Чтение онлайн

"В полном покое?" — уточнил черт.

"Да, в полном, в полном покое, чтобы мог я остаться один со своим горем!"

"С радостью, — сказал черт, — а ты говорил, помощь не нужна". С этими словами он хлопнул два раза в ладоши и оказался вдруг с юношей в чистом небе. Ни ярко там было, ни темно; не слышно там было ничего и не видно. "Вот теперь полный покой, — удовлетворенно сказал черт. — Сиди теперь, отдыхай. Плакать-то здесь привольней!"

Но юноша уже не плакал, он гневно смотрел на черта. "Кем бы ни был ты, таинственный пришелец, — воскликнул он, — знай, твоя помощь неуместна!"

"Да ты расслабься, — сказал черт, — и поплачь. Ты так это сладко делаешь. Даже, — тут он зевнул, — спать хочется. Вперед, малыш, пробуй силы на чистом воздухе". И показал, как он приготовился слушать.

"Злые люди, — сказал юноша, — что ж вы со мной делаете?" Его губы затряслись, а в глазах показались слезы: "Такие, как ты, и сломали цветок моей жизни!"

"А-а, цветок, — протянул черт. — А что, это идея". Откуда-то вдруг он выхватил цветок и стал рассматривать его. "Нет, знаешь, — сказал черт, — пока он не сломан. Но это можно поправить..." И стал шмякать этим цветком налево и направо, да так, что у юноши искры из глаз посыпались.

"Вот теперь это похоже, — приговаривал черт, — на истинные страдания. Значит, сломанный, говоришь, цветок? Скоро будет, погоди, парень..."

"Эй, — завопил бедняк, — что ты делаешь?! Перестань немедленно! Отдай! Отдай мне мой цветок!"

"У-тю-тю, вот уж нет! — засмеялся черт. — Лучше пойду, скормлю его корове!" И помчался по воздуху куда-то вдаль, а за ним бросился с горящими глазами юноша, и разорванная одежда развевалась на его тощей груди.

Знаете, сколько они бежали? Бедный юноша не видел ничего, кроме цветка в чертовых руках, а черт выбирал путь похитрее, и бежали они то по пустыне, одетые как купец и паломник, то по невиданному базару, и были тогда точь-в-точь вор и полицейский. Ух! И до деревни наконец добежали. Там юноша изловчился, прыгнул на похитителя и вырвал у него цветок. "Не подходи, — закричал черту, — изыди, нечистая сила!" Вбежал он в свой дом, поставил цветок на подоконник — и ах, каким чудесным светом озарилась комната! Тогда подошел юноша к окну, распахнул его и откинул глупые пыльные занавески. Взял ведро, наполнил его водой — и окатил пол своей лачуги. А потом посрывал со стен тряпки, собрал свои платки — и в помойку!

Тут и черт, немного хромая, подошел к ангелу, одиноко стоящему возле дома. Они помолчали, прислушиваясь к тому, что происходило в доме. Из окна мимо них то пролетала какая-то утварь, то клубами вырывалась пыль. "Пойдем, дружище, — сказал черт. — Мы ему больше не нужны".

Ну вот, мы с помощью замечательного Димы Соколова благополучно доехали до тех, кого я люблю мало. И уж тем более — не уважаю.

Халявщики с претензиями

В клуб постоянным ручейком идут Люди с Проблемами. Их притягивает запах Клуба. Они предчувствуют, что в Клубе они бесплатно, на сладкую халяву получат тепло и внимание. Более того, Клуб — это место, где они могут это требовать.

Потому что они — Слабые.

К Слабым и Несчастным я раньше относился с жалостью — вот, как им плохо, как им не повезло. А потом посмотрел, как они живут, как они делают свою жизнь, — и увидел, что нет в их жизни невезения. В их жизни есть лень и есть нежелание делать свою жизнь счастливой и сильной.

Я увидел, как два очень слабых и болезненных мальчика росли рядом. Но вот один из них стал каждое утро делать зарядку — через боль, через "не хочу", через смех сверстников, — а другой каждое утро валялся и очень себя жалел. Лежал и жалел.

Это дело его такое было — жалеть себя. И это у него очень хорошо получалось!

И спустя десять лет первый стал стройным и жилистым мужчиной, а второй — болезненным размазней. И если не знать предысторию, то первому хочется завидовать, а второму — сочувствовать.

Но я знаю их предысторию и второму — не сочувствую.

И я помню об этом, когда ко мне приходят Клиенты с Проблемами. И я уже вижу, что они двадцать лет жалели себя и ничего с собой и своей душой не делали, а теперь приходят — вы знаете, у меня, кроме Проблем, ничего нет! Мне плохо! Спасайте меня! Посадите меня к себе на шею и тащите меня к жизни светлой, ибо я двадцать лет себя не напрягал и даже спасать себя сам не привык!

Неправда.

Неправда, что за свои двадцать лет они не делали ничего и не научились ничему. Так не бывает: тот, кто двадцать лет не учится, все это время учится не учиться. А они за двадцать лет научились быть Халявщиками.

О, это дело не простое и наука великая.

Они научились сильно врать — себе и другим. Они научились сильно настаивать на своей Слабости. Они — сильные, но по-другому. Все Слабые — это очень сильные люди. Никто так умело и сильно не ударит тебя обидой, как Слабый. Никто так неотвратимо не потребует внимания к себе, как Слабый. Только Слабый сможет так уверенно и убедительно отказать тебе в элементарных вещах.

И поэтому ни один Слабый со своей дорогой Слабостью дешево, за так — не расстанется. Дураков — нет.

Да, я знаю, что некоторым из них действительно по жизни не везло. Я встречал тех, на кого жизнь наваливала испытания, выдержать которые они действительно не могли. Сломленный и больной не хорош и не плох — это просто человек сейчас в таком состоянии. Весь вопрос в том, как он к этому относится? Что он с этим делает? Что делает при этом? Жалеет себя или учится стойкости? Ищет, на ком бы теперь ездить, — или учит себя снова стоять на ногах?

Я не скрываю своей нелюбви к Халявщикам. Меня не устраивает их глубокая убежденность в том, что ответственность за их проблемы лежит вовсе не на них, а на психотерапевте. Вообще, как я понимаю, их самая большая мечта — свои проблемы, как часть своей драгоценной личности, конечно же, оставить, но сделать их какими-то более изящными. Лучше носимыми.

Ну, например, их устроит, чтобы тяжесть их проблем носили не они, а другие: родные или психологи.

Когда же у них не получается сесть мне на шею, чтобы продолжать болтать ножками и с удовольствием себя жалеть, Халявщики смотрят на меня с ненавистью: "Вы — жестокий! Вы — не Психолог!"

Они в претензии. Все настоящие, заслуженные Халявщики — это Халявщики с Претензиями.

Да, они ищут добрых людей. Они ищут Психологов — тех, кто исповедует необусловленную любовь к людям, любовь "несмотря ни на что". Потому что тогда, с ними они могут продолжать быть паразитами, жалеть себя и продолжать ничего не делать.

Открытым текстом

Когда я понял, как они сильны? Не сразу... Я чувствовал их силу и раньше, замечал в случайных эпизодах, но каждый раз отмахивался: "Нет, этого не может быть!" В это надо было ткнуть меня носом, надо было, чтобы мне сказали все это открытым текстом.

Открытым текстом все было сказано на синтоновском Семейном Клубе.

По внутренней, неофициальной статистике каждый год в Клубе образуется около десятка семейных пар. А у них — рождаются детишки. Вот и получается: Семейный Клуб, который собирается обычно раз в месяц.