Чтение онлайн

– Э-э... а-а... А о поэзии Ленин что-нибудь говорил?

– Нет!
– отрезал Валерик, - такая ерунда Ильича не интересовала! Впрочем, есть одна цитата - но она вряд-ли тебе понравится: "Поэзия - п'годажная девка ми'гового импе'гиализма!"...

– Д-да к-как... д-да п-поч-чему - п-продажная?...
– Генка чуть не заплакал, - д-да я... д-да он...
– на этих словах Генка налил себе полстакана водки, не закусывая, засадил - и тоненьким своим голосом запел:

– Вста-авай, проклятьем заклеймё-он-ный...

Через пять минут он срубился, и его уложили в уголке на диванчике - на том самом, на котором хозяин мастерской регулярно портил молоденьких продавщиц. А Макс с Валериком продолжали пить и обсуждать ленинское наследие до утра, пока разговор не перешёл на Крупскую - и на ней естественным образом не иссяк.

* * * * *

Эта история имела очень своеобразные последствия: во-первых, "свободный поэт" Генка бросил пить. Во-вторых, он забросил стихи. А в-третьих, через пару месяцев он ушёл в тайгу, прихватив с собой ружьё с патронами, соль, спички, топор, керосиновый фонарь - и Полное Собрание Сочинений Владимира Ильича Ленина. И тетрадочку с карандашом. Знакомым объявил, что уходит "изучать Ленина": хочет, мол, разобраться и понять, на каком этапе "мы с ленинского курса сбились". Случилось это в самом конце 1988 года - а осенью 1991 года Генка вышел из тайги, просветлённый и с исписанной тетрадочкой. Он там, в тайге, оказывается, разобрался-таки с ленинизмом, и решил выйти к людям, чтобы указать им Правильный Путь Развития!... А угодил в самую гущу свержения коммунистического строя, ошалел от трёхцветных флагов, развала совецкого союза и призывов вынести и закопать мавзолейное чучелко - и через две недели снова превратился в отшельника. Правда, не по своей воле и не в таёжника: родственники на полгода определили "верного ленинца" в психиатрическую клинику - так что, его тетрадку с планом "верного ленинского курса" изучали уже не широкие массы, а узкий круг лечащих врачей. Мне его жаль: будучи поэтом, он иногда писал хорошие стихи...

Ну, а художник Макс тоже завёл себе тетрадочку. В эту тетрадочку он, правда, стал выписывать не подлинные ленинские цитаты, а те перлы, что выдавал во время совместных пьянок другой его друг, актёр Валерик: у них с Валеркой эта "игра в Ленина", со временем, превратилась в своеобразную "фирменную фишку". Самое же интересное в этом - то, что ещё через какое-то время он стал украшать этими "ленинскими цитатами" Валеркиного производства ту самую наглядную агитацию, которую делал "налево". Я сам видел в его мастерской планшет "красного уголка" для морга, украшенный "ленинской" фразой " МЫ ДОЛЖНЫ ВЫРАБОТАТЬ НОВЫЙ, ПРОЛЕТАРСКИЙ ОБРЯД ПОГРЕБЕНИЯ РАБОЧИХ И КРЕСТЬЯН! ". А исполненный Максом медицинский стенд с "ленинской" же фразой про "архиважность своевременного осеменения и прививки скота" я несколько лет назад встретил в одной из районных ветлечебниц.

Так что, верной дорогой идёте, товарищи! Верной, мать вашу, дорогой...

Радиостанций было две: "I - Radio" и "Волна - В". Причём, последняя возникла только благодаря тому, что КГБ СССР перестал глушить "вражьи голоса": мощный передатчик-"глушилка" остался "бесхозным", и его быстренько приватизировали через родственников. Полагаю, большинство частных музыкальных радиостанций в России возникло именно так...

Интернета тогда не было. Трудно поверить, но в начале 90-х Интернета НЕ БЫЛО. Не было форумов, чатов, социальных сетей. "Одноклассников" не было, "ВКонтакте" не было... Живого Журнала тоже не было. А вот радио - было. И радио работало Интернетом: приёмники, настроенные на волну той или другой музыкальной радиостанции, были включены круглые сутки - а в студии круглые сутки сидели звукорежиссёр и ведущий (слова "ди-джей" тогда тоже не было). И у них в студии стоял телефон. Если хочешь сделать музыкальную заявку и передать привет - то звони, и передавай свой привет в прямом эфире. Те, у кого не было домашних телефонов, бегали звонить в прямой эфир из автоматов за углом - так как сотовых тогда тоже не было.

Некоторые радиослушатели так "подсаживались" на волну музыкальных радиостанций, что сидели у приёмников сутками. В основном, сидели осенью-зимой-весной. Это были разные хиппи-панки и прочие неформалы-маргиналы. А ещё в числе постоянных радиослушателей были ночные сторожа, дежурные милиционеры, дежурные врачи, таксисты - и все прочие, кому по долгу службы, или в силу каких-то других причин, не спится в ночь глухую.

Ночью многие звонили, уже будучи "под градусом". Помните анекдот о том, как пьяница приставал к радиоприёмнику: "-Давай, братишка, ещё вот эту споём"? Помните? Так вот, здесь было то же самое: радиослушатель сидел на кухне с приёмником, бутылкой водки и телефоном, пил водку, звонил, общался в прямом эфире с ведущим, заказывал песню... Потом звонил опять, опять общался, снова заказывал... Иногда он уходил до киоска - за второй бутылкой, но перед этим он звонил в студию, предупреждал, что он, такой-то (имя рек) пошёл до ларька - и если он не вернётся, то пусть считают его радиослушателем - и пусть знают, как он любит ведущего, радиостанцию и человечество. Иногда слушатель больше не возвращался...

Ведущий ночного радиоэфира и звукорежиссёр тем временем очень часто тоже пили водку - прямо за пультом. Пока звучала песня, они успевали закончить вторую бутылку водки, и начать третью - а потом ведущий ещё умудрялся совершенно трезвым голосом пообщаться в прямом эфире с очередным слушателем, и объявить очередную композицию - а звукорежиссёр умудрялся правильно вывести звук. Иногда звукорежиссёр возвращался к "поляне" у пульта, забыв отключить студийный микрофон - и тогда слушатели на фоне исполняемой песни слышали, что происходит в студии...

Некоторыми "хитами" слушатели так "доставали" ведущих и звукорежиссёров, что те уже начинали их ненавидеть - и слушателей, и хиты. Ненавидели по-тихому, или громко. Ненавидеть по-тихому - это значит, говорить разные гадости про любимые народом музыкальные композиции, и про тех, кто их слушает. Когда звукорежиссёр забывал выключить студийный микрофон, то из динамиков своих коротковолновиков слушатели слышали, например, такие "шедевры":

– А сейчас по просьбе бригады авиадиспетчеров Иркутского аэропорта мы передаём их любимую песню "Стюардесса по имени Жанна" в исполнении Владимира Преснякова-младшего! Удачного вам дежурства, дорогие авиадиспетчеры - и пусть на ваших радарах не будет ни одного НЛО!

А затем - после секундной паузы:

– Олег, раздолбай! Ну, включай уже эту "летучую проститутку" этим грёбаным диспетчерам! Зззадолбали они уже звонить!... Сорок минут назад от них уже заявка была, чтоб у них все самолёты рухнули!... Ну, вывел звук? Вздрогнем!

И - уже на два голоса, под звон стаканов:

А ещё через секунду - страшным шёпотом:

– Олег, урод! Мать твою!....
– это означало, что ведущий только сейчас заметил, что над пультом продолжает светиться красным тревожным светом табличка "МИКРОФОН ВКЛЮЧЁН!" Как правило, после этого в студии сразу же отключался не только микрофон, но и телефон - дабы избежать звонка авиадиспетчеров, оскорблённых в самых лучших чувствах - а в эфир после этого на часок-другой запускались какие-нибудь малоизвестные композиции в стиле хард-депрессионистского рока.

У некоторых слушателей телефонов не было, и они писали письма своим любимым ведущим. Так, Андрея заваливал письмами некий Жэка-Винт, сидевший в местном СИЗО. Жэка-Винт писал о тяжкой доле российского зэка, писал Андрею, что тот - лучший ведущий и "самый клёвый пацан на всём радио", и просил передать для него композицию "рок-группы" "На-На". Андрей пересказывал эти письма в эфире примерно так:

– И вот мы вновь получили письмо от нашего постоянного слушателя Евгения Винта, который волею судьбы, находится сейчас в иркутском следственном изоляторе. Безусловно, тяжела арестантская доля - но и худа без добра не бывает: за то время, пока Евгений находится за стенами СИЗО, мы с ним уже успели крепко подружиться, и стать настоящими друзьями - а это многого стОит. И я хочу передать для моего друга композицию в исполнении его любимой группы!

Однажды Жэка-Винт прислал письмо, в котором сообщал, что через своих братков передал на волю подарок для Андрея, и что братки в скором времени должны ему этот подарок передать. Нельзя сказать, что это сообщение уж так сильно обрадовало Андрея, но всё же, было любопытно, что это за подарок такой... И Андрей, естественно, озвучил всё это в эфире: " - Ставший моим другом Евгений Винт пишет нам, что он отправил для нашей редакции подарок. Евгений, мы все с нетерпением ждём твоего подарка - а пока прими и ты наш подарок: для тебя звучит..." Звучала, естественно, композиция той самой "рок-группы"...