Чтение онлайн

Но эти политические схемы, обращавшие соперников в союзников, дававшие народам царей против их воли, встретили жесткое сопротивление со стороны местных жителей. Армяне отказались подчиняться Александру и посадили своего царя – сына плененного царя Арташеса (Артаксия) II [42] . Тот, осажденный войсками римлян и сатрапа Атропатены, был вынужден искать убежища у парфян при дворе Фраата IV. Наконец, воспользовавшись тем, что Антонию пришлось отвести свои легионы из Армении, чтобы вести войну с Августом, персидский царь вторгся в Атропатену и Армению и отдал армянскую корону национальному претенденту.

Денарий Августа Armenia Capta

Монета царя Армении Тиграна III

Монета царя Армении Тиграна IV с сестрой Эрато

Думая, что гражданская война в Риме продлится еще долго, персидский царь Фраат IV и армянский царь Арташее II решили отнять у римлян их владения западнее Евфрата, когда против Аршакидов поднялся претендент на иранский трон Трдат II, провозгласил себя великим царем в Ктесифоне и заставил соперника спасаться бегством к восточным скифам – в Закавказье. Армении, таким образом, осталось одной выполнять вышеописанные планы, и она, чувствуя себя слишком слабой, отказалась от них. Тем временем Клеопатра обезглавила своего пленника, и Артавазд, сын несчастного монарха, отомстил за его смерть тем, что перебил всех римлян в своих владениях.

Тем временем, однако, битва при Акции привела к тому, что Октавий получил в свои руки верховную власть и, устав от бесконечных конфликтов из-за Армении или по поводу Армении, решил поставить все территории восточнее Евфрата, севернее Тигра и выше Аракса под римский протекторат. Так территории иберов и албанцев, то есть всех народов южнее Большого Кавказского хребта, были в первый раз включены в римскую сферу. Этот план означал сдерживание силы Персии, и Октавий мог ни перед чем не останавливаться в выполнении своих намерений. Подкупленные римским золотом, армяне восстали против Арташеса II и убили его, и Тиберий Клавдий Нерон, тогда двадцати двух лет от роду, короновал царем Армении младшего брата Арташеса Тиграна III. Тогда Армения погрузилась в анархию. Тигран III умер, возможно, от болезни, но, вероятнее, от яда. Тигран IV потребовал у римлян короновать его, а тем временем объявились еще двое претендентов на трон по имени Эроваз (?) и Артавазд IV.

Этот период армянской истории очень неясен. Персы и римляне долго сражались за влияние в стране. Наконец, в 1 год н. э., Фраат, вернувший иранский трон, отказался от всех притязаний на Армянское царство и оставил своих братьев заложниками у римлян.

Но как мы видели на предыдущих страницах, слово правителя в те дни мало что значило. Все они, будь то римские или персидские, исходили из своих кратковременных интересов. Злодейства и предательства следовали одно за другим беспрерывно, и армянский вопрос всегда оставался главным для двух великих государств-соперников, когда они оба старались добиться собственных целей в общей политике на Востоке.

Ряд сменяющихся правителей, которых историки Армении назвали династией чужеземцев, совпадает с периодом, когда армяне, хотя и обладая номинальной независимостью, находились попеременно то под римским, то под персидским влиянием. Раздираемые политикой могущественных соседей, они в зависимости от обстоятельств склонялись то к одному, то к другому из своих временных владык, слишком слабые, чтобы добиваться национальной независимости. Армии цезарей, как и армии царя царей, на какое-то время навязывали свою волю армянскому правительству и отдавали короны царя сторонникам Рима или Персии исходя из условий конкретной ситуации. За этими периодами следовали мирные времена, когда персы и римляне, слишком занятые другими делами, оставляли Армению в покое и давали ей возможность сбросить чужеземное ярмо. Но и тогда, однако, она пребывала в состоянии нерешительности, не зная, каким путем идти.

Драхма Онона или Вонона как царя Персии

Имитация денария Августа закавказской чеканки

Но народная жизнь шла в Армении полным ходом; ее армии поставляли воинов и персам, и римлянам. Крупные феодалы пользовались значительной независимостью, и мысль продолжала развиваться по курсу, заложенному великим Тиграном. Немногое, известное нам об этом периоде, все же свидетельствует о том, что, несмотря на постоянные войны, навязанные стране, народ развивался и под иноземном влиянием, и за счет собственной энергии. Как мы видели, литература и искусство процветали при армянском дворе при Тигране. Мы знаем, что это развитие не прекратилось при династии Арташеса, ибо сразу же, как только армяне несколько веков спустя приобрели собственную письменность, в которой они так нуждались, возник язык чрезвычайно изощренный, который, безусловно, берет начало в устной культуре. Таким же образом на много веков раньше греки приобрели вкус к литературе задолго до того, как узнали алфавит, и обязаны своим интеллектуальным развитием многим другим арийским народам, которые по-прежнему оставались неграмотны. Более того, в Риме армяне отнюдь не считались варварами; их правителей в Вечном городе принимали с огромным почетом, и авторы уважительно писали о роскошном образе жизни этих барственных жителей Востока.

Монета Августа и Артавазда

Когда Армения попеременно находилась то под персидским, то под римским влиянием, в ней, несмотря на жгучее желание вновь обрести независимость, сложилась ситуация, когда в течение некоторого периода ее трон занимали цари, сами не принадлежащие к ее народу. Первым из них был перс по имени Ариобарзан, правивший около 2 года н. э. Он был царем Мидии и Атропатены, когда по приказу Августа Гай Цезарь сделал его царем Армении. Его сменил сын Артавазд (2—11 н. э.). Затем на трон взошел еврейский царь Тигран V (11–14 н. э.), но так как правление этого чужеземного монарха пришлось не по вкусу армянам, сторонники национальной независимости призвали сестру Тиграна IV Эрато, которая и стала царицей (14–15 н. э.). Ее сменил Вонон, парфянин (16–17 н. э.) [43] . Потом Германик посадил на трон Зенона, сына Полемона и Пифодориды, которому Антоний прежде отдал Понтийское царство, и он правил Арменией как Арташес III. Шестнадцать лет (18–34 н. э.) тот царил над своими владениями как вассал Запада. Но персы вновь вернули себе власть, и уже Аршакиды, а не римляне посадили на трон Армении одного из их числа – Арсака или Аршака I (34–35 н. э.).

В этот период, в начале христианской эры (8 г.), летописи говорят о восшествии на трон Осроены представителя ветви царского рода Армении. Предполагается, что арабские правители, которые сменили Ороза (Хосроя) (137–132 до н. э.), имели феодальные связи с Арменией. Как бы то ни было, и Мовсес Хоренаци, и Вартан сообщают нам, что Абгар V Уккама, Апкар у армян, внук Арташеса и, следовательно, потомок Тиграна Великого, перенес свою столицу из Мцбина в Эдессу и что его потомки правили Осроеной до времен Гордиана III, когда около 240 года и. э. этот император лишил Абгара XI его царства и сделал Осроену римской провинцией. Это расширение армянского влияния в Сирии сыграло важную роль в восточной политической жизни, но у нас недостаточно информации по этому вопросу, а та, что есть, часто неясна и противоречива.

Монета Абгара XI, царя Осроены, и Гордиана III

Новые войны разыгрались в Армении после того, как армянский трон перешел в руки иберов в лице Митридата (35–37 и 47–51 и. э.), который выгнал Аршакида. Его сменил племянник Радамист (51–53 и. э.), сын царя Грузии Фарасмана I, убив дядю при помощи подлой уловки. Тацит оставил нам рассказ об этом преступлении, живо изобразив постыдные обычаи тех неспокойных времен.

Радамист прибыл к дяде, якобы спасаясь от несправедливой суровости отца и мачехи. Он просил у армян гостеприимства и был принят с распростертыми объятиями.

Вскоре он подружился с дворянами страны и, воспользовавшись благосклонностью дяди, вскоре образовал влиятельную партию. Когда наступил подходящий момент, он послал гонца к царю Иберии, который неожиданно вторгся в Армению и посадил на трон своего сына. Митридат, застигнутый врасплох и преданный большинством своих вассалов, нашел убежище в Горнеях (Гарни), в горах неподалеку от Еревана. Тогда там стоял римский гарнизон, ибо Армения в то время была вассалом империи, и царь полагался на защиту легионов. Но префект крепости Целий Поллион, соблазненный дарами иберов, собирался выдать своего гостя и, видимо вступив в переговоры с Фарасманом, уговорил царя прийти на встречу, предложенную Радамистом. У Митридата, однако, имелись некоторые подозрения. Будучи грузином, он знал, что ему стоит бояться предательства со стороны племянника. Но так как римляне угрожали оставить его без помощи, он в конце концов уступил. Встреча должна была состояться у священной рощи у подножия горы, где два правителя должны были, по обычаю, скрепить свою дружбу жертвоприношением богам.

Денарий Германика; оборотная сторона: коронация Артаксия

Монета Антиоха IV Епифана с Иотапой

У иберов в подобных случаях было принято, чтобы оба участника скрестили правые руки, связали два больших пальца и надрезали так, чтобы из них потекла кровь. Потом они должны были приложить окровавленные пальцы к губам друг друга и принести клятву, нерушимо скрепленную кровью.

Когда они уже собирались совершить этот ритуал, Митр ид ата схватили и связали. Радамист клялся не убивать дядю ни мечом, ни ядом, поэтому он приказал удавить его подушками, а в это же время его сподручные задушили жену жертвы, сестру Радамиста, и зарезали детей.