Чтение онлайн

— Вы располагаете временем, сударь? Я обладаю важной информацией.

— К великому сожалению, Павел Федорович, время мое очень ограниченно. Не позже утра я должен вернуться в Кенигсберг — едем вас ловить, — Кондрахин усмехнулся, — в Младо-Болеслав. Кажется, это недалеко от Праги. Если это не повредит вам, было бы желательно, чтобы ночью наши ловцы астральных вибраций уловили какой-либо всплеск именно оттуда. Это для страховки. На нет и суда нет. Кстати, я на машине. Если нет другого приемлемого места, могли бы переговорить и там.

Тополь медленно шел рядом с Кондрахиным, упиваясь звуками родной речи, не особенно вникая в смысл сказанного. На какое-то время ностальгия захватила его целиком, и лишь неподкупная сторожевая часть сознания продолжала отслеживать обстановку, наблюдать за окружающим, готовая при малейшей опасности подать сигнал тревоги.

Было почти по-летнему тепло. Листья на деревьях еще оставались матово-зелеными, и эта зелень, эта тоска по Родине, по невозвратимому прошлому, заливала и пространство, и душу. Казалось, какой-то миг — и он перенесется в 1913 год, на заросший ракитами берег Орлика, где подростком удил голавля. И вновь живы и мать, и отец, и брат Игнат, и все, все, все…

Наваждение схлынуло так же резко, как и пришло.

— Хорошо, — суше, чем хотелось самому, отозвался он, — будем по возможности кратки. Как вы меня информировали, цель вашей миссии — уничтожение человека, подпитывающего энергией главных фашистских бонз. Я полагаю, что знаю такого. Это некий Густав Кроткий, мой знакомец еще с двадцатого года. Мне известны его координаты — и физические, и астральные. Но, мой друг, схватка с ним может оказаться — да что там, непременно окажется! — смертельной для вас. Безусловно, вы — боец. Но Густав сильнее, поверьте на слово. Он стал одним из братьев розенкрейцеров, и теперь бесполезно пытаться уничтожить его физическое тело, не трогая астрального. Я бы тоже не рискнул пойти против него в одиночку. Поэтому предлагаю действовать в паре.

— Боюсь, вы недооцениваете мои способности, Павел Федорович. До Густава мы доберемся попозже, а завтра группа Раунбаха в полном составе должна прекратить существование. Это случится в Младо-Болеславе во время облавы на вас. Произойдет взрыв, во время которого погибнут все члены группы.

— Я, собственно, не против, — усмехнулся Тополь, — но как собираетесь выжить вы?

— Не только я. Во-первых, мой напарник, кстати, наш земляк, русский. Во-вторых, кое-кто из членов группы Раунбаха, включая его самого.

— Ох, Юрий, — вздохнул Недрагов, — как бы фашисты не поймали тебя на крючок…

Кондрахин поправил и без того ладно сидевшую на нем немецкую форму.

— Так надо, Павел Федорович. Будем считать это взаимовыгодной сделкой. В конце концов, на нашу встречу я попал тоже благодаря Раунбаху. Он выходит из игры, и я в этом буду ему всемерно помогать. Не думайте, что все там — фашисты.

Недрагов промолчал.

— Итак, давайте договоримся конкретнее. Взрывчатку найти сумеете?..

У ворот первая машина притормозила ненадолго, охранник поспешил открыть ворота, и команда Раунбаха на трех машинах в полном составе въехала на заводскую территорию. Шульц из окна машины придирчиво наблюдал, как вышедший из машины Фриц Раунбах разговаривает с майором-эсэсовцем. Рядом с ними как бы случайно прошел Дылда Фриц, что-то на ходу сказал майору, и тот рысью убежал в низкое строение с зарешеченными окнами.

Доктор Шульц вопросительно посмотрел на сидевшего рядом Кондрахина, но тот демонстративно пожал плечами. В сегодняшней операции ему отводилась роль связного. Искать грозного Тополя полагалось Мирче и Елене, а Раунбах, ими руководивший, должен был дать через Юрия мысленную команду, куда направиться остальным членам группы. Сегодня все водители машин и приданные группе два гестаповца, устойчивые к ментальному воздействию, подчинялись только администратору группы.

Пока по заводскому двору между низким зданием конструкторского бюро и опытных мастерских, кирпичной оградой и высокой стеной цеха ходили трое: Мирча Ковач, Фриц Раунбах и Дылда Фриц. Снующие между мастерскими рабочие и немецкие солдаты не обращали на эту троицу особого внимания. Раз охрана их пропустила, значит, они имеют право находиться здесь.

Остальные члены группы сидели в трех машинах, с трудом уместившихся в узком дворе.

Майор-эсэсовец вернулся, показал Раунбаху какие-то бумаги. С другой стороны от Шульца зашевелился Христо.

— Я что-то чувствую, — пробормотал он на своем отвратительном немецком языке и показал рукой направление.

Доктор Шульц уперся взглядом в карту завода, старую, выпущенную еще до присоединения Богемии к рейху. В указанном болгарином направлении находились два больших цеха, насосная, склады масел, красок, инструментальная мастерская. Хуже всего то, что проехать туда на машинах казалось очень затруднительным, хотя напрямик, если идти через цех, было довольно близко. Щульц к тому же понимал, что доверять старой карте опасно, а езда по заводской территории на роскошной машине спугнет Тополя.

— Николай, сходите к Раунбаху и укажите ему направление. Потом сюда, к нам, — приказал Щульц, не оборачиваясь.

— Йоханссон, что вы дергаетесь? Еще ничего не началось.

Щульц не сразу понял поведение чтеца мыслей, но, увидав, что Николай вслед за Мирчей, руководителем группы и гипнотизером нырнул в дверь цеха, буквально зарычал:

— Опять! Если эта русская свинья напьется на задании, прикажу расстрелять его прямо у обочины.

Доктору Щульцу только и оставалось, что бессильно ругаться. Найти четверых, отправившихся искать Тополя, на заводской территории было совершенно невозможно. Оставалось сидеть и ждать, что доктор Шульц и проделывал с терпением отличного службиста.

— Герр Шульц, — подал голос Кондрахин, — Фриц Раунбах приказывает Елене и Христо войти в маслокрасочный склад, а остальной группе держаться за углом рядом, вне видимости.

Он зашуршал картой, пытаясь разобраться, как ехать, но Шульц отобрал ее и принялся отдавать четкие команды водителю. Машины, совершив несколько маневров, в конце концов достигли нужного места.

— Йоханссон, проводите госпожу Кочутис и капитана Набаева на склад. Увидите там Николая Павловича, тащите его сюда силой.

Кивнув, Кондрахин вылез из машины, открыл дверцу перед болгарином. Вдвоем они подошли к другой машине, откуда поспешно выбралась Елена. Через минуту Кондрахин вернулся.

— Господин Раунбах приказал всей группе быть в готовности за углом цеха. Если начнется шум, всем бежать к складу. Николая Павловича я не нашел. Прикажете продолжить поиски? Он отстал от них еще в цеху.

— Отставить поиски, не время.

Шульц замолчал, услышав свистящий звук. Он выглянул из-за угла, и в этот момент там рвануло по-настоящему. С Шульца слетела шляпа, а весь двор наполнился пылью и едким дымом.