Чтение онлайн

– Ты не прав, ребёнку нужна стабильность, а ее дают деньги, и как следствие получаешь нормальную жизнь.

– Адекватность и любовь не измеряются деньгами.

– Не делай из себя святого, - зло усмехается мне, - если ты не умеешь зарабатывать, то не мешай мне развивать ребёнка.

– Развивать?

– Да, развивать. Что ты ему можешь дать. Футбол тупой перед телевизором и мяч с гопотой во дворе? Дежурства твои постоянные?

– Хватит. Фамилию хочешь сменить? Уехать? Думаешь, я не вижу, куда ты клонишь? Не делай из меня идиота.

– Если ты не подпишешь этот документ и не дашь нам уехать, то я заберу у тебя ребёнка. Навсегда. Понял? Ты вообще его никогда не увидишь. Ты бедный, Воронов. А бедные всегда проигрывают.

– Слишком много на себя берешь. Матвей никуда не уедет.

– Ты не понимаешь ничего! Мне надо уехать! Сын должен поехать со мной.

– Хочешь ехать - езжай. Он останется тут, будет жить со мной, - разворачиваюсь и иду к двери.

– Ты пожалеешь!

Возвращаюсь одна домой и уже планирую, как наконец высплюсь, как в коридоре горит свет.

– Лар… - вылетает навстречу растрепанная и заплаканная подруга и все… дальше слёзы.

– Тише, - на ходу разуваюсь и обнимаю ее.
– Что случилось?
– веду на кухню, усаживаю, наливаю воды.

Она ревет и трясется вся.

– Ты когда приехала-то? Чего не позвонила? Я бы встретила.

Лицо закрывает ладонями и истерит в голос.

Так… достаю вино. Потому что сейчас либо так, либо никак.

– Держи, - наливаю ей полбокала.
– Давай-давай. А то зальешь тут все. МЧС придется вызывать. А сегодня так себе смена, - пытаюсь шутить, но то ли шутка не очень, то ли она вообще не воспринимает шутки.

Но пару глотков делает.

– Мы расстались, - выдыхает подруга.
– Он… он изменил.

– Как изменил? С кем?

Ну правда, она уже… что им надо?

Хотя… сама на грани. Ренат тоже к бывшей поехал. Кто знает, что там осталось ещё. А у них ребёнок. Помириться можно на раз-два. Не то, что у нас, только ночь одна. И день.

Когда допивает бокал, чуть успокаивается. Много, сбивчиво, с повторами рассказывает про то, что застукала его на танцполе с другой, как целовались, как "она же все для него", как "я думала, он другой".

– Он не другой, он просто очередной.

– Знаешь, что самое обидное? Я ради него столько всего… Он проснуться не успеет, а я уже с укладкой и макияжем. Любое его желание - исполнено.

А может, это не так важно? Я вон утром… там не то, что макияж и укладка, там ещё и зубы не чищены были. И Воронова вообще ничего не смутило.

– А он - с какой-то… шалавой с надутыми губами и силиконовыми сиськами. У меня маленькие, да?
– сминает и показывает мне свою грудь.

– Да нормальные у тебя, - пожимаю плечами.

Мы сидим с ней до полуночи. Вино в бутылке опускается до критического минимума. Говорим с ней обо всем подряд: о мужчинах, о браках, о том, кто кого и зачем терпит.

– Ларка, тебе надо выходить замуж за того, кого отец предлагает. Богатый, стабильный. Только брачный договор нужен. Чтобы, если изменит, ты осталась при деньгах. Поверь, это идеальный вариант.

– А как же любовь?

– Ой, что там… если мужик нормальный, то чувства приходят после.

А если не нормальный, то раньше, что ли?

– Пойдем мы с тобой спать. А то мне завтра на работу утром. И сутки потом не спать.

На работу приезжаю раньше обычного. Потому что не спалось всю ночь. Сначала все думала о подруге, о ее словах. Потом всякие пожарные мерещились.

Мерещился. Маячил перед глазами и не давал уснуть. Хотя даже рядом не был.

Криво ставлю машину. Плевать. Надеваю солнечные очки и беру стаканчик с кофе. До утреннего развода мне надо проснуться.

Утро ещё какое-то ватное, будто я не спала, а просто закрыла глаза и открыла снова.

– Привет, - Марина догоняет меня возле здания.

– Привет, - на автомате ей киваю в ответ.

Но ее я меньше всего хочу сейчас видеть. Она испортила мое платье.

– Подруги так не делают, - жалуется мне. На меня же?

– С каких пор мы подруги?

– Ты увела у меня мужика.

– Напомни, какого именно?
– тяну, хотя прекрасно понимаю, к чему она.

– Рената, - делает вид, что ей сейчас больно как в турецком сериале.
– И не надо делать вид, будто не понимаешь. Тебе же надо было уехать с ним, да? Он целый вечер со мной провел, а потом ты придумала проблему и вуаля… все должны ее решать.

– Кажется, это ты испортила мне платье на корпоративе, и создала эту проблему, - напоминаю ей.
– Так что я и близко тут ни при чем. Тебе надо было себе платье испортить и попросить помочь.

– Платье… Да ты же жопой крутила перед ним весь вечер. Ещё короче ничего не могла найти?

– Марин, если твой, - беру пальцами слово в мнимые кавычки, - мужик реагирует на мою жопу, то проблема, кажется, не во мне. Если бы он хотел уехать с тобой, он бы уехал, - делаю глоток кофе.

И ты бы сейчас, как я, не выспавшаяся была.

Сворачиваю к себе в отдел. Захожу в раздевалку.

– Привет, Леш.

– Привет. Корпоратив как два дня закончился. Или у вас не заканчивался?
– смеется надо мной.

– У кого это, у вас?
– делаю вид, что не понимаю.

Я и правда не хочу афишировать ничего. Ни взглядов, ни вчерашнего вечера, ни того странного осадка, который всё еще сидит где-то под ребрами.

Ренат заходит в помещение за три минуты до начала рабочего дня.

– Доброе утро, - коротко со всеми здоровается.

Слава богу, что и со мной, как со всеми.

Хуже всего было бы, если бы он сейчас начал что-то обозначать. Делать вид, что между нами что-то есть. Или, наоборот, слишком явно показывать, что ничего нет.

А так - просто работа. Просто люди. Просто утро.

– Что-то вы оба какие-то сонные, - усмехается Алексей, переводя взгляд с него на меня.

– И молчаливые, - подхватывает Иван Андреевич.

– Мне кажется, - продолжает Алексей, - ты их не зря в один экипаж отправил, Вань. Где два дня ездили?