Чтение онлайн

Я закрыла глаза. Сердце билось так громко, что я боялась, он услышит.

— Тогда ненавидь, — сказала я тихо. — Ненавидь сильнее. Потому что я тоже тебя ненавижу. Ненавижу за то, что ты заставляешь меня чувствовать себя живой. Впервые за столько лет.

Он издал звук — что-то среднее между рыком и стоном.

А потом его губы накрыли мои.

Поцелуй был не нежным.

Он был яростным, голодным, злым — как будто мы оба пытались доказать друг другу, что это ничего не значит. Зубы стукнулись, языки сплелись в борьбе, руки вцепились в волосы, в плечи, в кожу. Пламя взвилось вокруг нас — золотое сияние, которое освещало комнату, но не жгло. Оно танцевало по стенам, по шкурам, по нашим телам, как будто праздновало.

Когда мы наконец оторвались друг от друга, оба тяжело дышали.

Рэйн смотрел на меня глазами, в которых больше не было только ненависти. Там было что-то новое. Что-то страшное.

— Это ничего не меняет, — сказал он хрипло.

— Конечно, — ответила я, улыбаясь криво, зло. — Ничего.

Он отвернулся, отошёл к столу, где лежали свитки. Развернул один из них — древний, пожелтевший, с выцветшими символами.

— Здесь написано, — произнёс он, не глядя на меня, — что связь истинной пары можно разорвать. Есть артефакт. Сердце Льва. Он спрятан в Пещерах Вечного Пламени. Если мы найдём его… если я уничтожу его… ты снова станешь просто человеком. А я — просто альфой.

Я подошла ближе. Посмотрела на свиток. Потом на него.

— И ты готов пойти туда? Со мной?

Он медленно поднял голову. В его глазах была решимость — и что-то ещё, что он не хотел признавать.

— Да, — сказал он. — Потому что я скорее умру в тех пещерах, чем проживу ещё один день, зная, что ты — моя судьба.

Я улыбнулась — медленно, почти нежно.

— Тогда готовься, зверь. Потому что я не дам тебе умереть одному.

Он не ответил.

Только сжал свиток в кулаке так сильно, что пергамент затрещал.

А пламя внутри меня тихо рассмеялось — потому что знало:

мы уже никогда не сможем вернуться назад.

Утро пришло слишком быстро, как удар когтей в темноте.

Сквозь узкие щели в скалах пробивался бледный, холодный свет, окрашивая комнату Рэйна в серо-золотые тона. Я проснулась первой — тело ныло от вчерашнего напряжения, губы всё ещё помнили вкус его поцелуя, а внутри, под рёбрами, пламя тихо тлело, словно угли, которые не желают гаснуть. Рэйн спал на краю ложа, отвернувшись от меня, спиной к стене, как будто даже во сне не хотел показывать уязвимость. Его дыхание было ровным, но я видела, как напряжены мышцы на плечах, как пальцы сжимают край шкуры. Он не доверял мне. Не доверял себе рядом со мной. И это было правильно.

Я встала бесшумно, подошла к столу, где лежал тот самый свиток. Пожелтевшая кожа пахла пылью и старым воском. Символы — древние, угловатые — складывались в слова, которые я понимала каким-то странным, внутренним образом, словно язык впитался в меня вместе с пламенем. «Сердце Льва» — артефакт, способный разорвать истинную связь. Или укрепить её навсегда. Всё зависело от того, кто и с какой целью его коснётся. Последняя строка была написана кровью: «Тот, кто ищет разрыва, должен пройти через огонь, который не гаснет».

Я провела пальцем по этим словам. Пламя под кожей отозвалось лёгким теплом, как будто соглашалось.

Дверь скрипнула.

Рэйн стоял на пороге — уже одетый в лёгкую броню из чёрной кожи и золотых пластин, с кинжалом на поясе и мечом за спиной. Волосы собраны в низкий хвост, глаза — холодные, как утренний камень.

— Собирайся, — сказал он коротко. — Выходим через час.

Я повернулась к нему медленно, не скрывая улыбки.

— Уже решил, что не можешь без меня жить? Или просто боишься, что без меня твоя сила начнёт таять?

Он шагнул ко мне — быстро, хищно — и остановился в шаге. Его присутствие заполнило всё пространство: запах дыма, зверя, ярости.

— Я решил, что хочу поскорее избавиться от тебя, — ответил он тихо, но каждое слово било, как удар. — И если для этого придётся тащить тебя через полмира, через огонь и смерть — я сделаю это. С радостью.

Я подошла ближе, почти касаясь его груди своей.

— Тогда тащи, зверь. Только не забудь: если я умру по дороге, ты умрёшь вместе со мной. Медленно. Больно. Потому что твоё драгоценное пламя теперь — моё.

Его рука взметнулась — я думала, он схватит меня за горло, но вместо этого он схватил меня за подбородок, заставляя смотреть вверх.

— Ты слишком много говоришь для пленницы, — прорычал он.

— А ты слишком долго смотришь на пленницу, для того, кто её ненавидит, — парировала я, глядя прямо в его глаза.

Мгновение — и он отпустил меня, отвернулся резко, будто обжёгся.

— Двадцать минут. И без фокусов.

Он вышел, хлопнув дверью.

Я осталась одна, чувствуя, как сердце колотится слишком громко для такой маленькой комнаты.

Через двадцать минут мы уже шли по узким тропам, ведущим из главного лагеря вглубь гор. Рэйн впереди, я — за ним, на расстоянии вытянутой руки. Стража не сопровождала — он отказался от всех, бросив только одну фразу: «Это наше дело. Только наше». Я не знала, что меня пугает больше: мысль, что мы одни в этих горах, или то, что он действительно считает это «нашим».

Путь был тяжёлым.

Скалы поднимались почти вертикально. Где-то внизу ревели подземные реки, и каждый шаг отзывался эхом, как предупреждение. Рэйн двигался уверенно, словно знал каждый камень, каждую трещину. Я старалась не отставать, хотя ноги уже горели, а лёгкие жгло от сухого воздуха.

На одном из привалов — крохотной площадке, окружённой чёрными обсидиановыми стенами — он наконец остановился. Сел на камень, достал флягу, сделал глоток, протянул мне.

Я взяла, нарочно коснувшись его пальцев. Он не отдёрнул руку, но взгляд стал ещё тяжелее.

— Почему ты пошёл один? — спросила я, возвращая флягу. — Ты же альфа. У тебя целая стая. Почему не взять хотя бы двоих?

Он смотрел куда-то в сторону.

— Потому что никто из них не должен видеть, как я… — он замолчал, стиснул челюсти.

— Как ты что? — подтолкнула я тихо.

— Как я слабею рядом с тобой, — закончил он сквозь зубы. — Как я теряю контроль. Как я… хочу тебя убить и одновременно хочу… — он оборвал себя, резко встал. — Не важно.

Я тоже поднялась. Подошла к нему сзади, почти касаясь спины.

— Хочешь меня, — договорила я спокойно. — Это слово, которое ты боишься даже в мыслях.

Он развернулся так быстро, что я едва успела вдохнуть. Его рука легла мне на шею — не сжимая, но и не отпуская. Пальцы тёплые, жёсткие.