Чтение онлайн

Он моргает один раз. Второй. Потом напрягается подбородок:

– В кого?

– В пожарного одного.

Тишина такая, будто кто-то нажал режим “без звука”.

– Лариса… - он протягивает руку и сжимает мою ладонь.
– Серьёзно?

– Серьёзно.

– Какое звание у этого пожарного?

– Я не знаю.

– Лара…

– Младший лейтенант.

– А… - он даже не смеется, он анализирует.
– Я не против пожарных. Профессия достойная. Но ты… ты сможешь с таким жить?

– В смысле?

– В прямом. На одну зарплату, - он загибает пальцы.
– Постоянные риски. Постоянные смены. Постоянные выходные “вне выходных”. Постоянные тревоги. Постоянные бессонные ночи. Постоянные мысли: вернется или не вернется.

Делает глоток чая.

– Рассказать, что будет через десять лет? В отпуск по Золотому кольцу России поедешь. Или в санаторий. От зарплаты до зарплаты. Ипотека.

Я смотрю в кружку. Чаинки лежат на дне.

– Не будет отпуска и ипотеки. Мы расстались. Понимаю я, что разные мы.

– Так чего ты мне тогда рассказываешь это все? Про влюбилась? Про пожарного?

А действительно? К чему?

– А ни к чему, пап.

– Из-за чего расстались-то?

– Я блог вела. Выложила его там…

– Из-за блога-то и расстались?
– усмехается.

– Для него это важно было.

– Я это твое хобби тоже не поддерживаю, - ставит кружку, - но, Ларис, ты завтра захочешь играть на пианино, а он скажет, что ему не нравится шум. А краски воняют? И что тогда? Я так понимаю, вы в пожарке этой познакомились?

Киваю.

– Ларис, вы сколько знакомы пару недель? Это ты любовью называешь?

– А как это назвать?

– А для тебя любовь - это как? Поцеловались и… что там у вас было… все было? Ай… ладно… не маленькая уже… Любовь - это смыслы. У тебя есть смысл, кроме как, извини, за выражение, потрахаться?

Смотрит куда-то сквозь меня. Отпивает чай.

– А Вячеслав твой лучше? Моего я хотя бы так “люблю”, как ты говоришь. А с этим мне даже говорить не интересно.

– Ты с этим парнем сколько времени-то проводила? Сутки вместе, тут хочешь-не хочешь сблизишься. Ты бы Вячеславу дала такой шанс. Сутки через трое вместе. Тогда бы и поговорили.

– Я услышала тебя пап, а ты меня не хочешь услышать.

– Я люблю тебя и хочу, чтобы ты жила…

– На всем готовом?

– А ты не так привыкла, Лара?
– скрещивает пальцы рук.

Привыкла так.

А вот хочу ли так теперь?

– И я тебя не виню. Сам так воспитывал. Все лучшее тебе. Чтобы ты не чувствовала себя одинокой после смерти матери. И дальше хочу, чтобы так было! Чтобы с мужем была в безопасности, чтобы не изменял, чтобы … чтобы с характером твоим мирился, чтобы не предал никогда и любил все, чем занимаешься. Хоть блоги, хоть песни, хоть танцы. Ай… - машет рукой и поднимается. Выходит из кухни, оставляя на столе недопитый чай.

– А ты думаешь я такая пропащая, что сама не найду себе мужа?

– Ну, ты искала. Много нашла?
– оборачивается в дверях.

– А зачем мне много? Я одного нашла.

– Ну и где он? Сама сказала, что расстались. Да и Лара, успокойся, отдохни, поспи, ты потом посмотришь на это другими глазами. Ну, влюбилась, бывает. Пройдет это все.

– А если не пройдет?

Ложусь лицом в подушку в своей комнате и тихо плачу. Увольняться или нет? Или дальше с ним работать? Мелькать перед глазами? Раздражать?

И буду. Сам пусть уходит, если что-то не нравится.

Два дня я почти не выхожу из комнаты. Только в туалет. Телефон выключаю.

Может, так делают только дети, ну что же, значит, я ребёнок.

На третий вечер звонит кто-то в дверь.

Романтическая часть меня хочет, чтобы Ренат. Чтобы как в сказках, пришел за мной, прорвался через папу-дракона и спас принцессу, без которой не может жить.

– Добрый, Слав, проходи, - слышу в коридоре голос отца.

Вот же старый сводник!

Отец заглядывает ко мне.

– Ларис, пойдем, посидишь с нами.

– Твой гость, ты с ним и сиди, - шепчу.

– Лара.

– Пап, зачем ты его пригласил?

– Затем, чтобы ты перестала тут лежать и изображать царевну-несмеяну.

– Мне плохо.

– Я вижу. Поэтому и пригласил. Отвлечься тебе надо, поговорить.

– Я не хочу ни с кем говорить.

– Идем, кофе нам сделаешь, посидишь. Не хочешь говорить - не говори. Послушай. Помнишь, как раньше любила всегда слушать наши байки.

Я невольно усмехаюсь.

Мне не разрешали слушать разную расчлененку, так я пряталась в коридоре и подслушивала. Жутко было и одновременно интересно.

– Идем.

Я поднимаюсь. Собираю волосы в хвост. Без макияжа, в домашней, пусть и опрятной, одежде. Но без лоска и стиля, как он привык. Пусть видит, какая я сейчас - никакая. Пусть не захочет. Пусть передумает.

Выхожу в гостиную.

– Здравствуйте, - здороваюсь.

– Лариса, - Вячеслав поднимается и протягивает букет. Большой. Неприлично красивый.
– Это вам.

– Спасибо, Вячеслав.

Он берет мою руку и галантно целует.

Если бы ещё это как-то на меня воздействовало.

Ставлю цветы в вазу.

– Кофе? Чай?

– Кофе, - говорит отец.
– Сделай нам два.

На кухне шумит кофемашина. Я смотрю, как струя льется в чашку.

Себе делаю чай.

– Что у вас там нового?
– спрашивает отец у Вячеслава за моей спиной.

– Да, скукота… - усмехается Вячеслав, - муж с женой опять ребёнка делят. Она на него заявление написала.

– Классика, - кивает отец.

Заявление.

Ребёнок.

Делят.

Ренату тоже надо быть осторожным. Жена его, если захочет, далеко может пойти.

Разворачиваюсь, ставлю кружки с кофе на стол, достаю печенье.

Беру свою кружку, чтобы пойти к себе, но отец останавливает.

– Ларис, посиди с нами.

Сажусь. С ними.

Кажется, только Вячеслав не понимает тут ничего.

– Ларис, кстати, мне тут билеты предложили, - говорит Вячеслав.
– В Большой, на “Чайку”. Давно хотел сходить, но все не было компании. Может, сходим? В пятницу.