Чтение онлайн

Соблаговолили, а как же! Кто ж в своем уме от обеда отказывается?!

— Наш взнос в общак, — выставил на стол бутыль светлого эльфийского Вегий, а сам на меня косит. Конечно, я же в нашей тройке старший.

— Правильно мыслишь, — кивнул я приятелю. — Знакомство надо обмыть.

И подумал, что светлое эльфийское — вино с секретом. От него языки развязываются на раз. Надо только самому пить через стопку. Вот и будем выяснять — кто по нашему миру гулять изволит….

Валерия

Эльфийское светлое! Я вас умоляю! После того, как Прошка вытащил из своего пространственного кармана нашу настоечку, которую мы с ним умудрились сварганить из перебродившего вина, эльфийское не канает. Ни светлое, ни темное, ни в крапинку.

В том домике, куда нас Арон забросил, какой-то алхимик-любитель жил. Вроде как даже породистый. У него в подвале много чего нашлось, в том числе и несколько бочек разного вина. И даже выдержанный самогон. Его мы сразу прибрали к рукам, а один бочонок литров на тридцать пропустили через перегонный куб. Дважды. Прошка в этих делах спец. Он даже в нашей общаге ухитрялся самогон гнать. Получилось нормально. Мы его по Прошкиным рецептам через несколько фильтров прогнали, добавили кое-какие приправы, и теперь в кармане болтались несколько бутылей почти настоящего коньяка. Градусов под семьдесят. Бутыли по виду один в один, как эльфийская, а подменить — раз плюнуть. Не даром же у нас сцендвижение на первом курсе настоящий циркач вел. Так что ловкость рук — и никакого мошенничества. Эльфийское в карман, коньяк на стол. И вот они, лапочки, посапывают на столе светлыми головушками. От супа ничего не осталось, рыбу мы посолили, и теперь коптим. Беседуем между делом.

— Нет, от них большого проку не будет, — тихо говорит Прошка, проверяя, как себя наша рыбка чувствует. Копчение, конечно, процесс сложный, но это если холодным дымом коптить. А мы решили не рисковать — потому дым у нас горячий. Рыба и закоптится, и сварится. Правда, съесть ее надо будет быстро.

— Снобы, я заметил, — отвечаю. Лялька на нас обиделась, и теперь тоже спит в своем домике. Домик ей Елисей сплел из травы и камыша. А нам не спится. Анализируем.

Эльфы не вмешивались в жизнь мира, если это не касалось их напрямую. Все. И то, что этих, с позволения сказать, героев, отправили нам в помощь…. Хм…. Не будем о грустном.

— Кто тут еще есть?

— Духи, Прош. Если кому еще интересен этот мир, то это духам природы. Не думаю, что гномы, оборотни, люди хотят что-то менять. Я тут с водяным познакомилась. Познакомился. Неплохой мужик. Себе на уме, но ведь и причин у него пока нет — нам доверять. А вода — это основа жизни. Сколько там человек может без еды обойтись? А без воды не продержится и недели. Вроде бы я такую информацию где-то встречал. Черт, еще немного — и поверю, что я мужик….

— И правильно. Лер, я все понимаю, но очень хочется тебя уберечь. У меня не так много друзей, а в этом мире их и вовсе нет. И еще — следи за руками.

Я кивнула. «Следи за руками» — это наш шифр. Мы придумали его на первом курсе, когда начались семинары и коллоквиумы. Мало кто обращает внимание на то, какой именно пальчик рассматривает девушка, и почему он выгибается под странными углами. А приятель ухитряется вспомнить то, чего еще и узнать-то не успел.

И девушка в камуфляже точно знает, что хочет сказать ей приятель, потирая левое ухо, или дергая себя за мочку правого. А еще была морская азбука, ради развлечения переделанная под наши общие нужды…. Студенты народ упертый, и талантливый. А мы к тому же, еще и артистичные. Пластичные и прочее.

— Думаю, что с ним нам стоит если не подружиться, то хотя бы наладить деловые отношения. Может быть, получится через него выйти на хозяина леса.

— Значит, завтра едем вдоль реки. Она как раз течет со стороны гор. А в горах должны быть гномы.

— Для массовки берем всех, — согласился Прошка. — Ложись спать, Лер. Я подежурю эту ночь.

Я кивнула. Хоть и пусто здесь, но все же…. Все же….

А под утро на меня свалился котенок. Маленький такой. Размером со щенка кавказской овчарки. Светленький, в голубоватых пятнышках. И глаза у него голубые.

Когда сам творишь бесчинства — как-то не замечаешь ни испуганных взглядов, ни неприкрытой ненависти, ни обжигающей боли, что сквозит в каждом жесте…. Да и некогда замечать подобное в пылу жестоких схваток. Но все бои когда-нибудь заканчиваются, и приходит осознание: тебя не просто не любят. Тебя рады бы убить, дай только повод. Дай только подобраться к тебе на выстрел, на замах, на удар….

Темный Властелин, разогнав приспешников по делам, закрылся в кабинете с добрым бочонком выдержанного вина и нехитрой закуской. Ему хотелось напиться вдрызг, в зюзю, в дым, в коромысло. Он давно уже не реагировал на подобное. Да и кто стал бы ему вровень, после обряда обретения силы?! За столетия он сроднился с силой, научился отключать все ненужное, чтобы не сбивать необходимое. Он мог бы дышать в одном ритме с планетой — если бы захотел. Он был Властелином и в то же время он был никем. Не самые приятные ощущения.

А ведь и в самом деле: для чего было все это? Властелин не знал. Да что там! Он даже имя свое забыл за столько то столетий. А некому его по имени называть. Родителей давно уж нет. Любимой женщины не нашел, детей…. Детей и подавно не наплодил, хотя…. Кто знает, может, и были дети. Правда, это могло случиться лишь на заре туманной юности, когда он был юн, горяч и нетерпелив. Но ни одна женщина к нему с претензиями не приходила. Впрочем, с порядочными он и не связывался никогда. А маркитанткам и самим проблемы в виде младенцев не нужны были. А потом как-то незаметно не стало и маркитанток.

М-да.

Темный Властелин налил себе очередной кубок вина, но пить не стал. Он уже давно понял, что спиться ему не удастся. Метаболизм не тот. Все, что в его организм попадает вредного, каким-то непостижимым образом переводится в магический резерв. А поскольку он с полным на то правом владеет всеми разновидностями магии, то и резерв у него весьма и весьма прокачан. Алкоголь питал огненную магию. Питал — напитывал, подначивая Темного на совершение какой-нибудь глупости вроде выжигания никому не нужной пустоши. Желательно, чтобы там нежити было побольше.

— Так, где у нас что? — бормотал он, вслушиваясь в потоки энергии. Всем ведь известно, что энергией полнится любой мир. А еще потоки разные по вкусу. Нежить, например, ощущается как кусок весьма и весьма несвежего мяса. А такое никому не нравится.

— Ага, есть. Счас мы быстренько метнемся в ту сторону, посмотрим, что там развелось без моих санкций. Заодно и резерв почистим. И пустошь в порядок приведем. Какой я буду Властелин, если порядок не смогу навести?! Никакой. А мне еще надо….

Чего ему еще надо — он не успел придумать. Потому что вкус тухлятины вдруг перебился чем-то совершенно невероятным. Как будто он махом опрокинул в себя литровый кубок невероятного по вкусу вина. В котором взрывались мелкие пузырьки, щекотались крылышками радужные феи, и гудели толстые мохнатые шмели. В голове Темного Властелина взорвался фаербол, не иначе. Потому что его вдруг повело куда-то в сторону, закачало и понесло…. Перед внутренним взором мелькали радужные картинки странного мира. Голубоглазая блондинка что-то сердито кричала кому-то невидимому, ей кто-то отвечал, вроде мужчина, а вроде и нет. Пищала какая-то странная зверушка размером с мужскую ладонь, крутились в бешеном хороводе светлые эльфы, мелькало чье-то лицо, скакал на спине единогора мальчишка с короткими темными волосами. А над всем этим безумием плыли куда-то по своим делам разноцветные облака….