Чтение онлайн

Это ужасное злодеяние, хотя и совершенное варварами, было тем не менее позором для римских властей, на которых лежала вся ответственность. Однако прокуратор Каппадокии Юлий Пелигн, начальник Целия Поллиона, признал нового царя Армении. Дары иберов делали свое дело даже в залах Кесарии. Но наместник императора в Сирии Нумидий Квадрат был справедливо обеспокоен общественной реакцией на поступок Целия Поллиона и обдумывал его наказание. Однако его совет придерживался иного мнения. Какая Риму разница, племянник или дядя будет сидеть на троне Армении, что ему с того, что варвары перебьют друг друга; разве их ссоры не служат целям Рима? Персы почти не влияют на Иберию, а Рим всемогущ; разве не лучше позволить грузинской династии укрепиться во всех областях Армении на границе с парфянами? После смерти Фарасмана Радамист объединит оба царства и таким образом образует твердыню, достаточную, чтобы сдерживать парфян. Рим не упускал возможности укрепить свою власть за счет мелких государств. Антиох IV Епифан, царь Коммагены (38–72 н. э.), помог Корбулону в его восточных кампаниях, и Нерон, чтобы наградить его за помощь, воспользовался беспорядками в Армении, чтобы прибавить часть страны к его владениям.

Монета Антиоха IV Епифана, царя Коммагены

Монета с головой Иотапы, сестры и жены Антиоха IV Епифана

Этот эпизод одного из самых беспокойных периодов в истории Армении дает представление о тех пугающих сдвигах, которые происходили в этом злополучном царстве. Оно страдало не только от предательств со стороны римлян, персов и северных соседей, но и от внутренних распрей, раздираемое соперничеством и жадностью своей знати. Воцарилась анархия. Каждый день границы государств менялись, Армения разделилась на верхнюю и нижнюю, и ее области то отнимались, то прибавлялись к владениям разных царей, и из-за постоянного кровопролития, сожжения городов и деревень страна погрузилась в горе и опустошение.

Тогда персы, опасаясь возрастающей мощи Рима, вторглись в Армению, намереваясь сбросить с трона грузинского узурпатора и заставить этот горный народ принять царя, на которого они сами могли бы положиться. Радамист бежал на коне, посадив за спиной беременную жену Зенобию. Зенобия была дочерью убитого им дяди. Лишаясь чувств, не в состоянии выдержать безумного бегства, царица умоляла мужа прекратить ее мучения. Сын Фарасмана ударил ее кинжалом в грудь, сбросил тело в Араке и продолжил путь, а парфянская конница получила приказ схватить его и шла за ним по пятам. Зенобия, однако, не умерла. Ее спасли пастухи и доставили к царю Трдату, которого персы только что посадили на трон, и царь принял ее со всеми почестями, приличествующим ее высокому положению и постигшим ее несчастьям.

После ухода парфян Радамист вернулся в Армению и обратился за помощью к вассалам в попытке вернуть себе царский венец; но он так гнусно вел себя по отношению к местным жителям, а его месть была столь жестока, что бывшие подданные выгнали его, и ему пришлось бежать назад к отцу.

С этого момента в Армении начинается правление династии Аршакидов. Они занимали трон потомков Айка около четырех веков и дали армянской истории одну из ее самых блестящих страниц.

Первым правителем этой династии был Трдат I (53–59 и 66—100 н. э.), брат Вологеза, царя Персии. Его восшествие на престол означало вход Армении в широкую феодальную систему Аршакидов. Во главе этой политической структуры стоял иранский владыка, носивший титул царя царей. После него шли Аршакиды Армении; третьими – Аршакиды Бактрии, а четвертое место занимали Аршакиды Северного Кавказа, правившие массагетами. Царь Персии как верховный владыка один имел право выпускать деньги и чеканить свое изображение на монетах.

Рим с опасением воспринял переход армянского престола к брату персидского царя. Если правитель, враждебный к Римской империи, добивается такой власти, это предвещало скорое падение римского влияния в этих регионах, столь политически важных для империи. Нерон поручил Корбулону выгнать царя-Аршакида и поставить вместо него Тиграна VI (60–62 н. э.), племянника последнего царя с тем же именем и внука Архелая, царя Каппадокии. Этот протеже Рима, однако, умер, процарствовав всего два года, и Вологез уговорил Корбулона согласиться на то, чтобы Рим назначил царем его брата. Тогда Трдат отправился в Рим, чтобы принять корону из рук Нерона. Но этот шаг не означал унижения для армянского царя. Едва он пересек римскую границу, как его встретили с уважением, достойным государя, и во всех городах оказывали ему царские почести. Трдата сопровождали главные сановники царства и царица с детьми, а также эскорт из трех тысяч всадников, словом, он прибыл со всем блеском восточной пышности. Тацит, Плиний, Дион Кассий оставили нам описание визита царя Армении в Италию. Он въехал в город Никополь на колеснице, чтобы приветствовать императора, который находился там в то время, но коронация имела место дальше, в Риме, где сенат проголосовал за организацию роскошных празднеств. Нерон, сидя на троне, возложил царскую корону на голову Трдата, а тот стоял на коленях. Вернувшись к себе во владения, он восстановил город Арташат, который переименовал в Неронию, и с помощью легионеров забрал у албанцев землю, которую они захватили у Армении во время беспокойной эпохи чужеземных династий.

Серебряная монета императора Луция Вера с пленной Арменией; бронзовая монета, на которой он дает Армении царя

Монета императора Антония Пия, коронующего царя Армении

Архадар (100–113), преемник Трдата, прибавил Нижнюю Армению к своим владениям, а позднее отдал ее римлянам. Малая Армения уже стала провинцией империи после того, как перешла из рук Полемона, царя Понта, в руки Архелая, царя Каппадокии, а затем Котиса, царя Киммерийского Босфора (Крыма), а ее последними правителями были Аристобул при Нероне и Тигран при Веспасиане. Так границы Римской империи постепенно сдвигались на восток от берегов Евфрата к берегам Тигра, и, поскольку Аршакидская династия Армении казалась более преданной их интересам, чем собственным родственникам – царям Персии, у Рима были все основания поддерживать ее [44] .

Монеты императора Траяна в память о его кампаниях в Армении

Тетрадрахма Вологеза I, царя Персии из династии Аршакидов

Партамасир (113–114), Парфамасат (116–117), Вологез (Вагарш) (117–140), Софем (140–162, 163–178), Пакор (162–163), Санатрук (178–216), Вологез II (Вагарш II) (217–238) – все эти правители из рода Аршакидов сменяли друг друга на троне Армении. Находясь постоянно в распрях со своими персидскими родственниками, как и с римскими сюзеренами, эти цари очень дипломатично вели себя по отношению к своим могущественными соседями, всегда стараясь не допустить необратимых последствий. Это соперничество, однако, привело к тому, что в правление первых царей-Аршакидов на Армению пали величайшие бедствия. Наконец Трдат II, также называемый Хосровом I Великим (217–238), взошел на трон, и с того времени началось великое развитие армянского народа, которому позднее, благодаря принятию христианства, было суждено навсегда присоединиться к западной цивилизации и порвать с восточной культурой.

Великий переворот только что преобразовал Иран. Ардашир (Артаксеркс), сын Папака из рода Сасана, правитель провинции Парс, сверг Аршакидскую монархию и взошел на трон царя царей. Происходя из маздеистских первосвященников Парса, он объявил о намерении восстановить в своей новой империи религию предков и изгнать греко-парфянские божества вместе с греческим влиянием. Но хотя новый царь только что победил Артабана, он еще не успел завоевать всех Аршакидов, и парфяне Армении были среди тех, кто отказался признать его своим государем. Агатангелос оставил нам историю Трдата II на армянском и греческом языках, и его рассказ о первых контактах между маздеитами-персами и все еще язычниками-армянами, хотя весьма преувеличенный, проливает яркий свет на новое положение вещей, которое сложилось из-за возрождения зороастрийского культа и прихода к власти сына Папака.

«С ослаблением царства Парфянского низложено было владычество Артабана, сына Вагарша, убитого Арташиром [Ардаширом], сыном Сасана, нахараром из области Стахр, прибывшим и вошедшим в сговор с персидским войском, которое покинуло, оставило, отвергло и пренебрегло властью парфян и с радостью дало предпочтение правлению Арташира, сына Сасана. Когда эта печальная весть о смерти дошла до армянского царя Хосрова [Трдата II], который был вторым в Персидской державе, – ибо тот, кто был армянским царем, тот был вторым в Персидском государстве, – хотя до него давно дошла печальная весть, однако он ничего не смог предпринять для подготовки к войне. И после этого продолжал пребывать в великой печали из-за происшедших событий, ибо ему ничего не удавалось сделать. В великой печали по поводу случившегося он пустился в путь и вновь возвратился в свою страну.

Статуя Трдата, царя Армении. Мрамор, Лувр

И вот в начале следующего года армянский царь Хосров вновь начал набирать полки и составлять войско: он собрал алванское и иверское войска, открыл врата аланов [Дарьяльское ущелье] и Чора Пахака, впустил войска гуннов и стал совершать набеги на Персию, пошел походами на Ассирию и дошел до врат Тизбона [Ктесифона]. Опустошив всю страну, он разрушил благоустроенные города и богатые поселки и, превратив обжитую страну в безлюдную, намеревался стереть с лица земли, разгромить, разрушить до основания и уничтожить порядки, установленные в государстве Персидском. Он поклялся также отомстить за лишения их рода царства, стремясь взыскать в полной мере, так как пылал великой местью. Уповая на многочисленность своего войска и надеясь на его храбрость, он жестоко угрожал. Вскоре, дабы отомстить за кровь Артабана, на помощь подоспели алваны, лбины, чипхи, каспы и другие племена из этих краев с множеством отважных и храбрых, хорошо снаряженных всадников. И хотя он и был в великой печали из-за братских чувств, испытываемых к своим сородичам, ибо они покорились и пошли в услужение к пришедшему к власти царству рода Стахра и были покорны ему, несмотря на это, Хосров отправил к ним посланника, дабы убедить соплеменников выступить с тыла и подняться против царства Арташира и оттуда со стороны кушанов протянуть ему руку помощи, храбрыми племенами и боевыми дружинами прикрыть его тыл с той стороны, с их исконной страны. Однако парфянские роды и вожди племен, нахарары и родоначальники не вняли ему, так как приняли, приспособились и покорились власти Арташира, вместо того чтобы предпочесть власть своего рода и братство» [45] .

Драхма Артаксеркса I, сына Папака, первого из персидских Сасанидов

Монета последнего из аршакидских царей Персии Артабана V

Возвращение к маздеизму, которое сатрапы Персии давно подготавливали в общественном мнении, было хорошо принято по всей империи. Только вельможи Аршакидов пытались сопротивляться новому царю царей. Однако, поддавшись вооруженной силе и чувствуя, что народ благосклонно смотрит на восстановление старой персидской религии и что их дело проиграно, они согласились с новым положением вещей. Армения продолжала держаться в одиночку.