Чтение онлайн

Благодаря этим отрядам и при активной поддержке лидийского царя Гига Псамметих I освободил Египет от гегемонии Ашшурбанапала. Ассирийский царь кратко и как бы даже со смущением упомянул об этом в одной из своих надписей. Ионийские и карийские отряды были главной опорой Псамметиха I и в борьбе с сепаратистскими движениями. Желая обеспечить себе их преданность, он расселил их в Дельте. Возможно, среди переселенцев находились и отряды иудеев, которые с той же целью были поселены в Нижнем Египте и на острове Элефантина, напротив Асуана. Не исключено, что в связи с этим в войске начались конфликты, поскольку находившиеся прежде на привилегированном положении ливийско-египетские войска оказались отодвинутыми на второй план. Это, по-видимому, подтверждается рассказом Геродота (II. 30) о переходе на сторону государства Напата ливийских отрядов, охранявших южные границы Египта, — эпизод, который, по всей вероятности, и заставил Псамметиха I основать иудейское военное поселение.

Приведя из заморских стран и поселив в Египте военных колонистов, Псамметих I открыл тем самым дорогу большому числу греческих купцов, шедших по следам своих родичей-воинов. Это была эпоха великой греческой колонизации и вместе с тем период восстановления многих достижений традиционной египетской культуры, обычно называемый периодом архаизации. Начало этого периода восходит ко времени царствования династии из Напаты. Во многих областях жизни тогда восстанавливались традиции и идеалы прошлого, которые должны были заменить собой существовавшие обычаи и представления.

В те годы копировались тексты древних гробниц и надписи на архитектурных памятниках. В биографических надписях стали появляться точные повторения формулировок, принадлежавших более древним надписям, и прежде всего относящихся ко времени V и VI династий. Изображения на рельефах вернулись к простым, но необычайно выразительным формам, присущим эпохам расцвета Древнего и Среднего царств. Началось собирание древних памятников религиозной литературы, которая стала использоваться по-новому. Вот почему в саркофагах и усыпальницах времени XXVI династии найдены «Тексты пирамид» из гробниц V и VI династий. Переписка старых текстов существенно повлияла на орфографию тех лет. Обнаружены памятники египетской письменности VI в. до н. э., в которых языковые нормы соблюдаются с такой строгостью, какая не встречалась ни на каком другом этапе развития древнеегипетского письма.

Отношение египтян к традициям, к элементам прошлого опиралось на некую сумму исторических знании. Представление об устойчивости культуры и древности собственной цивилизации явилось той основой, на которой могла возникнуть архаизация, в свою очередь повлиявшая на дальнейшее развитие и накопление знаний о своей истории и культуре. Понятие «история», естественно, имело для древнего египтянина иное содержание, чем оно имеет для современного человека. Однако ан-налистика, летописание, — древнейшая форма записи событий — сообщала конкретные сведения о тысячелетнем прошлом, благодаря чему стало возможно расположение исторических воспоминаний в хронологическом порядке.

Во времена XXI династии была разработана новая концепция светской власти, согласно которой царь есть наместник бога на земле. Такая установка проявлялась в различных формах. Само возникновение подобной концепции означало конец древневосточных представлений о монархии, происходящей от бога. С этого времени идея о царе как носителе власти сменилась идеей о царе — воплощении этических норм. Успех или неудача царствовавшего правителя стали показателем соответствия его поступков требованиям этики. Если классическая египетская идеология расценивала достижения царя как естественный результат его божественной сущности, то египтянин более позднего времени неудачи царя приписывал его безбожию.

Об этом выразительно свидетельствует так называемая «Демотическая хроника», представляющая собой сборник прорицаний, где в форме трудных для понимания, туманных и сложных намеков предсказывается скорое крушение, неудачи и прочие бедствия, которые ожидают фараонов-безбожников. (Записана «Демотическая хроника» была значительно позднее, при Птолемеях.) Из этого мы можем сделать вывод, что позднеегипетское общество оценивало фараона не с точки зрения его принадлежности к законной царской династии, но исключительно по его поступкам. Деяния царя либо свидетельствовали о его высоком этическом уровне, либо доказывали его безбожие, что одновременно говорило и об отношении к нему бога. Таким образом, законно царствующим правителем, т. е. одобряемым богами, считался тот царь, чье царствование протекало успешно. Таков идеологический фундамент монархии нового типа. На основе таких представлений позднее окрепла власть персидских завоевателей, Александра Македонского, Птолемеев и римских императоров. Каждый из них — по сути, агрессор и узурпатор — в соответствии с этой идеей оказывался законным царем Египта. Их царствование было благоприятно для страны, поскольку царь одобрялся богом.

Псамметих I сознательно направил все свои силы на решение внутренних проблем, однако политическая обстановка тех лет вынуждала его активно участвовать и в решении международных вопросов. В начале царствования он принял меры к тому, чтобы укрепить северо-восточную границу Египта. Для этого были построены многочисленные крепости, руины которых обнаружены археологами к югу от Газы. Во второй половине своего царствования Псамметих I отказался от политики выжидания: слишком очевиден стал кризис Ассирийской державы. Кроме того, на сцену выступили новые политические силы — мидяне и халдеи.

Упадок Ассирийской державы и раздел ее наследия

С того времени, когда Ассирия вследствие усиления Египта, Элама, скифов, мидян и халдеев вынуждена была отказаться от политики завоеваний и перейти к защите своих владений, начался ее упадок, выражавшийся прежде всего в глубоком экономическом кризисе. Могущество Ассирии было обусловлено постоянным ростом производственной базы — расширением посевных площадей, увеличением числа рабочих рук, непрерывным притоком сырья. Все это страна получала за счет захватнических войн. С прекращением завоевательных войн Ассирия утратила основной источник своего существования. К экономическому кризису присоединился и социальный, основными причинами которого явились исчезновение свободного крестьянства, появление элитарных городских центров и предоставление иммунитета хозяйствам частных лиц. Особенно было чревато последствиями наделение частных земельных владений привилегиями, поскольку из-за крупных земельных пожалований (равно как и вследствие утраты провинций) сильно сократился царский земельный фонд, а трудившиеся на царских землях крестьяне — «царские люди» оказались низведены до положения рабов, которых можно было покупать и продавать.

Одной из главных основ могущества Ассирии было постоянное войско, существовавшее только за счет войны. Военная добыча, которую приносили нескончаемые походы, служила источником его обогащения. Войны давали царям средства на содержание войска. Привыкшее к легкой добыче, оно было полностью деморализовано. Встречаясь с сильным и хорошо организованным противником, ассирийские воины сражались без всякого энтузиазма, но зато легко побеждали разрозненные племена и слабые государства. Победы же над государством Урарту, антиассирийской коалицией, Вавилоном и Эламом давались даже в период наивысшего расцвета Ассирийского царства с величайшим трудом, были итогом тяжелых, длившихся иногда по нескольку лет войн и, как правило, неэффективными. Особенно длительные войны Ассирии пришлось вести в Южной Месопотамии и на сирийской территории.

Когда международная обстановка сложилась таким образом, что Ассирии пришлось занять оборонительную позицию, ее войско утратило основу своей боеспособности — возможность захватывать легкую добычу, что привело к окончательному моральному разложению. Как ни велико было недовольство в войске, оно не шло ни в какое сравнение с той борьбой, которую вели между собой две группировки ассирийской аристократии. Если для ассирийской аристократии речь шла о дележе награбленной добычи, о получении максимальных выгод от политики царя, то войско оказалось лишенным самих основ своего существования. Результатом такого положения дел были военные перевороты, происходившие после смерти Ашшурбанапала.

Последние годы царствования Ашшурбанапала, умершего, по-видимому, в 627 г. до н. э., характеризовались ожесточенной политической борьбой за города Вавилонии, которые чуть ли не каждый день переходили из рук Ашшурбанапала к очередным узурпаторам. Ситуация осложнилась еще больше, когда в 626 г. до н. э. на вавилонский трон вступил халдейский князь из Приморья, основатель Нововавилонского царства Набопаласар. Заручившись помощью Элама, Набопаласар разграбил Урук и напал на Ниппур. Ассирийские воины принудили его отступить к Уруку, в то время как другая часть войска ассирийцев осаждала Вавилон. Но ассирийцы потерпели поражение, и вавилоняне отдали трон Набопаласару. 25 ноября 626 г. до н. э. состоялась официальная коронация.