Чтение онлайн

На основе оценки сторон и их интересов Киссинджеру нужно было выработать стратегию, исключавшую любую возможность провала: «Все предыдущие усилия не увенчивались успехом потому, что не создавали равновесия поощрений и наказаний и не могли примирить полярно противоположные мотивации кипевшей, как в котле, Южной Африки» (см. рис. 1.3, где показаны основные участники этих переговоров [69] ) [70] .

Чтобы создать приемлемый баланс поощрений и наказаний, которого не удавалось достичь ранее, Киссинджер приступил к разработке «подходящей стратегии, которая бы раз и навсегда вывела ситуацию из тупика» [71] . Стратегия его действий (в тесном сотрудничестве с тщательно подобранной командой) охватывала семь широких сфер, о которых сам Киссинджер пишет так [72] :

Рис. 1.3. Главы основных государств – участников переговоров по Южной Африке

1. Предложить «прифронтовым государствам кратчайший путь к правлению большинства, бросив всю мощь американской дипломатии на достижение их целей. Им удастся избежать разрушительных последствий длительной борьбы и утраты внутренней стабильности в связи с созданием на их территории крупных вооруженных формирований». За это, настаивал Киссинджер, они должны «не втягивать в конфликт зарубежные силы, взять на себя ответственность за определение переговорных позиций родезийских освободительных движений, гарантировать обеспечение прав [белого] меньшинства».

2. Работать «очень тесно с умеренными африканскими лидерами, особенно в Кении, Заире, Сенегале, Береге Слоновой Кости, вырабатывая консенсус в ОАЕ [Организации африканского единства] в поддержке нашего политического курса и защите президентов прифронтовых государств от африканских радикалов и давления на международной арене».

3. Рассчитывать, что «Британия возобновит свою дипломатическую активность в Южной Африке и будет играть важную роль в конституционном собрании, кульминации прорыва, которого мы надеялись достичь».

4. Руководителям ЮАР внушить, что «у них будет весьма ответственная роль помощников в создании Африки мира, стабильности и расовой справедливости. ЮАР следует считать ценным посредником и дать ей достаточно места и времени разобраться с собственными проблемами, при условии, что она поможет двинуть Южноафриканский регион к новому политическому раскладу». Но, подчеркнул Киссинджер, следует «недвусмысленно заявить, что поддержка нами правления большинства не остановится на границах ЮАР».

5. Относительно родезийского лидера Яна Смита Киссинджер отметил: «Раньше ничего не удавалось потому, что всякий раз дело начиналось с переговоров с этим представителем белого меньшинства, у которого не было решительно никаких причин отказываться от своего доминирования. Вот почему мы предложили заключать сделку со Смитом только после согласования обязательств всех других сторон. Факты – упрямая вещь: Смит и его европейское меньшинство мало что получили бы от нашей дипломатии. Но мы предложили облегчить этот переходный период уважительным отношением к нему. У меня с ним не было дел ни в хорошем, ни в плохом смысле слова; для меня он был проблемой, которую нужно было решить, а не врагом, которого нужно было одолеть» [73] .

6. Киссинджер планировал привлечь и Францию, «европейскую страну, пожалуй, до сих пор сильнее всех вовлеченную в африканские дела… Президент Франции [Жискар д’Эстен] очень поддерживал [этот] политический курс… Жискар утверждал, что связать Африку с Западом не под силу одной лишь Великобритании; тут должно быть разделение труда. Соединенные Штаты пусть отвечают за дипломатию, ведущую к правлению большинства в Южной Африке. Британия пусть возьмет на себя ответственность за… [окончательные и формальные] переговоры; а он, Жискар, был готов выдвинуть совместную европейскую программу экономического развития, рассчитанную прежде всего на умеренные государства, которые и станут ее основными бенефициарами» [74] .

7. И наконец: все время Киссинджер следил за тем, что происходит в стране: «Так как мы вторглись на территорию, даже карты которой у нас не было, то сделали много, чтобы заручиться поддержкой у себя дома» [75] . Это были и расширенные консультации с конгрессом, и встречи с влиятельными афроамериканскими лидерами, и, самое важное, тщательная подготовка надежной поддержки важнейшего для госсекретаря лица: президента США.

Все это совсем не похоже на «импровизации по ходу дела». И действительно, тщательно обоснованная стратегия Киссинджера для заключения окончательной сделки со Смитом, с участием всех сторон в переговорах, представляет собой то, что мы можем назвать «переговорная кампания на нескольких фронтах»: она явно рассчитана на преодоление барьеров, обозначенных им в своем анализе [76] . Подчиненные этой задаче переговоры множества сторон с разнообразными интересами должны были проходить в определенной последовательности и закончиться созданием мощной коалиции, против которой сопротивление Смита было бы бессильно. Если бы план Киссинджера был выполнен со всей точностью, «нет» перестало бы быть желаемым выбором для родезийца Яна Смита. Мы снова видим, как Киссинджер расширяет рамки до стратегической концепции и одновременно сужает рамки до личности своих партнеров.

Если совсем упрощать, последовательность основных элементов стратегии Киссинджера, подробно рассмотренных только что, выглядит так:

1. Получение «внутреннего мандата» на такой курс действий;

2. Консультации с Британией, обеспечение договоренности о ее временной роли в переговорах;

3. Привлечение к участию прифронтовых государств;

4. Задействование более отдаленных государств Африки;

5. Убеждение ЮАР в необходимости надавить на Родезию;

6. Переговоры с Родезией о введении принципа правления большинства согласно календарному плану;

7. Окончательная договоренность с Британией о поддержке и закрепление за ней обязанности подготовить и провести конференцию, на которой все участвующие стороны могли бы договориться об условиях в регионе, сопровождающих введение правления черного большинства в Родезии и создание нового, независимого государства-наследника, Зимбабве.

Рис. 1.4. Запланированная стратегия переговоров (упрощенная схема)

Рис. 1.4, на котором мы несколько произвольно разделили запланированные переговоры на четыре основные стадии, показывает, как важна для Киссинджера продуманная последовательность и тщательно выстроенная коалиция.

Понятно, что Киссинджер должен был стать главным действующим лицом и проводником этой кампании, но все же «сыграть» такую сложную стратегию, подобную концерту, мог только умелый ансамбль. Усвоив уроки провала своей тайной ангольской инициативы, Киссинджер перестроил Бюро Государственного департамента по делам Африки и ввел в его состав проверенных дипломатов [78] . Он регулярно устраивал консультации и поездки с Уинстоном Лордом (тогда он работал в Бюро планирования политики Государственного департамента) и Уильямом Шауфеле-младшим (помощником государственного секретаря по делам Африки, впоследствии послом), с которыми регулярно ездил в столицы африканских государств для сбора информации и передачи наиболее конфиденциальных сообщений [79] . Для совместных поездок с Шауфеле Киссинджер привлек своего старого друга Уильяма Д. Роджерса, помощника госсекретаря по экономическим вопросам (он не имел никакого отношения к бывшему госсекретарю), который еще при администрации Джонсона занимался дипломатическими отношениями с Родезией [80] . Киссинджер работал не только со своим давним помощником Питером Родманом, но и с молодыми служащими Министерства иностранных дел. Фрэнк Уиснер сотрудничал с послом Уильямом Боудлером в ЮАР (а потом и на региональной конференции), Стивен Лоу должен был из Замбии докладывать о состоянии дел в прифронтовых государствах, а Джон Э. Рейнхардт сопровождал Киссинджера во время его поездки в Преторию [81] . Почти постоянно, по телефону и лично, Киссинджер был на связи со своей командой, которая снабжала его самой свежей информацией, передавала сообщения различным участникам, помогала поддерживать динамику процесса сразу на всех фронтах [82] .