Чтение онлайн

– Да ну? – усмехнулся Фостер. – Видимо, солнце слепило вам глаза, и вы не заметили, как он на вас смотрел. Вам повезло, что вы додумались предложить кольцо.

– Ему не нужна женщина. Он это четко дал понять, поэтому не равняйте всех на себя!

– Что-то мне подсказывает, что кольцо-то он взял как раз-таки для женщины, а не для себя, - Эрик вздохнул. – Идемте, Лилит. Наверняка, других рабов уже распустили по домам. Пора и нам возвращаться.

– Я не прощу вас, - тихо произнесла Лилит, все еще пребывая в гневе. – Я уже это говорила, но все равно повторюсь: у вас нет чести!

– Есть. Просто не с собой, - с этими словами Эрик подмигнул девушке, обвязал вокруг себя повязку и первым направился прочь. Графиня уже не видела его: Фостер вновь применил свои способности...

Сквозь некое подобие забытья капитан Ларсен слышал происходящее вокруг. В первую очередь до него донеслись голоса его господина и какого-то незнакомца. Оба обсуждали всплеск странной энергетики, которая пронеслась ледяным вихрем по подземельям, наполняя их запахом сырой земли.

– Полагаю, он открывал врата в загробное царство, - говорил незнакомец. – Вероятнее всего, вещь умерла, не в силах перевоплотиться, и теперь, Нахти, нам придется начинать все сначала.

В тот же миг в дверях появился оракул. Ингемар с трудом различил его безобразное лицо, а затем устало закрыл глаза. Нахти обещал вернуться, когда солнце будет в самой высокой точке, а это означало, что прошло всего несколько часов? Боги, неужели всего несколько часов?

Ингемар не мог вымолвить внятного слова, его лицо было бледным, а боль сокрушительной. Но тем не менее он крепко сжимал в своей руке руку каменной женщины. Та уже практически напоминала мраморную статую. Тело женщины стало холодным, только рука Ингемара все еще слабо согревала ее ладонь.

– Она поглощает его силы, - мрачно произнес Нахти, оценив взглядом обстановку. – Я не собираюсь жертвовать тем, кто открывает врата, ради бесполезной вещи, которую легко можно заменить другой. Нужно прервать контакт.

«Идиоты...» думал Ларсен. «То вы требуете, чтобы вам обеспечили выживание этой девушки, пугая меня страшными карами, если она умрёт. А теперь, когда я этого добился, вы хотите всё сломать и угробить её?! Непостижимая инопланетная логика...»

От этих мыслей и от невозможности донести до идиотов то, что они идиоты, капитану стало ещё хреновее. Он со стоном закрыл глаза. Его скулы были напряжены, верхняя губа чуть приподнята, обнажая стиснутые зубы.

На какое то время Ларсен потерял способность даже понимать, о чём спорят. Хотелось, чтобы все ушли и оставили их с девушкой в покое.

Спутник Нахти медлил: в своем состоянии Ингемар не мог узнать в нем оракула, который купил Ильнеса. Склонив голову, старик внимательно изучал слепыми глазами состояние, после чего произнес:

– Не думаю, что риск велик настолько, насколько кажется на первый взгляд. Его энергетическая сила слаба, однако стабильна. Я вижу вырезанные символы на их ладонях. Не знаю, что это за письмена, но именно они позволяют рабыне поглощать энергетику равномерно.

– Тогда почему ему больно? – разозлился Нахти. – Это побочное?

– Нет... Не думаю, - Всевидящий совершенно не походил на милого старика, которого знал Ильнес. Теперь он скорее походил на Эристеля, который занят интересным исследованием, и ему плевать, что при этом чувствуют его подопытные. – Боль – это осознанное желание облегчить участь основной вещи.

– Зачем? – Нахти явно не понимал логики Ингемара и теперь смотрел на него с неприкрытой злостью. – Этот глупец терпел боль за одну женщину, а сейчас желает терпеть ее за другую?

– Самопожертвование часто встречается у таких примитивных материй, как люди, - ответил Всевидящий. – Впрочем, уверенность в том, что он служит благой цели, действует на него, как слабое обезболивающее. Толку от него нет, но боль переносится легче. Ведь так?

Ингемар не мог ответить на его вопрос, но оракул не ждал ответа. На миг он коснулся лба капитана своей покрытой струпьями рукой, и Ларсен почувствовал, что боль на миг отступила.

– Дайте мне закончить, я справлюсь, - выдохнул Ларсен. – И глоток воды... Прошу вас.

Оракулы отдали соответствующее распоряжение и кто-то из рабов принёс воду и поддержал Ингемару голову, чтобы тот мог попить. Стало ещё чуточку легче. «Как женщина выдерживала это столько времени и не умерла?!» удивлялся Ларсен. «Не иначе как и здесь не обошлось без магии...»

Сейчас капитан многое бы отдал, чтобы старик не убирал своей руки от его лица, но Всевидящий все-таки сделал это, и боль обрушилась с новой силой. Нахти еще несколько секунд мрачно смотрел на подопытных, после чего развернулся и первым покинул комнату. Следом вышел второй оракул, и капитан в отчаянии проводил его взглядом.

VII

Вечерняя разминка

Тот факт, что Эрик Фостер вернулся домой позже других рабов, мог крайне неприятным образом сказаться на его самочувствии. Американец до последнего подумывал не возвращаться, но, вспомнив об умении оракулов видеть будущее и о наличии в этом городе вездесущего «шептуна», всё-таки оставил свою затею. Мысленно попросив у своего ангела-хранителя посидеть у него на плече еще пару минут, Фостер переступил порог ненавистного дома и хотел было быстро прошмыгнуть в свою комнату, как один из рабов преградил ему дорогу.

– Хозяин повсюду тебя ищет, - сказал он. От этих слов Эрик почувствовал, как у него внутри все похолодело. В этот миг ему захотелось спросить, в каком расположении духа пребывает оракул, но Имандес запретил ему даже разговаривать, и Фостер не рискнул злить этого психопата еще больше. Молча кивнув, он последовал за своим проводником в сад, где как раз находился их «хозяин».

Имандес удобно расположился на богато украшенном ковре, который расстелили для него рабы на берегу водоема. Это озеро было точной копией того, в котором Фостер и Лилит успели искупаться, что несколько удивило наемника. Казалось, что эти водоемы были нарисованы в компьютерной программе, а затем без всякого намека на оригинальность скопированы на все земельные участки, принадлежащие господам.

Рядом с Имандесом вальяжно устроились четыре обнаженные женщины, которых появление рабов не то, что не смутило, даже позабавило. Лениво поедая фрукты, они с откровенным любопытством рассматривали Эрика, желая заметить на его лице хоть какие-то эмоции относительно их вида. В это самое время озерная гладь подернулась, и из воды вынырнула Нефтида, та самая любовница оракула, что больше других издевалась над Эриком. Одежды на ней, само собой, не наблюдалось, но девица не посчитала нужным прикрыться протянутой рабыней тканью и спокойно вышла из воды.