Чтение онлайн

– Но...
– недоуменно пожала плечами королева - Как же Стэфан? Он не отправится со мной? Ведь он мой муж, и тоже человек.

– Нет. Стэфан теперь один из нас. Он не может покинуть Лес. Лес его не отпустит.
– ответила Аларет. Рукой она сделала движение, разрезавшее воздух.

Мэрэдит тяжело и печально вздохнула. Стэфан погладил ее по плечу, собираясь утешить ее, но вдруг увидел, как у нее закатились глаза и она, словно брошенная марионетка, рухнула на землю. Стэфан успел подхватить ее и взял на руки, прежде, чем она оказалась плашмя на земле.

После долгих уговоров, Аларет согласилась принять Мэрэдит не на долго в городе и оказать ей помощь, пока ей не станет лучше. А после - она незамедлительно покинет Лес. Стэфан согласился на условия Аларет, хоть сам и не горел желанием открывать Мэрэдит свой новый дом, но чувство долга взяло верх, и он решил помочь своей королеве. А после, когда он все ей объяснит - он был уверен в том, что выставить Мэрэдит за пределы леса ему уже не составит затруднений. Мысленно он уже все продумал и составил план, потому был уверен в успехе своего замысла - начать новую жизнь в лесу вместе с Аларет.

Аларет шла впереди, не желая видеть в объятиях Стэфана другую женщину, пусть она и была без сознания. Чувство ревности, столь новое для нее, застало ее врасплох. Девушка совершенно не понимала, что с ней происходит: она злилась, робела при мысли, что та, кого он полюбил прежде, и которая была первой в его жизни, вновь в его объятиях и теперь занимает его мысли, и может вновь вернуть его любовь. Она злилась на себя, на Стэфана и на Мэрэдит, даже корила волю случая за то, что все произошло в тот момент, когда чувства Стэфана к ней стали зыбки.

Войдя в город они расстались, направившись в разные концы города. Аларет направилась в храм, а Стэфан - поспешил в свой шатер. Когда Аларет вошла в шатер Стэфана, чтобы сообщить ему, что вскоре придет хранительница, то застала его целующим руку Мэрэдит. Он сидел у кровати, на которой лежала королева, и нежно гладил ее белоснежную ладонь, безжизненно свисавшую с края кровати. Мэрэдит пришла в себя, но ее лицо было все еще бледным, глаза утеряли свой блеск и она едва ли могла держат их раскрытыми. Грудь Мэрэдит тяжело вздымалась от глубоких вздохов, а при выдохе из нее вырывался слабый хрип. Аларет на мгновение заметила во взгляде Стэфана нечто новое: преданность, крайнюю доверчивость, с которыми он смотрел на Мэрэдит.

– Стэфан, - неуверенно позвала его Аларет. Он вздрогнул, и его глуповатый и простодушный собачий взгляд исчез. Он обернулся к Аларет, выронив руку Мэрэдит.

– Да?
– ответил он, взглянув на дриаду, затем быстро виновато опустив глаза. В тот же миг Аларет уловила на себе злобный взгляд Мэрэдит, бросивший ее в холод.

– Хранительница будет с мгновения на мгновение.
– бросила она, и выскочила из шатра.

Она почувствовала, как задыхается. В груди у нее образовалась бездонная пустота, которая поглотила все ее мысли, чувства и рассудок. Ей невыносимо захотелось забыться, забиться в темный уголок какой-нибудь пещеры и громко рыдать. Солнечный свет утратил свое тепло, пение птиц превратилось в назойливый шум. По всему телу бежал холодный пот. Аларет казалось, что дриады, приветствовавшие ее, насмехаются и призирают ее. Ей хотелось сорваться в бе, и умчаться как можно дальше, но в последний миг, перед тем, как сорваться с места, она почувствовала чью-то руку у себя на плече.

'Стэфан!' - подумала девушка, резко обернулась, желая приказать ему отойти от нее, но увидела хранительницу, и застыла в удивлении с приоткрытым ртом, не в силах вымолвить ни звука.

– Девочка, отправляйся в свой дом.
– посоветовала хранительница, мягко поглаживая ее плечо - Не замышляй глупостей.

Аларет покорно кивнула, и молча, виновато потупившись, направилась к своему дому. Мысли блуждали, и жриада решила занять себя чем-нибудь, что смогло бы отвлечь ее от Стэфана. Дома она принялась с энтузиазмом расставлять старые рукописи отца, перебирать старые книги, после чего принялась перекладывать свою одежду с места на место. После этого ей показалось, что книги стоят не в том порядке, и она вновь принялась переставлять и раскладывать все заново.

Когда в доме, состоявшем из одной комнаты и прихожей, стемнело настолько, что стало невозможно перебирать вещи, Аларет отвлеклась от своих забот, и выглянула из окна дома. Дриады готовились к ужину. Сперва, она подумала спрыгнуть с дерева и поскорее что-нибудь съесть - она не ела с самого рассвета, и ужасный голод донимал ее желудок. Она собиралась уже спрыгнуть с крыльца, но заметила, что к ней в дом поднимается фигура с лампадкой на шее. Коварная мысль промелькнула в ее голове.

Аларет быстро запрыгнула в кровать, и притворилась больной. Через пару мгновений в дом вошел помощник бургомистра Крэм. Это был невысокий парень, с белокурыми волосами, выразительными чертами лица и ярсными голубыми глазами. На его лице едва пробилась щетина. Простая домотканная одежда подчеркивала его стройное тело и крепкие мышци. Несмотря на сво. Внешнюю притягательность, Крэм был весьма простодушен и лишен какой-либо хитрости. Он поставил на окно лампадку, в которой вздрагивал огонек, окинул взглядом комнату дриады. Когда Крэм собирался уже уходить, Аларет издала жалобный стон, и Крэм вернулся.

– Ты больна?
– спросил он, подойдя к ее кровати.

– Нет, ничего, Крэм...
– простонала она.

– Может, позвать хранительницу?

– Не стоит ее тревожить моими заботами. Завтра важный день, и она должна думать не обо мне, а о нем.

– Могу я что-то сделать для тебя?

– О, буду благодарна, Крэм, если ты принесешь мне немного еды и воды! Думаю, это поможет мне восстановить мои силы.

– Непременно исполню твое пожелание!
– ответил Крэм.

В следующий миг он уже спускался по ветвям на землю, торопясь выполнить просьбу Аларет, которая во избежание встречи со Стэфаном, прикинулась больной. Вскоре Крэм вновь появился в дверях ее дома, держа в руках сверток из белой ткани. Он положил его на кровать и развернул перед Аларет. Там лежал кусок свежего, еще теплого, хлеба, гроздь винограда, сыр, груша, и половинка луковицы. Аларет поблагодарила Крэма слабым жалобным голосом. Он ушел, пообещав принести вино немного позднее. Аларет кивнула в ответ. Когда Крэм ушел, она с огромным аппетитом набросилась на еду. Она отломила кусок свежего хлеба, положила на него сыр, и украсила сверху кусочком груши, и отправила все в рот. Вдоволь наевшись, она почувствовала жажду. Словно ощутив ее желание, вскоре появился Крэм с небольшим бурдюком с вином. В благодарность за вино, дриада пожала руку Крэма, однако, сделала это так неловко и слабо, что Крэм и не заподозрил обмана. Вручив бурдюк Аларет, он, без лишних вопросов, удалился.

Аларет залпом осушила половину содержимого бурдюка, прежде чем утолила жажду. Приятная теплота разлилась по ее телу, и оно засияло тусклым золотистым светом. Вино было мягким, сладким, с ягодно-фруктовым послевкусием, немного кружившее голову, и дурманившее. Вино согревало и окрыляло душу.

Прихватив одну из рукописей отца о традициях людей, Аларет принялась изучать ее в трепещущем свете лампадки, отмечая каждый прочитанный лист доброй порцией вина. К середине рукописи она уже довольно сильно прихмелела, и не услышала, как в ее дом поднялся Стэфан. Он молча стоял в дверях и наблюдал за ней с дверного проема, пока она читалат и громко комментировала прочитанное. На его лице была улыбка. Его глаза ловили каждое движение Аларет. Он едва дышал, чтобы не спугнуть ее, словно редкую волшебную птицу.

Аларет хихикнула, прочитав смешную историю в рукописи отца, и уронила бурдюк. Он брякнулся на пол. Тогда Аларет, отложив тетрадь, наконец заметила Стэфана.

– Зачем ты пришел?
– строго спросила она, нахмурив брови, вонзив в него свой взгляд.

– Ты не пришла ужинать. Крэм сказал мне, что ты не здорова.

Она фыркнула. Затем, не удержавшись, хихикнула, а спохватившись, закрыла рот обеими ладонями.

– Убирайся.
– заявила Аларет, уперев руки в бока.

– Почему?

Аларет хотела ответить ему, но внезапно язык перестал слушаться ее, и она вымолвила несуразицу, после чего не сдержалась, и громко засмеялась. Стэфан улыбнулся, понимая причину ее смеха. Он подошел к ней и поднял бурдюк. Он был пуст.

– Ты все выпила сама?
– удивился Стэфан.

– А ты сам придумал завести двух жен? Очень удобно, позволь заметить! Но, ни в твоем, ни в моем мире, это не хорошо! Я это прочитала в рукописи.

– Не говори этого, Аларет.

– Что желаю, то и говорю!
– огрызнулась она.