Чтение онлайн

– Ну, Губернатор тут, конечно же, возмутился: "Бери, - говорит, что есть! А что много их - так мы им скажем: пусть промеж собой самых лучших выберут!" Сказано - сделано: позвали во дворец самых знатных из тех, что под губернаторский балкон съехались, да и говорят им: вы, мол, сами выберете из своих воинов тех, что самые лучшие! И что, вы думаете, сделали буряты?...

– Что?!
– в третий раз спрашиваем мы у удивительного нашего попутчика. А он опять хохочет, и продолжает:

– Они соревнования устроили! Прямо здесь же, под балконорм у Генерал-губернатора! Навроде олимпийского многоборья: борьба, джигитовка, стрельба из лука, скачки - прямо, Сурхарбан! А потом победителей выстроили в шеренгу - вот, мол, самые лучшие! Губернатор на это дело смотрит, и опять - полковнику: "Ну, что скажешь? Принимай полк!"

– Полковник смотрит - и чуть не плачет: буряты-то эти - один к одному, здоровяки! А на своих маленьких лошадках сидят - ногами чуть земли не касаются! Полковник - губернатору: "Это ж стыд! Они ж - будто на собаках сидят! Насобачный полк какой-то!..."

Тут Губернатору это надоело: "Бери, - рыкнул он на полковника, - таких, какие есть! Других нету! И завтра же выдвигайтесь в поход, бить Буонопарта! Всё!" - а бурятам и говорит: " - Всё, братушки! Поздравляю! Вы теперь - гусары Его Величества!" - а они, как услышали, так давай кричать "Ур-р-ра!"

– Ну, продолжает свой рассказ наш собеседник, - Губернатор в тот вечер приказал: чтоб во всех городских кабаках новопожалованным гусарам чарку водки бы подносили, а денег за это чтоб не брали. И всем горожанам приказал, чтобы защитникам Царя и Отечества наливали.

– Ну, а буряты те пошли по городу угощаться, да загадку тут же придумали: почему у Бонупарта лица нет? Горожане ту загадку в тот вечер уже тысячу раз слышали, но всё равно подносили новопожалованным гусарам чарку - и, только когда те выпьют до дна, спрашивали: почему, мол, нет лица у Бонупарта? "А потому, - отвечали новопожалованные гусары, - что лицо, однах-то, на голове растёт! А раз Бунопарт этот на нас напал, то у него, стал быть, и головы нет, а вместо головы - ж*па! А раз ж*па - значит, пороть пойдём!" - здесь наш спутник вновь расхохотался, и его добрый раскатистый смех подхватили и многие пассажиры, - вот такой вот наивный степной патриотизм!

– Ну, да ладно, - отсмеявшись, продолжил рассказ этот хороший дядька, - выдвинулся новый полк к театру военных действий. Был он сформирован из бурят, примерно, на две трети. Вахмистры - те сплошь русские: они службу знают, и им был приказ: пока полк двигается, обучить новобранцев всему, что должен знать гусар. Вот вахмистры и объясняют всё - по дороге, да на привалах: как строй держать, да как атаковать, да кого атаковать, а от кого гусару хорониться... Кто первый враг гусара?
– рассказчик снова пристально смотрит на меня, и сам себе отвечает: - улан! Улан, потому, что улан вооружён пикой! Буряты, как услышали слово "улан", так испугались: слово-то - тюркское, означает на всех тюркских языках "красный"! А красного человека эти новобранцы видели и знали только одного - городского палача - вот и испугались. Ну, вахмистры им стали объяснять, что улан - это не палач, а всадник с пикой. Для гусара с саблей - первый враг!

– Тут они давай смеяться, буряты, то есть: "Он с пикой, однах-то - ну, и мы пики возьмём!" А вахмистры говорят: "Не положено!" - "Почему?" - спрашивают новобранцы, - а вахмистры опять: "Не положено - и всё! Гусару положено с саблей быть, а если он возьмёт пику, то он уже улан, а не гусар. А гусару уланом быть НЕ-ПО-ЛО-ЖЕ-НО!"

– Я не знаю, - продолжает рассказ наш собеседник, - поняли те буряты, или не поняли, почему гусару уланом не положено быть. Но они по другому сделали: раз им пики не положены, они вспомнили некоторые приёмы сабельного боя, которые ещё их прадеды против пик и копий применяли - да и показали их русским вахмистрам, да гусарам! Вахмистры - в шоке: вроде, нигде в уставах таких правил конного боя нет - но ведь против пики действует! Действует! А значит, так тому и быть!...

– Ну ладно, - мужик взглянул в окно, и засобирался, - моя станция скоро, поэтому заканчиваю. Короче, слава про этот Иркутский гусарский полк, в котором гусары улан с их пиками саблей сбивают и из седла выкидывают, по всему русскому фронту пошла! А полк, к слову, так "насобачным" и прозвали, как полковник говорил. Правда, их уже на Урале на нормальных, высокорослых коней переседлали - но кличка-то эта осталась!... Ладно, ещё короче: из других полков к иркутским гусарам стали посылать учиться сабельному бою: езжайте, мол, к этим насобачникам, поучитесь у них! А как вернутся гусары в свои полки из нашего, их спрашивают: "Ну что, насобачились улан саблей на скаку сбивать?" - а те отвечают: насобачились, мол.

– Вот так и слово новое пошло - "насобачились"! И - от нашего Иркутского гусарского полка, между прочим! Но у нас ведь никто ни фига историю не знает, всё забыли на фиг!... Ладно, ребята, ни пуха вам!
– дядька с бакенбардами "a-la Царь Александр II" взвалил на спину горбовик и двинулся к выходу. Через минуту поезд тронулся, и мы увидели, как наш удивительный попутчик спускается по насыпи в сторону дачного посёлка Ханчин.

Очень прошу: если он встретится кому-то из вас в слюдянской электричке, поблагодарите его за этот рассказ.

Кэпс с Гариком пластинки купили. С записями выступлений Леонида Ильича Брежнева. Эти пластинки до 1982 года включительно выпускала фирма грамзаписи "Мелодия", и они продавались во всех музыкальных магазинах. А потом, когда Дорогой Леонид Ильич ровно тридцать лет назад сыграл в ящик, и этот ящик с грохотом уронили в могилу, вот тогда эти пластинки с прилавков убрали на дальние складские полки. Потом ещё лет семь они там лежали тихонечко - а когда фирма "Мелодия" стала, наконец, выпускать пластинки с нормальной музыкой, и эти пластинки стали привозить в музыкальные магазины, вот тогда-то директора магазинов решили освободить место на складе - и выставили в продажу пластинки с речами Леонида Ильича Брежнева. Как "уценённый товар", по три копейки за штуку. Ну, а Кэпс с Гариком их увидели - и купили. В восемьдесят девятом дело было, весной.

Кэпс с Гариком - они панками были. Не по жизни - в душе. Настоящих-то панков тогда в Иркутске не было. Вернее, были - Князь, Одинокий, Клэш, ещё кто-то - но даже и они тогда не панковали по-настоящему и ирокезы себе не выбривали: самой панковской акцией этих панков тогда было, кажется, публичное взятие афтографа у Живого Классика И Печальника Земли Сибирской, некоего Валентина Григорьевича - фамилию забыл - и публичное же сожжение бумажки с этим афтографом. Ну, а Гарик с Кэпсом - они-то, нет, ни разу в таких актах чудовищного вандализма не участвовали. Они просто, в душе панками были.

Гарик тогда учился на втором курсе Истфака ИГУ, или на третьем - в Иркутске именно на этот факультет принимают всех, кого попало. А Кэпс нигде не учился. Вернее, он должен был тогда учиться в шестьдесят пятой школе, в десятом классе, вместе с Тихоновым и Ромой Гаврилиным - но его оттуда выгнали. Или - он сам ушёл. Я не помню. Помню только, что уже потом этот Кэпс сдавал экзамены за десятый класс экстерном, в нашей школе, вместе со мной, да. А когда они с Гариком эти брежневские пластинки купили, он ещё никаких экзаменов не сдавал - он тогда Познавал Окружающий Мир.