Чтение онлайн

– Ох, - вмешалась Стефани.
– Лоис?

– Да.

– Она уехала.

– Очень жаль, - заявил я.

– Ты же помнишь Лоис, не правда ли?
– обратилась она к Бартеру.

– Лоис, говоришь ты? Ах, да! Она уехала.

– Сегодня утром, - добавила Стефани.

– Теперь вы ее припомнили?
– спросил я Бартера.

– Да, припоминаю. Она уехала.

– Куда?

– Домой.

– А где ее дом?

– Я не знаю.

– Вы уверены, что она уехала?

– Я сама усадила ее в поезд, - сказала Стефани.

– Поезд куда?

– Дэвистаун.

– Она там живет?

– Я не знаю. Она туда поехала. Я не интересовалась, где она живет.

– Я немножко разочарован, - сказал я.

Стефани посмотрела мне в глаза.

– Я тоже.

– Лоис или не Лоис, - решительно заговорил Бартер, - мы не можем вас поселить.

– В таком случае, видимо, мне надо уезжать.

– Это единственное, что остается вам сделать.

– Рад был познакомиться с вами обоими.

– Приезжайте к нам снова, - пригласила Стефани.

– Непременно.

– Если увидите Джо, - сказал Бартер, - передавайте ему привет.

– Передам.

– Он все еще живет в Мурросвилле, не так ли?
– спросил Бартер.

– Мурросвилл?

– Да, - сказал Бартер.

– Я не знаю, где он живет. Мы познакомились в баре, - сказал я.

– Где?

Я выстрелил наудачу:

– В Дэвистауне.

– Ну что же, - сказал Бартер, - передавайте ему привет.

Он вздохнул.

Когда я вышел из помещения, грузовика нигде не было видно. Я отъехал от роскошного "кадиллака" Стефани Бартер и поехал быстро прочь по дороге.

Лишь через четыре минуты я выключил огни и въехал в придорожные кусты.

14

Я вырос в городе, а это значит очень много. Скажем, ты не видишь травы или деревьев, пока не отправишься в парк. Вы скажете, что в этом нет ничего особенного, но на самом деле это не так. Для меня небо всегда окаймлено было бетоном, а на некоторых улицах ты вообще не видишь неба. Грязь, отбросы, постоянный шум и насилие. Большой город - это множество маленьких городков, склеенных вместе.

Таким образом ты имеешь все негативные стороны маленького городка, ну и положительные тоже.

Если вы не росли в крупном городе, вы не поймете хорошие вещи.

Вам не понять радости играть в шарики вдоль канавы после летнего дождя, когда ты можешь сунуть руку в черную лужу и вертеть там мраморный шарик. Да и взять все уличные игры городских мальчишек, в которых столько риска, столько выдумки и притягательности, поскольку они все запретные.

Вы любите город, потому что город становится частью вас самого с того времени, когда вы смотрели из своей коляски и видели вокруг себя здания, уходящие крышами под небо. Вы могли ездить за город на пикники, но город всегда манил вас назад.

Вы слышали его призывную песню в самых странных местах, где иной раз сердце замирает от красоты и величия расстилавшейся перед вами картины далеких и волшебных стран, залитого лунным светом океана, высоченных гор и горячих пустынь. Все равно в вашем сердце звучит песня родного города.

Вы не можете ее позабыть, потому что вы сами помогали ее сочинять.

Я городской мальчишка.

Сельская местность меня не притягивает.

Мне не нравятся одинокие дороги без освещения, гудение насекомых, кваканье, чириканье, посвист, стрекот и прочие звуки, которые мне совершенно не известны.

Я брезгливо шарахаюсь в сторону от паутины. Мне неприятно ходить по топкой почве. Я опасаюсь наступить на осиное гнездо, а еще хуже - на змею.

В этом отношении я трус.

Не стану изображать из себя героя.

Я вылез из полицейского "седана" вечером четвертого июня, и не подумайте, что для меня это было пустяком. Я сбросил с лица паутину, думая о том, не запутались ли пауки мне в волосы, и пошел через лес.

Меня интересовало только одно. Майк Бартер ездил вместе с Хезекая куда-то на грузовике "по делу". Я не знал характер этого "дела", но мне хотелось взглянуть на грузовик.

Лес был заполнен разными звуками. Они пугали меня. Я не стыжусь в этом сознаться. Я вытащил свой тридцать восьмой из кобуры в заднем кармане. Позабыв о необходимости соблюдать осторожность в целях безопасности, я шел напролом через лес, прислушиваясь к непонятным для меня звукам. Ветви трещали.

За каждым деревом, казалось, притаился какой-то зверь. То тут, то там верещали птицы. Насекомые жужжали и гудели.

Нигде не было видно просвета. Деревенский мальчишка наверняка сумел бы найти кратчайший путь к мотелю, ну, а я - городской житель. Я не знал, черт возьми, куда шел. Я надеялся, что иду по прямой и что сумею отыскать дорогу назад к своей машине, если окажется, что мотель мне не найти.

Надежда плохой заменитель умения ориентироваться в лесу. Я в свое время не был бойскаутом, меня этому не учили.

Я пришел к выводу, что неприятности Фила были весьма серьезными. Де Морра пошел на известный риск, отправив меня ему на помощь, так что я обязан был оправдать его доверие и не подвести его. Я имел основная предположить, что Энн грозит серьезная опасность. И, наконец, я называл себя безмозглым ослом за то, что пробирался через лес без компаса.

Мне не хватало только того, что случилось в следующее мгновение.

Я почувствовал, что падаю. Это получилось неожиданно. Я приблизился к крутому обрыву и, так сказать, вступил в пустоту, попытался за что-то ухватиться, но не нашел опоры. Что-то холодное коснулось моего колена. Я панически перепугался, пока не сообразил, что это была вода. К этому времени я уже не мог устоять на ногах и упал плашмя на живот.

Меня сразу же покрыла какая-то слизь, тина, вода, которая, несомненно, вытекала из желоба. Я крепко сжимал в руке свой тридцать восьмой, но он погрузился в воду вместе со мной, так что, возможно, он будет стрелять лишь через десять дней. Я сел. Вода доходила мне по грудь.

Мне хотелось смеяться. До тех пор, пока я не услышал, вернее, не почувствовал движение в воде.

Сначала я подумал, что это обман зрения, трюк, подстроенный мне глазами.

Я слышал про плавающих змей, но до сих пор не видел ни одной.

Эту я не мог даже как следует разглядеть, за исключением того, что она находилась в трех футах от меня, но приближалась ко мне. Я не люблю змей. Я вытащил свой тридцать восьмой и выстрелил.

Ничего не произошло. Я снова и снова нажимал на курок, но безрезультатно.