Чтение онлайн

Лейтенант Нари Ким просто кивает. Она уже знает. Видит.

Я отстраняюсь, отпуская Зилу, и Финиан берет меня за руку.

Нам больше нечего сказать, да и времени на это все равно нет.

Поэтому мы вдвоем поворачиваемся и бежим.

Зила – двенадцать минут до…

Странно бежать за Нари, вместо того чтобы направлять ее по каналу связи, но я знаю каждый шаг так, словно проделывала его сама сотни раз. Мы с Нари сворачиваем за угол, прижимаемся к дверному проему, считая драгоценные секунды, пока патруль в конце коридора проходит мимо.

Финиан и Скарлетт отвлекут их через мгновение. Так мы с Нари доберемся до ядра на сорок пять секунд раньше, чем она делала это в другие разы.

Одной ей бы этого не хватило. Но это даст ей время защитить меня.

Вместе мы сможем это сделать.

Финиан, десять минут до…

– Яйца Творца…

– Меньше разговоров, больше работы! – задыхается Скар.

Патруль топает по коридору позади нас, вызывая по рации подкрепление и, скорее всего, организуя немедленный сброс ракет на наше текущее местоположение. На борту их станции бетрасканец, и теперь они в курсе.

В общем, хорошая новость в том, что мы их отвлекли. Плохая – мы почти у доков, и, если не оторвемся от головорезов, сидящих у нас на хвосте, угнать корабль будет ооооооочень сложно.

Затем я вижу кое-что впереди, на уголке, закрепленное на настенном кронштейне. Если снимется легко, мы выживем. Если застрянет, мы трупы.

– Скар, – выдыхаю я. – Налево.

Она ни о чем не спрашивает – бросается за угол как раз в тот момент, когда я хватаю огнетушитель и выдергиваю чеку. И, вознеся молитву Творцу, швыряю его в преследующих нас головорезов.

Они пытаются пристрелить меня – один из них подбирается так близко, что едва не попадает в цель. Но выстрелы угождают в огнетушитель, разнося его на части. В одно мгновение весь коридор заполняется мелким белым порошком, и я, ослепленный им, вдыхаю резкий химический запах и ощупью пробираюсь сквозь бледное облако к двери, которую Скарлетт держит открытой.

Проскальзываю внутрь, зажимая рот обеими руками, стараясь заглушить судорожный кашель. Дверь с жужжанием закрывается, и мы слышим, как патруль достигает перекрестка, сыплет проклятиями и расходится на четыре стороны, удаляясь от нашего укрытия.

Дурачье.

Зила – восемь минут до…

На этот раз Либерман погибает, не застрелив Нари. Охранники у входа в лабораторию выведены из строя. Мы подходим к указателю.

Посторонним вход воспрещен.

– Тревога системы безопасности, уровень 2. Повторяю: тревога системы безопасности, уровень 2.

Украденный пропуск у двери. Затем низкий электронный гул.

А следом объявление, сообщающее, что до взрыва станции и окончания нашего последнего цикла осталось восемь минут.

– ВНИМАНИЕ: эскалация нарушения герметичности, задействуйте аварийные меры на палубе 9.

И вот я здесь, собственной персоной, в большой круглой комнате, которую снова и снова видела глазами Нари. Пространство занимает цилиндрический стеклянный купол, провода и переходники соединяют его с компьютерными блоками, расположенными вдоль стен. Наша цель находится внутри, треснувшая и подвешенная в воздухе, пульсирующая светом.

В первый раз, когда мне довелось увидеть один из этих зондов, Аврора прикоснулась к нему и потом прожила полгода внутри Эхо с Кэлом. Я ненадолго задумываюсь о том, как они там. Выживут ли. Стоит ли оно того.

– Какого черта вы здесь делаете?

Нари оглушает человека в белом комбинезоне. На этот раз оглушает и его напарника, прежде чем тот успевает выхватить оружие. Я опускаюсь на колени, запускаю руки в механизм, сосредоточившись на текущей задаче.

Этот момент – единственное, что имеет значение.

– Двадцать секунд до прибытия гостей, – бормочет Нари, стоит совершенно неподвижно, не сводя глаз с двери. Точно ястреб, парящий в воздухе, ожидающий своего шанса.

Система выброса кристалла в космос больше механическая, чем электронная – на случай отключения питания, я полагаю. Зонд удерживается на месте четырьмя фиксаторами, по одному в каждом направлении, и все они должны быть отключены вручную. Но механизмы тяжелые, закрыты болтами. Осматривая пол вокруг себя, я подползаю к одному из лежащих без сознания инженеров. Переворачиваю его на спину, обыскиваю пояс с инструментами и достаю тяжелый гаечный ключ.

Поторопись, Зила, поторопись. На этот раз ты можешь спасти их.

– Внимание! – кричит Нари.

И тут двери распахиваются. Все вокруг наполняется звуком и светом, вокруг меня клубится дым, и я одной рукой прикрываю рот и нос футболкой. Гаечный ключ вставляется в первый фиксатор. Я дергаю за него, и еще раз. Замок ослабевает. Я освобождаю его.

Подползаю ко второму, не обращая внимания на огонь, шипящий у меня над головой, и запах плавящегося металла. Нари сдерживает их, но противников так много, и я знаю, что остаются считаные секунды до того, как один из них, прикрываясь огнем остальных, ворвется в лабораторию.

Я бросаю взгляд на зонд и открываю второй замок, сигнал тревоги звучит громче. Зонд все еще парит, все еще излучает свет, удерживая здесь моих друзей.

– Зила! – кричит Нари, когда раздается грохот оружия, и колонна над ее головой взрывается снопом искр. – Поторопись!

Я ползу на животе к следующему замку, в ушах звучит вой сирен. Руки, скользкие от пота, гаечный ключ выскальзывает из них, когда я, поднатужившись, изо всех сил тяну и наконец отвинчиваю третий болт.

– ЗИЛА! – ревет Нари.

– Десять секунд! – кричу я в ответ.

Я уже у четвертого замка, вставляю ключ на место и дергаю изо всех сил, стараясь его повернуть. Последняя муфта сопротивляется, упрямая, приводящая в бешенство. Судьба всей галактики в моих руках. Я не религиозный человек, но какая-то часть меня отчаянно желает, чтобы сейчас я таковой была.

– Пожалуйста, – шепчу я тому, кто меня слушает.

Умоляю.

И наконец затвор отвинчивается.

Еще мгновение пульсирующее свечение сохраняется. Энергия, поступающая к сломанному зонду, прерывается. И вот свет внутри начинает мерцать.