Используемая единорогом
Шрифт:
Я тужусь изо всех сил, пока медсестра, Стирлинг и Боаз подбадривают меня продолжать. Это чертовски больно.
Должно ли это быть так больно?
Я разорвусь?
Будет ли моя киска когда-нибудь прежней?
Схватка заканчиваются. Я задыхаюсь, и кто-то снова вытирает мне лицо прохладной тканью.
— Еще раз, — настаивает медсестра.
Я с трудом могу сказать, когда заканчивается одна схватка и начинается следующая, но я доверяю ей и тужусь снова, на этот раз чувствуя давление, а не боль. У меня кружится голова, а зрение затуманивается.
— Еще один толчок, Джейд. Головка прошла. Еще один раз.
Я не могу поверить, что делаю это.
Я тужусь снова, и как будто выскакивает пробка. Давление внезапно ослабевает, за чем следует хор радостных возгласов, поздравлений и ободрения. Я ничего этого не слышу.
Все, что я слышу, — это тихий, дрожащий голос ребенка, издающего свои первые звуки. Первые визгливые звуки быстро переходят в громкие, сердитые крики. Затем кто-то кладет его мне на грудь. Я мгновенно понимаю, на что похоже совершенство.
На него.
Его мягкая, нежная кожа. Идеальное личико. Комично большие глаза, когда он перестает плакать и смотрит на меня.
Теперь я знаю.
Ничто в мире не может быть прекраснее. Все это стоило того. Я перевожу взгляд с гордого лица Стирлинга на Сапфи, Боаза и Найта, и у меня болят щеки от улыбки.
Затем я снова смотрю на своего малыша, на тонкие завитки волос, покрывающие его круглую головку. Завитки голубых волос.
— Что за…?
Стирлинг смеется.
— Это все аликорн. Я же говорил тебе, что он единорог.
Я в изумлении провожу кончиками пальцев по прядям волос. Мой малыш закрывает глаза и испускает тихий прерывистый вздох.
Медсестра похлопывает меня по руке.
— Хорошая девочка. Теперь нам остается только извлечь плаценту.
— Нам остается что? Что значит нам?
Я даже не сержусь, когда другие смеются над моей вспышкой.
ДВАДЦАТЬ ШЕСТЬ
Стирлинг
Аарон протягивает пухлую руку к хвосту Блисс и вместо этого падает лицом вниз. Блисс легко обгоняет его в измененной форме, дразняще танцуя и скача вокруг него кругами. Пухлый маленький мальчик плюхается задом на траву и поднимает лист, внимательно рассматривая его.
Я бросаюсь вперед и выхватываю его прежде, чем он успевает сунуть его в рот.
В последний раз, когда я отвернулся на секунду, то, оглянувшись, увидел, что он кашляет и задыхается, выплевывая сухие кусочки листьев.
— Больше никаких листьев, приятель.
Он хмуро смотрит на меня, хватает целую пригоршню листьев и протягивает мне с широкой, заразительной улыбкой на круглом личике.
Я не могу удержаться от смеха.
— Тебе повезло, что твоей мамы здесь нет.
— О, неужели? — голос Джейд за моей спиной заставляет меня виновато выпрямиться.
Я кашляю.
— Ах, да. Потому что она бы сказала, что пора вздремнуть. Держу пари, что пора вздремнуть. Еще не пора вздремнуть?
Обычно это я пробираюсь внутрь, чтобы посмотреть, проснулся ли уже Аарон, в результате чего Джейд делает мне выговор. Только сегодня я вызвался присмотреть за детьми, пока остальные играли после нашей пробежки. Теперь я действительно жалею, что еще не наступило время дневного сна. Можно сказать, я чувствую себя немного уставшим.
Джейд хихикает и подходит ближе, обнимая меня за талию. Она все еще обнажена и соблазнительна после купания в реке. Я бы ничего так не хотел, как уложить ее на траву и посмотреть, смогу ли я добиться от нее еще нескольких оргазмов, но кто-то же должен следить за мелюзгой.
— Ты тоже мечтаешь хоть немного побыть без детей, малыш? — она скользит руками по моей спине и заднице, и я стону, когда ее тело прижимается ко мне.
— Да.
— Оуу, — она дразнит пальцем меня под хвостом, и мой член подпрыгивает между нами. — Аарон сегодня уже выспался, но когда он ляжет спать вечером, я позабочусь о тебе особенно тщательно, хорошо?
Я издаю дрожащий смешок, когда она еще немного дразнит меня.
— Еще не пора спать?
Она смеется.
Остальные выходят из реки, вытираясь насухо полотенцами и выглядя совершенно расслабленными и довольными. Я отталкиваю Джейд, чтобы схватить Блисс, которая пытается убежать через какой-то кустарник.
— Хэй, ты. Пора трансформироваться, чтобы ты могла удобно устроиться в автокресле, и мы все могли отправиться домой.
Она топает своим маленьким копытцем, и я точно знаю, что она говорит. Я понимаю. Я думаю, что все единороги неохотно трансформируются в этом возрасте. Не тогда, когда бегать на четырех ногах так легко.
Найт натягивает шорты и забирает у меня Блисс.
— Не зли меня, юная леди.
Маленькая фигурка в его руках мерцает и превращается из лошадиной в гуманоидную. Очаровательная розововолосая малышка хватает своего отца за рог и целует в лицо.
Найт фыркает, но ясно, что он изо всех сил пытается противостоять ее чарам, так же сильно, как и все мы.
Позже, когда мы пристегиваем Аарона ремнями безопасности в его автокресле и я везу нас домой, звуковой сигнал телефона Боаза заставляет меня взглянуть в зеркало заднего вида.
Его лицо озаряется широкой улыбкой.
— Да!
— Хорошие новости?
Он поднимает взгляд, наполовину набрав ответ.
— О да. София из Чудовищных Сделок наконец-то согласилась открыть дополнительный бизнес, о котором я ее донимал, и я стану ее тестовым клиентом!
— А? — Джейд поворачивается на своем сиденье, чтобы оглянуться на Боаза. — Ты регистрируешься как эскорт?
Он смеется.
— Нет. Она собирается добавить меня в свое новое приложение для знакомств. Как только найдет дизайнера, который создаст его для нее. Знаешь кого-нибудь?
— Хммм, — Джейд улыбается. — Мне придется ей позвонить. Я была бы очень мотивирована создать это приложение для нее, если бы это означало найти тебе связанную пару.
— Пожалуйста. Или мне придется приходить и прижиматься к вам двоим каждую ночь.
Она протягивает руку назад, чтобы похлопать его по колену.
— Ты же знаешь, что тебе всегда рады, пока ты не будишь Аарона.
Боаз фыркает.
— Это он — тот маленький негодяй, который будит всех нас посреди ночи, — восторженный визг Аарона подсказывает мне, что Боаз щекочет его в автокресле. — Вам повезло, что вы симпатичный, мистер.
Аарон радостно булькает.
Джейд вздыхает.
— Не могу поверить, что должна вернуться к работе в следующем месяце. Не могу решить, жду ли я этого с нетерпением или боюсь.