Вот если б у нас была кладовка в подвале, тогда - другое дело! Но увы - никакой кладовки в подвале у нас отродясь не было...

Мне оставалось только уйти из магазина. Уже прощаясь, я услышал слова, произнесённые директрисой как бы про себя: "Вот что значит - жадность! Сначала вырастят чёрт знает, сколько - а потом не знают, куда девать. С жиру бесятся люди...". Обидно, конечно - но не рассказывать же было ей про чудаковатого фермера-философа, пишущего письма "батюшке-президенту" и одаривающего всех капустой... Уже на пороге я услышал:

– Вы в детский дом лучше свою капусту пожертвуйте - пусть детям польза будет!

Ни с каким детским домом я связываться не собирался, но слова директрисы упали на благодатную почву: дело в том, что был у меня один знакомый - отец многодетного семейства, и жил этот знакомый поблизости. Вот ему-то я и решил предложить забрать у меня три-четыре мешка: парень и без того, на трёх работах мотается, чтобы прокормить пятерых детей - вот ему-то наша капуста никак лишней не будет!

– Хорошо, - сказала мне его жена, когда я зашёл к ним, - спасибо тебе, Роман! Как только Игорь придёт с работы, я отправлю его к тебе. Капуста - это здорово! Засолим, заквасим!... Спасибо большое!

...Игорь пришёл ко мне уже в двенадцатом часу, ближе к полуночи. "Работа на трёх работах", о которой я упомянул - это не фигура речи, а тогдашние Игорёхины трудовые будни...

– Ну, спасибо тебе, старик!
– шумел он в прихожей, - ну спасибо! Короче, сделаем так: как только засолим твою капусту - я проставляюсь! Посидим вдвоём - у меня к квашеной капусте брусника есть! Хорошо посидим!... Нет, не надо, я сам!
– он взвалил на плечи мешок, - Мне не тяжело, я сам перетаскаю! Сейчас этот куль унесу - и за следующим вернусь.

Через четверть часа он вернулся за вторым мешком. Потом - ещё за одним. А потом Игорь исчез. Уже ночью позвонила его жена - спрашивала, не у меня ли он засел? "Нет, - отвечаю, сам его жду: три мешка забрал - ещё пара осталась" "Как - три?
– отвечает жена Игоря, - он только два принёс, за третьим к тебе пошёл, да так и не вернулся! Куда он мог деться?!"

Ещё час прошёл в беспокойстве: мы постоянно созванивались - я уже и сам начал не на шутку тревожиться, да и появилось какое-то чувство вины: ведь выходило, что это из-за меня парень пропал где-то на ночных улицах. Хотя где ему пропадать-то?
– здоровый лось, никакие хулиганы ему не страшны...

Игорь дал о себе знать в третьем часу ночи. Тишину спящей квартиры разорвал телефонный звонок, и я услышал голос друга:

– Ромка, скажи ты дежурному, что это - твоя капуста! Вернее, моя капуста! Что ты мне её отдал! А то, они подумали, что я овощной магазин взломал, и задержали меня! И ещё Светке позвони - пусть не волнуется! Скажи, что я сейчас - в отделе милиции, с капустой!...

Всё стало понятно: дежурный экипаж увидел, как по тёмной улице идёт здоровый мужик с мешком - и товарищи милиционеры приняли оперативные меры к задержанию предполагаемого преступника, запихав Игоря вместе с капустой в "воронок"... Пришлось мне отмазывать друга, объясняя дежурному оперу, что состава преступления в действиях отца пятерых детей нет, и что капусту ему отдал я - по доброй воле и безо всякого принуждения с его стороны... А потом ещё пришлось перезванивать издёргавшейся Светлане - объяснять, что с её мужем всё в порядке... что Игорь сейчас в милиции... что скоро он прибудет домой, с мешком капусты.

О чём ещё рассказать? Разве только, о том, что ещё через полчаса - ровно в 03.00 - мой друг-приятель подъехал ко мне на том же самом "бобике", на котором его доставили в отдел, загрузил в "стакан" оставшиеся мешки с капустой, и, поблагодарив меня ещё раз, отбыл восвояси - к издёргавшейся жене и пятерым детям?... А как уж он убедил стражей порядка не только подвезти его до дому, но и заехать ко мне за оставшейся капустой - для меня до сих пор загадка.

Собака, ей-Богу, ничего такого не хотела - она, просто, гуляла себе спокойно... А вот у людей из-за её прогулки водка в горло не полезла. Трудящиеся Жулию за глюк приняли. А - всё правильно: нечего пить в общественных местах! И вообще, прочь с дороги, смерды!...

Обычно. мы выгуливаем собаку у себя, на Нижней Набережной (которую, к несчастью благоустраивать начали) - но сегодня мы прогуливались по городу, и домой решили вернуться по главной городской набережной, по бульвару Гагарина. Особенность старой набережной Ангары - в том, что, в отличии от других городов, реку от променада отделяет не кованная чугунная ограда, через которую видно реку, а невысокий - где-то, около метра в высоту - глухой, оштукатуренный бетоном кирпичный парапет. Конечно же, сидящему на скамейке этот парапет будет мешать любоваться Ангарой - но, зато, облокотившись на него, или присев, можно любоваться и водой, и противоположным берегом. сколько угодно. Вот люди и стоят, и сидят - любуются...

Стенка эта, к слову, была сооружена в самом начале 1950-х годов, и выполняла роль защитной дамбы: дело в том, что, в аккурат,в самом центре города Ангара образует достаточно крутой изгиб и русло реки сужается. Естественно, в этом, самом узком месте вода несётся с бешеной скоростью. До строительства плотины Иркутской ГЭС каждую зиму здесь образовывался ледяной затор - а так как Ангара не замерзает даже в самые лютые морозы, потоки воды, образовавшиеся в результате ледяного затора, шли на город и топили его центральную часть. И вот, в начале 1950-х, набережную Ангары капитально укрепили бетоном - и возвели эту небольшую стенку, выполнявшую роль защитной дамбы. И, ещё к слову: в последний раз центр Иркутска топило в конце зимы 1953 года - а потом не топило. Символично...

Но - вернёмся к сегодняшней вечерней прогулке. У Жулии есть такая привычка - гулять по вот этому самому парапету. Обычно, как только мы выходим на Набережную, она тянет меня к ограждению, встаёт на него передними лапами - и ждёт, когда я отпущу её с поводка и немного подсажу: подсадка - это для неё непременная часть ритуала.

А потом Жулиха бежит вперёд - а мы с женой неторопливо идём за ней; по этому бордюру собака убегает от нас метров на 100, 200 и даже дальше - но, встретив расположившуюся на ограждении компанию, обычно, спрыгивает и возвращается к нам уже по тротуару. И так повторяется по нескольку раз: добежит Жуля до определённого места, спрыгнет - и обратно!
– требовать, чтобы хозяин опять подсадил её на парапет.

Так было и сегодня: едва мы вышли на берег Ангалы, Жулиха поволокла меня к парапету и встала на него передними лапами. Я спустил её с цепочки, подсадил - и собака, освещаемая фонарями, зацокала в сторону Глазковского моста. Время от времени, мы теряли её из виду - некоторые фонари не горели - но потом она снова появлялась в свете фонарей. Иногда я окликал её - она спрыгивала, и, радостная, неслась навстречу нам, требуя, чтобы я вновь помог ей взобраться на её излюбленную трассу - и опять мчалась по парапету. Сегодняшний вечер выдался хоть и тёплый и не дождливый, но набережная была пустынной: понедельник - он и есть понедельник... Поэтому, жульке никто не мешал нестись по парапету - лишь метрах в трёхстах от себя в свете фонарей мы видели какую-то компанию, расположившуюся полюбоваться закатом...