Чтение онлайн

Послышалось какое-то невнятное блеяние, но рабы подчинились. Вскоре Дмитрий оказался в своей комнате, сидящим на постели. Силы все еще не восстановились, а злость, которую испытывал мужчина была, наверное, даже сильнее боли. То, что Акана вступилась за него, казалось каким-то нереальным везением, и Дмитрий уже начал задумываться о том, что после этого последует расплата. Наверняка, оракул захочет расквитаться, и теперь оставалось только ждать этого момента.

В отчаянии Дмитрий спрятал лицо в ладонях, пытаясь заставить себя успокоиться. Ну и что, что высекли... Капитан вообще выдержал мучительную порку на глазах всех господ этого безумного места и не сдался. Так почему же он, Лесков, должен сломаться? Нет, чертов оракул еще получит свое, и никакое предвидение его не спасет.

«Я найду способ убить его... Не для того я четыре года держался против Океании и подыхал от ломки, чтобы сейчас сдаться»

Эта мысль несколько отрезвила, а злость придала сил. Второй мыслью стало то, что он сам виноват в случившемся. Нельзя доверять никому из этих людей. Надо найти способ добывать воду и еду самостоятельно. В конце-концов, у него есть золото, пускай и расплавленное, есть часы, мобильный телефон, перьевая ручка, запонки из белого золота... Ничего из этого не забрали, поэтому что-то может послужить «валютой» в этом диком месте.

Дмитрий услышал, как тихо приоткрылась дверь, и в комнату вошла рабыня, подавшая ему заколдованную воду.

– Ты? И у тебя хватает наглости появляться здесь? – голос Лескова уже восстановился, поэтому он прозвучал резко, как щелчок хлыста. Он искренне пожалел, что не может внушить девушке немедленно убраться с глаз долой, приправив этот приказ паническим страхом. Но рабыня опустилась перед ним на колени и еле слышно произнесла:

– Я не знала, что в чаше – зелье. Умоляю, поверьте мне. Я бы лучше лишилась руки, чем поступила бы так. Вы были добры ко мне. Прошу, простите меня!

«Да конечно...» - подумал Дмитрий. «Я не такой идиот, чтобы поверить тебе во второй раз. Уберись уже отсюда, и так тошно»

– Госпожа Акана велела мне обработать ваши раны, - продолжила девушка, видя, что ее слова никак не трогают мужчину. – Боги, заставьте меня говорить правду, как заставили меня есть, и вы увидите, что я не лгу.

«Ты же прекрасно знаешь, что сейчас я не в состоянии этого сделать», - подумал Дмитрий, с раздражением замечая, как по щекам рабыни текут слезы.

– Клянусь всем, что у меня есть...

– Просто уйди. Пожалуйста.

Девушка судорожно вздохнула. Она действительно была невиновна в случившемся, и то, что господин даже не желает проверить ее, причиняло ей боль. Рабыня поспешно вытерла слезы ладонями, после чего поднялась с колен, поклонилась и молча покинула комнату. Дмитрий проводил ее тяжелым взглядом. По-умному, нужно было принять ее помощь и позволить промыть проклятые полосы на спине и наложить повязку, но гордость и ум обычно редко общались между собой. У Дмитрия они чаще всего даже не здоровались. Хотя, кто знает, может, в воде, что притащила эта девка, опять что-то намешано.

Мысленно выругавшись, Лесков лег на живот и уткнулся лицом в изгиб локтя. В этот момент ему чертовски хотелось уснуть, жаль, пока что было слишком больно. От жары кожа была соленой, отчего раны жглись, словно крапива.

Прошло около десяти минут, прежде чем дверь в его комнату вновь приоткрылась. Дмитрий услышал шаги и, превозмогая боль, рывком поднялся с постели.

– Я же сказал... – процедил он сквозь зубы, думая, что это вновь вернулась рабыня. Но он немедленно прервался, увидев перед собой Ильнеса, который, скрестив руки на груди, хмуро посмотрел на Дмитрия.

– Явно не мне, - ответил блондин. – Что, уже успел попортить себе шкуру? А ведь всего день прошел.

Лесков, все еще опешив, смотрел на эльфа так, словно к нему пришел сам Владимир Ильич Ленин с целью выяснить, как он, Дмитрий, проводит время.

– Мне что, так хреново, что уже эльфы мерещатся? – произнес он, настороженно глядя на Ильнеса.
– Странно, к другим обычно заглядывают белки... Может, это потому, что дело не в водке...

– Что ты несешь? – в голосе Ильнеса послышалось раздражение, но, казалось, больше напускное. – Меня прислал в этот дом мой оракул, чтобы помочь кому-то из рабов. Если помнишь, у меня есть целительные способности. Но... Я никак не думал, что речь идет о тебе. Боги, что с тобой случилось? Неужели не мог придержать язык и не получить наказания? Или это из-за очередной женщины, перед которыми человеческие мужские особи не в силах устоять? Сначала Ингемар, теперь ты...

– Если ты пришел меня отчитывать, дверь за твоей спиной, - Дмитрий немедленно решил проявить свой характер, и Ильнес уже развернулся на каблуках, чтобы уйти, как вдруг вопрос Дмитрия заставил его остановиться.

– Ты знаешь, что с Эриком? – услышал он.

– Только про Рейвена, - Ильнес покачал головой. – Его готовят к арене.

– Когда первый бой?

– Не знаю.

– А сам ты как? Эти твари сильно над тобой издеваются?

Вопрос Дмитрия показался Ильнесу неуместным, странным и непривычным. Нет, если бы этот вопрос задал кто-то из эльфов, то было бы понятно, но почему о нем тревожится человек. Причем, посторонний. Эльф обернулся на Дмитрия, пытаясь понять, в чем подвох, но потом все же произнес:

– Мое положение в разы лучше твоего, человек. Тебе не следует беспокоиться обо мне, потому что ко мне добры, и на меня никто не поднимает руку.

– Повезло, - в голосе Дмитрия послышался смешок, который должен был скрыть тень зависти к счастливому обладателю нормального хозяина.

– Тебе тоже, если послали за лекарем, - ответил эльф. – Почему тебя не защитила твоя чешуя?

– Потому что я – идиот. Выпил то, что мне дали.

Ильнес нахмурился. Сколько раз он сам выпивал то, что ему давали, и ничего не происходило. Всевидящий был добр с ним, как родной отец.

– Я прощаю тебя за резкость и хочу помочь. Пожалуйста, не заставляй меня передумать. Присядь и расслабься. Это не займет много времени...

В этот раз Дмитрий подчинился. На какой-то миг ему показалось, что он находится в церкви, потому что то, как Ильнес протягивал слова, напоминало песнопения монахов. Не хватало только рясы и укороченных ушей. Лесков молча смотрел на часы, однако постепенно заметил, что начинает прислушиваться к заклинанию, и боль немедленно начала отступать. Что-то теплое окутало тело, стирая раны с кожи и возвращая силы. Ильнес лечил его не только телесно – он забирал яд, который проник в тело Дмитрия вместе с выпитой водой. В какой-то миг Лесков почувствовал, как его сердце начинает биться быстрее, словно он вколол себе одну ампулу эпинефрина класса А. Его глаза окрасились медным, и мужчина не сдержал улыбки.

– Черт возьми, где ты был раньше? Ты бы сильно пригодился в России! – произнес он, с благодарностью взглянув на эльфа.

– Мне бы из Египта выбраться, - усмехнулся эльф. – Постарайся больше не попадать в истории, человек.

– Ты говоришь это так, словно я сейчас не в истории. Спасибо, И...

Дмитрий вдруг понял, что забыл имя эльфа, которое озвучивалось в пустыне всего один раз, но звучало как-то немного по-русски. Илья?

«Черт, неловко-то как...» - неудачная черта Лескова забывать непривычные имена всплыла в самый неподходящий момент.