Чтение онлайн

«О, мы перешли на ты,» заметил Ларсен.

Он хотел бы сказать бедной женщине, чтобы не тратила силы на попытки разжалобить мага, но понимал, что не стоит лишать её надежды. Капитан снова сдал её руку и бросил на неё взгляд, пытаясь успокоить.

Надежда самого капитана на то, что Эристелю всё не чужды человеческие эмоции, разлетелась в прах после его слов о «материи».

«Не проси, боюсь это бесполезно...» подумал он, но вслух ничего не сказал, обратив все внимание на некроманта.

– Мне казалось я нашел компромиссное решение, устраивающее обе стороны, - сказал Ларсен.
– Подарить ей покой, а тело, лишенное её души и сознания оставить служить господам. Но из сказанного тобой вытекает, что это невозможно.

Эристель кивнул. Ингемару показалось или он действительно рад тому, что идеальный план капитана провалился?

– Что я могу дать?
– задумчиво произнес Ларсен.
– Хороший вопрос. Был ты вампиром, я предложил бы тебе часть своей крови. Но ты, к счастью или к сожалению, не вампир. Что есть у меня такого, что может тебя заинтересовать? Скажи.

Слушая, как торгуются ее жизнью, женщина оставила надежды на помощь и закрыла глаза. Она поняла, что и в этот раз она является всего лишь рабыней, бездушным куском плоти без чувств и права голоса. Несчастная закрыла глаза и больше не проронила ни слова.

– Вампиры? Существа, что паразитируют за счет крови других существ? Этакие москиты, о которых ходит столько легенд для романтичных дам? Мне скорее ближе гули, этакие врачеватели земли. Именно они, поедая покойников во времена чумы, мешали распространению заразы.

– Я не разбираюсь во всём этом, ты же знаешь, - устало сообщил капитан.

Эристель скользнул взглядом по напряженному лицу капитана. Ингемар был в его руках, точно марионетка. Оставалось лишь дергать за нужные ниточки - честь, благородство, желание помочь, сострадание, самопожертвование. Ларсен не доверял магу, но в его глазах упрямо теплились крошечные угольки надежды.

– Мне не нужна кровь, куда интереснее - жизненная сила. Ты не видишь ее, но она окутывает каждого из нас. Сейчас твой поток слаб из-за телесного наказания, голода и усталости, поэтому после всего, что сейчас произойдет, ты можешь не выжить. Мы поступим несколько иначе...

Эристель вновь едва заметно улыбнулся, и казалось бы, в этот раз дружелюбно, но Ингемар понимал, что дружелюбия и уж тем более взаимопомощи тут нет и в помине.

– Я оставлю на твоем теле печать, что позволит мне получать твою жизненную энергию, как только ты восстановишься. В эти моменты ты будешь чувствовать сильную слабость. Боль я не причиняю. На твоем запястье, плече или шее проявится едва заметная тень от моей ладони или же... Обычно это просят чаще женщины - "знак обязанного» появится на радужке твоего глаза, видимый со стороны только тебе и мне.

Некромант спокойно выжидал, пока Ларсен примет решение.

– Получать или получить? – Ингемар насторожился.
– Ты возьмешь эту силу один раз или будешь выкачивать её в любой удобный момент, не спрашивая моего согласия? Знак исчезнет, когда ты получишь своё или останется на мне навечно?

Эристель с улыбкой склонил голову, точно умиляясь ребенку, который делает первые шаги. У капитана, видимо, была привычка читать в контракте все, даже то, что написано мелким шрифтом.

– Насколько я заметил, при перемещении все полученные вами раны исчезают, и вы восстанавливаетесь. Вероятнее всего, то же самое случится и с нашим договором. Его расторгнут, вмешавшись извне.

Ларсен недоверчиво прищурился, но некромант спокойно выдержал этот взгляд.

– А если печать не исчезнет? Ты ведь не исчез из камня графини... Я не могу довериться воли случая.

– Разумно, - отозвался некромант.
– Что же, будь по твоему... Если после очередного перемещения печать не исчезнет, я лично сниму ее. Более того, я не буду лишать тебя силы в те моменты, когда она будет тебе наиболее необходима.

– Не соглашайся, - прошептала рабыня.
– Я все-равно не выживу... Это не Анубис. Это демон...

Каждое слово ей давалось настолько тяжело, что слезы вновь выступили у нее на глазах.

– Ей больно, Ингемар, - произнес Эристель, чуть понизив голос.
– Очень больно. Невыносимо.

– Тогда мы договорились, - кивнул Ларсен и протянул руку.

Слово "договорились" несколько позабавило Эристеля. Капитан, видимо, привык рассчитывать на то, что слово "договорились" обозначает наличие какой-то нерушимой клятвы, от которой нельзя отступать, и в ее нерушимость Ларсен свято верит. Или хотя бы пытается.

Эристель помедлил, потом вспомнил этот жест, и договор был скреплен рукопожатием. Рука некроманта была ледяной. Намного холоднее рук капитана. Хотя и он сейчас чувствовал себя окоченевшим от внутреннего холода.

– Осталось решить ещё один момент..., - Ингемар повернулся к женщине, наклонился к ней, держа за руку

– Милая, ты выживешь. И получишь возможность отстоять себя на Арене. Ты согласна? Освобождаешь меня от необходимости тебя убивать?

Эристель сообщил, что девушка страдает. Ларсен бросил на него взгляд. Он это видел и понимал, но лишнее напоминание вновь заставило его сердце содрогнуться.

– Эристель, ты можешь сделать так, чтобы она не мучилась? Перевести её боль на меня, хотя бы часть? Я побуду с ней, пока трансформация не закончится. Дальше её судьба будет в её руках.

«И в руках её господ...»

– Перевести боль? Ты хочешь стать еще и проводником?
– Эристель с сомнением посмотрел на Ингемара. Зачем этому человеку терпеть чью-то боль? С какой целью?

– Я не вижу в этом смысла, - задумчиво произнес он.
– К тому же, ты вряд ли протянешь... Разве тебе больше не о ком заботиться?

– Я хочу дать ей отдых, - настаивал капитан.
– Я не исполнил ею просьбу о смерти, но могу хотя бы освободить её от части мучений, из-за которых её так тянет умереть. Я бывал в похожей ситуации и могу предположить, что она чувствует. Что касается других людей, то они ясно дали мне понять, что не нуждаются в моей защите и опеке. Она же сейчас нуждается. Я сильнее, чем выгляжу. Я - продукт длительной генетической селекции, мои показатели выносливости всегда были очень хорошими. Если увидишь, что я не тяну взять всё, переведи хотя бы большую часть. Пусть она отдохнет.