Истинная. Перерождение. Второй шанс для темного мага
Шрифт:
– Пожалуйста, - в тысячный раз прошептала я.
– Хорошо, - почти беззвучно ответил Келлфер. Затем рывком притянул меня к себе, обнимая, и проговорил куда-то в волосы: - Лариана, только без самоотверженных глупостей, поняла? А то привяжу тебя к себе шелковым шнуром и не буду отпускать до конца жизни.
Я только закивала. И сразу вскочила, боясь, что Келлфер передумает.
– Вы отходите на двадцать шагов, ставишь светонепроницаемую стену, - приказал Келлфер Асварту. – Я буду слышать, что происходит, и знать все о состоянии Ларианы. Попытаешься добавить что-то в завесу, как-то еще отгородиться, увести Лариану, поместить в нее c`аара или причинить ей малейший вред – Джаиса умрет в муках, а после я убью и тебя, Асварт. Понял?
– Понял, - тяжело отозвался тот. – Уверяю, если я готов бросить вызов Теа и учителям ради Джаисы, то не дам тебе повода. Но если сделаешь с ней что-то… Будь ты тысячу раз силен, я сотру тебя и твою истинную пару в порошок, к каким бы силам для этого мне ни пришлось обратиться. Клянусь.
Мы с Джаисой переглянулись.
А затем синхронно сделали шаг вперед. Остановились друг напротив друга. Джаиса протянула ко мне руки – и я приняла их. В глазах подруги читалась раскаяние – и надежда.
– Прости за то, что они чуть с тобой не сделали, - прошептала она. – Я ненавижу себя за то, что участвовала в подобном. Это… казалось тогда правильным.
– Я понимаю, - ободряюще улыбнулась я. – Цион объяснял мне. Культ подчиняет разум. И все равно ты за меня вступилась, я это помню. И помогу, чем смогу.
– Я бы тебя обняла, - вдруг улыбнулась через слезы Джаиса. – Но директор так на меня смотрит, что если я встану ближе, просто испепелит. Не думала, что скажу это о Келлфере, но он очень волнуется за тебя.
И мы медленно поменялись местами: она подошла к Келлферу – тут же вокруг ее шеи и запястий вспыхнули огненные полосы заговоров, от которых тонкими щупальцами под кожу полезли огненные плети.
Асварт тяжело выдохнул. Я видела, как напряглась от страха тяжелая нижняя челюсть, как заходили желваки, как он сжал кулаки в бессильной ярости. Если бы взглядом можно было убить, Келлфер уже был бы мертв.
– С ней все будет хорошо, - аккуратно положила я руку на его каменное от напряжения предплечье. – Мы ведь тоже связаны.
Асварт тяжело кивнул – и поставил завесу..
.
– Просто повторяй за мной, - сказал Асварт несколько минут спустя, когда все приготовления закончились.
– Если я тебя остановлю – сразу замолкай, - раздался голос Келлфера из-за завесы, и я вздрогнула и кивнула, а потом, когда поняла, что он не может меня видеть, ответила:
– Конечно. Это я вам, Келлфер. Я поняла.
Нарид, лежащий на земле, но теперь уже приведенный в сознание, пошевелился. Сковывающие заговоры все еще укутывали его, но лицо было абсолютно осмысленным.
– И ты повторяй, если согласен принять в себя учителя, - дал ему инструкции Асварт.
– Я-то согласен, предатель, - презрительно выплюнул Нарид. – Давай скорее.
Асварт достал простой охотничий нож и, присев у ног лежащего, закатал тому штанину и сделал на внутренней стороне икры несколько неглубоких надрезов. Вместе они образовывали странную замкнутую структуру, похожую на расходящийся лучами круг. Тут же рисунок заволокло кровью.
Нарид даже не пошевелился. Вместо этого он посмотрел на меня:
– Спасибо, что помогаешь, сестра. Однажды я сделаю это и для тебя.
Что они ему про меня наплели? Я не знала, что сказать. Борясь с ощущением неправильности происходящего, я ответила:
– Пожалуйста.
– Тебе нужно будет вырезать такой же знак на мне, - протянул мне кратковременно вспыхнувший огнем нож Асварт, и меня передернуло, когда я взялась за теплую, обмотанную кожей рукоять. – Знаю, ты забываешь символ, как только отводишь взгляд. Это их система защиты. Но у меня он уже есть. Просто прорежь по шрамам.
И он снял накидку, а затем и рубашку, обнажая мускулистый торс. Необычный узор белел с внутренней стороны плеча. Шрамы, превратившиеся в тонкие нити, еще проглядывались на желтоватой коже, а значит, их в прошлый раз не исцеляли. И значит, c`аар в Асварте был очень давно… Так быстро даже магические раны не зарастают.
Меня замутило. Я сделала долгий вдох – и не менее долгий выдох, гоня тошноту.
– Лариана, все в порядке? – раздался из-за завесы голос Келлфера.
– Да, - тут же отозвалась я. – Ритуалистика на крови – не мое.
– Ты же целитель, - немного нервно отметил Асварт, закинувший руку за голову и присевший, чтобы мне было удобнее. – Должна быть привычной к крови.
– Исцелять, а не резать, - хмуро ответила я, прикладывая кончик ножа к его коже. Руки не слушались.
– Давай, - подгонял меня он.
– Не дави на нее, - зашелестел наполненный угрозой голос Келлфера.
– Лариана, - уже более мягко обратился ко мне Асварт. – Мне приятно, что ты не хочешь мне вредить, правда. Но иначе я сдохну.
Нож оказался невероятно острым. Мне чудилось, я только чуть нажала – а лезвие уже погрузилось на толщину пальца. Увидев, что Асварт не жалуется, я продолжила, пытаясь представить, что занимаюсь резьбой по дереву. Выходило плохо, руки дрожали, линии получались неровными.
Когда я попыталась остановить кровь, Асварт перехватил мою руку:
– Не надо. Мне даже не больно. Эта штука меня лечит. Как беличьим хвостиком гладишь.
– Сразу бы сказал! – уцепилась я за эту мысль, заканчивая.
– Не думал, что это важно. Ну ты и неженка.
– Сам ты бесчувственное бревно, - беззлобно огрызнулась я. Вдруг показалось, что полное тумана мрачное ущелье, кровавый ритуал и иномирные паразиты – все нереально, а мы снова подкалываем друг друга за обедом в главном корпусе Обители. Сердце защемило ностальгией – и она тут же разбилась о реальность с металлическим запахом крови. – Что теперь?
– Теперь повторяй. Я говорю фразу – Келлфер дает добро, – ты повторяешь. Затем повторяет Нарид, что будет свидетельством его согласия.