Чтение онлайн

– После Тенелиста, – уточнил я. – Пока я с ним не разобрался, хотя и это дело времени.

– Но даже Тенелисту Василиск доставит немало хлопот, – хищно ухмыльнулся дед, и мне это не очень понравилось.

Ярослав всё это время стоял рядом и смотрел на василиска в моих руках.

– Хозяин, – обратился он. – Позволь мне его воспитывать.

– Воспитывать? – вскинул я бровь.

Потому что просьба, мягко говоря, звучала странно.

– Я знаю повадки его рода. Знаю, что ему нужно, как кормить, как тренировать. Эти знания во мне остались от прежней жизни. Никто другой в этом поместье не сможет дать ему то, что могу я.

Ему это было важно. Эта просьба была по-настоящему человеческой.

– Хорошо, – сказал я и аккуратно передал василиска ему в руки.

Ярослав принял существо бережно и прижал к груди. Василиск пискнул, уткнулся мордочкой ему в шею и затих. Ярослав улыбнулся. Непривычно было видеть бывшего Полоза таким.

– Ладно, семейная идиллия закончилась, – объявил Пушок у меня в голове. – Теперь объясните мне, что мы будем делать с этой ящерицей? Кормить, поить, выгуливать как собачку? У нас и так зверинец! Белка, змеечеловек, гигантский лось, медведь, а теперь ещё и ящерица! Может, уже вывеску сменить? Не "санаторий", а "зоопарк барона Дубровского"!

– Пушок, это василиск, – мысленно ответил я. – Древнее магическое существо, которое вырастет в стража леса. Ты чем слушал вообще?

– Но ладно, допустим, страж леса звучит полезно. А имя у него есть?

– Пока нет, – ответил я и повернулся к Валерьяну. Сказал уже вслух. – Надо бы имя выбрать. Что скажешь, дед?

– Имя – дело серьёзное, – важно кивнул Валерьян. – Магические существа привязываются к имени так же крепко, как к хозяину. Назовёшь неправильно – характер испортишь.

– Хм, а может, Васей будет, – предложил я, смотря на василиска.

Валерьян уставился на меня с таким выражением, будто я предложил назвать наследника престола Петрушкой.

– Васей?! – воскликнул он. – Нет, ну это кощунство! Древнее магическое существо, вымерший вид, двести лет в яйце просидело, а ты его – Васей?! У тебя совсем ни капли уважения к традициям, Всеволод?!

– А мне нравится! – заявил Пушок. – Вася! Отличное имя! Простое, запоминающееся. Вася, ко мне! Вася, фас! Вася, принеси тапки!

Я рассмеялся. После ночного боя с мёртвыми деревьями, после голоса Тенелиста в голове, после всего, что навалилось за последние дни, этот момент был как глоток свежего воздуха.

– Ладно, с именем потом разберёмся, – сказал я, когда отсмеялся. – Сейчас его нужно накормить и представить домашним. Кстати, Валерьян, что они едят? В книгах про это ни слова не было.

– Пока мелкие, хватит молока, – ответил дед. – Обычного коровьего. Потом, когда подрастёт, перейдёт на мясо, яйца, рыбу. Но первые недели только молоко, тёплое.

– Понял. Ярослав, пойдём наверх. Степан нальёт молока.

Я двинулся к лестнице и в этот момент вспомнил, что так и не выяснил, зачем Ярослав отлучался.

– Ярослав, – сказал я, поднимаясь по ступеням. – А по пути давай рассказывай, что у Михи случилось. Почему ты бросил пост и побежал к нему?

– Монстры из аномалии, – ответил Ярослав, прижимая василиска к груди. – Прорвались через восточную границу, штук шесть. Миха их почуял, устроил засаду, но один на всех не мог выйти, попросил помощи. Я откликнулся, мы вдвоём с ними разобрались.

– Почему не позвал охотников? Они же именно для этого здесь. Виктор со Славой справились бы. Или на худой конец егерей бы в помощь позвал, числом бы точно взяли.

Ярослав помолчал. Его вертикальные зрачки сузились и снова расширились, что означало попытку подобрать слова для мысли, которая казалась ему очевидной, а мне, видимо, нет.

– Непривычно это, хозяин, – наконец сказал он. – Духи привыкли решать такие вещи сами. Миха и вовсе не знал, что в поместье есть какие-то охотники. Он столько времени провёл под контролем Тенелиста, откуда ему знать, что здесь изменилось?

– Теперь знает. Передай ему при следующей встрече: если монстры прорвутся снова, пусть даст знак мне через Круг Тишины, а я отправлю людей. Духи не должны воевать в одиночку. Для этого у нас есть команда.

– Передам, – кивнул Ярослав.

Мы поднялись на первый этаж. Степан стоял в коридоре и переминался с ноги на ногу, разрываясь между желанием узнать, что произошло, и привычкой не задавать лишних вопросов.

Когда он увидел василиска на руках Ярослава, его глаза стали размером с блюдца.

– Барин... Это... Это что за… – осторожно начал он.

– Это вылупилось из яйца, которое лежало в подвале, – объяснил я. – Степан, мне нужно тёплое молоко. И миска маленькая, вроде тех, из которых кошки пьют.

– Сей... Сейчас, барин, – Степан рванул на кухню, потом остановился, вернулся, посмотрел на василиска ещё раз и протянул руку. – А он... не кусается?

– Пока нет, – ответил Ярослав.

Степан вернулся, осторожно погладил василиска по голове двумя пальцами. Существо приоткрыло один янтарный глаз, посмотрело на слугу, зевнуло маленькой розовой пастью и снова заснуло.

– Ох, батюшки, – Степан расплылся в улыбке. – Ну и чудо! Барин, это же чудо! Надо же, прям как котёночек!

– Это василиск, Степан. Через полгода он будет размером с волка и сможет парализовать человека одним взглядом.

– А пока что как котёночек, – упрямо повторил Степан и побежал за молоком.

Через пять минут василиск пил молоко из блюдечка, которое Степан поставил на стул. Пил жадно, тыкаясь мордочкой в молоко и фыркая, когда оно попадало в ноздри. Золотистые полоски на боках пульсировали ярче с каждым глотком, как будто молоко питало не только тело, но и магию внутри него.

Пушок сидел на краю стола и наблюдал за кормлением с видом обиженного аристократа, которого обошли наследством.

– Значит, ему молоко из блюдечка, а мне орехи из кулька, – ворчал Пушок у меня в голове. – Я, между прочим, тоже магическое существо! Белка с человеческой душой! Это посерьёзнее любого василиска будет! Где моё блюдечко?!

– Ты не магическое существо, Пушок, – мысленно ответил я. – Ты сплошное наказание.

– Вот так всегда! Стоит появиться кому-то новенькому, и про старых верных друзей сразу забывают! – Пушок демонстративно отвернулся, но через секунду снова повернулся и уставился на василиска. – Хотя, должен признать, чешуя у него красивая. Для ящерицы.