Чтение онлайн

б) генезис, становление данного социального явления с выявлением общественных потребностей в нем и закономерностей формообразования;

в) фиксация той базовой совокупности признаков, параметров, которые являются системообразующими для этого социального явления;

г) исследование совокупности функций этого явления в системе социума, которые определяют историческую стабильность его и динамику развития.

Эти четыре подхода определяют основное содержание данного раздела, посвященного изучению научной школы в системе научной сферы общества.

Институциональные и неинституциональные формы развития науки

Прежде всего возникает проблема определения места научной школы в системе целого. Это целое по-разному определяется в философии и науковедении: наука, научная деятельность, научная сфера, научный процесс, научное сообщество, научное направление, научная отрасль и т. д. Вероятно, по аналогии с другими сферами общественной жизни (религия, искусство, политика, право, экономика и др.), которые используют родовое понятие для обозначения совокупности видов данной сферы (музыка, живопись, скульптура, театр и пр. – искусство; христианство, буддизм, ислам – религия и т. п.), можно и в данном случае употреблять понятие «наука» для отражения не только множества ее видов (физика, химия, биология, социология и пр.), но и различных видов и форм существования: научная деятельность, научные открытия, научная школа, научное объединение, научная публикация и т. д. Все это и есть наука.

Тем не менее, несмотря на длительный период развития науки и даже на интенсивное ее изучение с 60-х годов XX в., в науковедении до сих пор не сложилось системного представления о науке с выделением ее базового признака, состава и структуры.

Достаточно широко распространено понимание науки как генератора знаний (см.: Глуздов В. А. Наука и учебный предмет: методологический анализ взаимосвязи. – Н. Новгород: НГЦ, 2000. С. 5). Можно встретить трактовки науки как единства познавательной и оценочной деятельности (гносеологический и аксиологический аспекты) (см.: Мещерякова Н. А., Жаров С. Н. Ценностное измерение познания и гуманизация науки: на пути к новой рациональности // Наука и гуманизм – планетарные ценности третьего тысячелетия: Тез. межд. конференции. – М.: Росс, гуманист, общ-во, 2000. С. 11).

Чаще всего в словарях и энциклопедиях науку рассматривают как особый вид познавательной деятельности наряду с другими ее видами (см.: Степин B. C. Наука // Всемирная энциклопедия. Философия. – М.: ACT; Минск: Харвест, 2001. С. 673). На смену традиционному пониманию науки как совокупности знаний, теорий пришла и концепция ее трактовки как совокупности проблем и операций по их разрешению (см.: Лакатос И. История науки и ее рациональная реконструкция // Структура и развитие науки. – М.: Прогресс, 1978. С. 203–269).

В широком виде предлагает рассматривать науку О. М. Сичивица-как социальный институт со своими уставами, кадрами, знаниями, ценностными ориентациями, деятельностями, проблемами и т. п. (см.: Сичивица О. М. Наука, мораль и моральный кодекс ученого. – Львив: УДОУ, 1999. С. 4).

Редко используется интерпретация науки как особой родовой сферы общества. Этот подход чаще всего представлен в исследованиях Общероссийской академии человековедения (Н. Новгород) (см.: Зеленое Л. A. Становление личности. – Горький: ВВКИ, 1989, 1989; Зеленое Л. А. Методология человековедения. – Н. Новгород: НШЗУ, 1991; Зеленое Л. А. Введение в общую методологию. – Н. Новгород: ННГАСУ, 2002; Антропономия. – Н. Новгород: НАСА, 1991; и др.).

Согласно этой концепции, представленной и обоснованной в серии монографий и диссертаций (Методология и теория деятельности, 1982; Человек в системе сфер общественной жизни, 1994; Антропономия. Общая теория человека, 1991; Зеленое Л. А. Становление личности, 1989; и др.) в системе общества выделяется восемь его родовых сфер: экономическая и экологическая, научная и художественная, управленческая и педагогическая, медицинская и физкультурная. Эти сферы являются социальными константами общества. В данном ряду выделена и научная сфера. Для ее характеристики важно отметить два момента.

Во-первых, сама сфера любого типа, в частности научная, базируется на своем функциональном стержне, каковым является соответствующая деятельность. В нашем случае – научная деятельность. Ее субъектное основание образуют две родовые сущностные силы человека: потребности и способности (см.: Краева O. Л. Диалектика потенциала человека, 1999). Потребности представляются как побудительные силы с их субъективными модификациями (влечения, желания, потенция, стремления, интересы, цели), а способности-как деятельные силы тоже с их субъективно представленными модификациями (знания, учения, теории, умения, способы, методы, методики и пр.). Единство потребностей и способностей (хочу и могу) и определяет существование соответствующей деятельности.

Реальная деятельность, в частности научная, обусловливает становление на ее основе социальных отношений, научных отношений между субъектами данной деятельности. А отношения исторически формируют соответствующие им социальные институты как организационные формы этой деятельности.

Таким образом, формируется вся законченная сфера общественной жизни с ее базовыми социальными образованиями: потребности, способности, деятельности, отношения, институты. Это и дает основание рассматривать науку как научную сферу общественной жизни с теми социальными образованиями, которые ее формируют.

Вполне естественно, что в ходе научной деятельности ее субъекты (ученые, исследователи, разработчики и пр.) вступают в специфические научные отношения разного рода и вида: содружество, конфликты, соперничество, плагиат, критика и т. д., что и определяет становление сети научных отношений вплоть до их правового оформления (патенты, авторские свидетельства).

Стабилизация этих отношений, особенно в связи с формированием научных школ, коллективов, НИИ, лабораторий и пр., приводит исторически к становлению научных институтов как организационных форм научной деятельности (учреждения, организации, академии, лаборатории, НИИ, сообщества и т. п.). Собственно, на этом и завершается развитие научной сферы, ибо за пределами научных (социальных) институтов происходит развитие вненаучных связей, деятельностей (внедрение, патентоведение, финансирование, развитие материально-технической базы и пр.).

Представленный пятиуровневый статус научной сферы позволяет рассматривать все названные выше и иные определения науки как частные по отношению к трактовке науки как сферы общественной жизни. Понимание науки как особого социального института (И. Лейман) схватывается понятием «научный институт».

Во-первых, трактовка науки как совокупности проблем и операций по их решению вполне находит отражение в таких блоках научной сферы, как научные потребности (совокупность проблем) и научные способности (операции, способы, приемы, методы). Истолкование науки как совокупности знаний включается в результативный компонент научной деятельности.

Исходя из сказанного, мы склонны трактовать науку как научную сферу с ее пятью слагаемыми: научными потребностями, способностями, деятельностями, отношениями и институтами.

Во-вторых, понимание науки как научной деятельности тоже нуждается в уточнении. Если деятельность любого рода рассматривается как целесообразное взаимодействие человека с предметным миром (в неживых системах – законосообразное взаимодействие, а в живых – геносообразное взаимодействие), то согласно исследованиям Общероссийской академии человековедения (см.: Антропономия. Общая теория человека, 1991; Методология и теория деятельности, 1982; и др.) любая деятельность представляет собой восьмикомпонентное образование, т. е. не сводится ни к процессу (совокупность функций или операций), ни к объекту, средствам и результату.