Чтение онлайн

Однако после войны британские власти почувствовали себя свободными от каких-либо обязательств перед индийцами и в ответ на начавшееся в обществе брожение усилили политику репрессий. Сигналом к этому послужило введение в действие Закона Роулэтта (март 1919 г.), наделившего колониальные власти правом ареста и ссылки без суда. Ганди назвал этот закон «несправедливым, подрывающим основы свободы и разрушающим элементарные права личности» и потребовал его отмены. Власти проигнорировали это требование. После этого Ганди решил начать всеиндийское движение за отмену Закона Роулэтта. Еще раньше, 24 января 1919 г., он основал организацию Сатьяграха сабха (Собрание сатьяграхи), члены которой после принятия Закона Роулэтта торжественно обязались не подчиняться ему и подвергаться арестам.

18 марта 1919 г. Ганди опубликовал обращение к народу, в котором заявил, что этот закон нарушает принципы свободы и справедливости, ликвидирует элементарные права граждан, на которых основана безопасность Индии. Он утверждал, что если этот закон будет принят, то «мы откажемся подчиняться ему и другим подобным законам… Мы заявляем также, что в этой борьбе мы будем следовать истине и воздерживаться от применения насилия в отношении людей и их собственности» [192] .

6 апреля 1919 г. в стране был проведен хартал, успех которого способствовал росту популярности Ганди. На следующий день после хартала Ганди дал конкретную инструкцию участникам сатьяграхи. Он писал: «Сейчас мы можем ожидать ареста в любой момент. Поэтому следует помнить, что, если кто-либо будет подвергнут аресту, он должен позволить властям сделать это. Если его вызовут в суд, он должен идти туда… Если суд наложит штраф или, в качестве альтернативы, приговорит к тюремному заключению, то следует выбрать последнее» [193] .

При подготовке сатьяграхи Ганди стремился объединить три политические течения – Лигу домашнего управления, некоторые мусульманские группы и Собрания сатьяграхи, созданные в нескольких городах. Однако здесь возникло немало проблем. Энни Безант фактически перешла в лагерь умеренных, за что была резко раскритикована на сессии Конгресса в Дели в 1918 г. Тилак в это время находился в Англии. Тем не менее, многие последователи Безант согласились оказать поддержку, в том числе финансовую, в проведении сатьяграхи. Более молодые последователи Тилака тоже выступили на стороне Ганди. Но такие ведущие сподвижники Тилака, как Г.С. Кхапарде и Н.Ч. Келкар, предпочли оставаться в стороне. Вместе с тем Ганди установил хорошие отношения с рядом мусульманских лидеров. На сессии Мусульманской лиги в Дели произошла заметная смена руководства. К власти пришла группа радикалов, таких как М.А. Ансари и Абдул Бари. Ансари выступил в поддержку Ганди, заявив, что он является «бесстрашным лидером Индии… который одинаково любим как мусульманами, так и индусами». Оба лидера поддержали призыв Ганди к сатьяграхе против Закона Роулэтта. В марте и апреле 1919 г. Ганди совершил множество поездок по всей стране, выступив в десятках городов и деревень. В тот период Конгресс не смог оказать ему серьезную помощь. Во многих районах страны у него не было активно действовавших организаций, пропагандистских и агитационных инструментов и средств. А в тех районах, где в Конгрессе доминировали радикальные группы (Бенгалия и Махараштра), Ганди не мог рассчитывать на серьезную поддержку.

В результате сатьяграха 1919 г. в социальном плане была ограничена, в основном городами, где ее поддерживали представители «нижнего среднего класса» и ремесленники. Участие в ней рабочих было весьма незначительным. Самые массовые выступления и демонстрации прошли в Амритсаре, Лахоре и других городах Панджаба, а также в Ахмадабаде, Дели, Бомбее и, в меньшей степени, в Калькутте. Особенно напряженная обстановка сложилась в Панджабе. В ходе массовых демонстраций произошло невиданное ранее единение индусов, сикхов и мусульман. Это, в частности, нашло свое проявление в участии мусульман в индусском весеннем религиозном празднике Рам Навами 9 апреля, в котором индусы и мусульмане «демонстрировали единство, в том числе и тем, что публично пили воду из одной и той же посуды» (из показаний официальной Комиссии Хантера по расследованию убийств в Амритсаре).

Все это происходило на фоне растущего недовольства населения, вызванного ростом цен на продовольствие, распространением антибританской пропаганды членами «Арья самадж», а также политическим пробуждением мусульман, в том числе под влиянием поэзии Мухаммада Икбала. Особенно его самой популярной патриотической песни «Наш Хиндустан», которую знали и распевали как мусульмане, так и индусы и сикхи [194] .

Глубокий анализ ситуации во время движения несотрудничества, особенно в Панджабе, дает историк Равиндер Кумар. Он пишет об отчуждении английской администрации от индийцев. Закон Роулэтта 1919 г., по его мнению, был задуман с целью предотвратить взрыв революционной деятельности на политической сцене Индии, особенно в Бенгалии, Махараштре и Панджабе после окончания Первой мировой войны. Требования индийцев отозвать этот закон натолкнулись на упорное сопротивление колониальных властей. Ситуация осложнялась ухудшением экономического положения населения. В связи с растущей инфляцией в конце войны и неурожаем 1918 г. цены на зерновые выросли почти вдвое. Особенно пострадали от этого ремесленники, рабочие и представители среднего класса. Общая ситуация созрела для «революции», в том числе в столице Панджаба Лахоре. На этом фоне произошло объединение представителей разных социальных слоев и классов, в том числе индусов и мусульман. Кумар считает, что мусульмане были более политически активными, чем индусы, поскольку больше страдали от инфляции, а также потому, что в то время огромное влияние на их настроения оказал Мухаммад Икбал и другие мусульманские идеологи. «Мусульмане, – пишет Кумар, – стали считать британское правительство закоренелым врагом ислама» [195] .

9 апреля 1919 г. из Амритсара были депортированы известные местные лидеры Сатьяпал и Китчлу. Власть запретила Ганди въезд в Дели и Панджаб. 10 апреля мирная демонстрация индийцев в Амритсаре была встречена огнем полиции. В ответ последовало нападение огромной толпы индийцев (около 40 тыс. человек) на символы британской власти – банки, почту, железнодорожную станцию. Было убито пять европейцев. 11 апреля в городе было введено военное положение.

13 апреля, в воскресенье, большая толпа (по некоторым оценкам, около 20 тыс.) мирных жителей, значительная часть которых приехала из деревень, собралась в Джалианвалла багхе – пустыре, окруженном со всех сторон каменным забором с одним лишь входом. Обычно там отмечали праздник весны Байсак и день рождения основателя сикхизма гуру Нанака (1469–1539). Многие из собравшихся ничего не знали о военном положении и запрете на митинги. Через некоторое время к этому месту прибыл отряд из 100 солдат под командой английского генерала Дайера. Без предупреждения в течение 10 минут он хладнокровно расстреливал безоружную толпу мирных жителей. Лейтенант-губернатор Панджаба О’Двайер, известный своим высокомерным отношением к индийцам, полностью поддержал действие своего генерала. Вслед за этим последовали массовые аресты, жестокие приговоры трибуналов, публичные наказания плетьми. Английские власти приказали всем местным жителям отдавать честь белым «сахибам», и даже заставляли их ползти по улице, где ранее была оскорблена белая женщина – христианская миссионерка (которую, кстати, выручил один из индийцев). Дайер похвалялся тем, что ему удалось так умело расправиться с индийцами. Дж. Неру довелось в конце 1919 г. ехать поездом из Амритсара в Дели в одном купе с английскими офицерами. Одним из них был генерал Дайер, который разглагольствовал в вызывающем и торжествующем тоне о событиях в Джалианвалла багхе. «Он заявил, – писал Неру, – что весь город был в его власти, и у него было желание обратить этот мятежный город в груду пепла, но что он сжалился над ним и воздержался от этого» [196] . По официальным данным, в Джалианвалла багхе было убито 379 и ранено 1200 человек (по индийским данным, – убито более 1000 человек, а ранено вдвое больше) [197] .

18 апреля 1919 г. Ганди приостановил сатьяграху. Вслед за этим Всеиндийский комитет Конгресса осудил Закон Роулэтта и потребовал проведения общественного расследования событий в Амритсаре [198] . В течение нескольких месяцев власти пытались скрыть то, что произошло в Амритсаре. Однако Конгресс создал свою комиссию по расследованию этих событий. В нее, в частности, вошли Ганди, Мотилал Неру, Ч.Р. Дас.

Под давлением общественного мнения правительство создало свою комиссию во главе с Хантером. Несмотря на все имевшиеся факты, эта комиссия попыталась обелить действия властей. Выступая перед комиссией, Дайер выразил сожаление только о том, что у его отряда были израсходованы все патроны. Более того, английская палата лордов не остановилась перед тем, чтобы дать высокую оценку действиям генерала. В Англии даже объявили о сборе средств для его чествования в связи с предстоявшей отставкой [199] . В этом принимали участие видные английские политические и общественные деятели, включая Редьярда Киплинга. Когда министр по делам Индии Монтегю попытался в парламенте обвинить Дайера в терроризме и расизме, его грубо остановили депутаты от консервативной партии. Они обвинили его в большевизме, выкрикивали антисемитские лозунги (Монтегю был евреем). «Дайер спас нас от мятежа!» – кричали они [200] .

Ситуация в Индии чрезвычайно обеспокоила британские власти. Вице-король Челмсфорд писал королю в августе 1919 г.: «…Я уверен, что в ходе расследования причин, которые привели к этим волнениям, мы можем прийти к выводу, что в Индии сложилась ситуация более серьезная, чем любая другая после мятежа 1857 г.» [201] .

События в Амритсаре стали поворотным пунктом в истории национально-освободительного движения Индии. В декабре 1919 г. в Амритсаре состоялась сессия Конгресса. Она была запланирована год назад, на предыдущей сессии партии. Правительство пыталось заблокировать ее проведение в Амритсаре, но было вынуждено под давлением руководства Конгресса согласиться с этим. Естественно, что массовый расстрел индийцев был главным вопросом всех дискуссий. В этой связи Лала Ладжпат Рай заявил, что «Панджабская трагедия, произошедшая после великой войны, которая якобы велась для того, чтобы сокрушить империализм и милитаризм, прояснила обстановку и показала зверя в обнаженном виде». Ганди сказал: «Битва при Плесси (1757 г.) заложила основы Британской империи. Амритсар потряс эту империю». На сессии было заявлено, что «британский кабинет, из-за своего отказа предпринять соответствующие действия, утратил доверие народа Индии» [202] .

Расстрел мирных людей в Амритсаре вызвал глубокое возмущение в Индии. Многие видные политические и общественные деятели страны дали суровую оценку этому преступлению колониальных властей. Среди них был Р. Тагор, который в знак протеста отказался от рыцарского звания, пожалованного ему английским королем в 1915 г. В письме вице-королю Индии он писал: «Я выступаю выразителем протеста миллионов моих сограждан, испытывающих муки отчаяния и ужаса… Отказываясь от всех отличий и привилегий, я заявляю, что я всей душой с теми моими согражданами, которых считают “ничтожными” и которые обречены на унижение и страдания, несовместимые с именем человека» [203] .

Позже, 1 августа 1920 г., Ганди также отказался от орденов и медалей, полученных от британского правительства за его гуманитарную работу в Южной Африке. Среди причин такого отказа он назвал «отношение британского правительства к панджабскому вопросу… Постыдное игнорирование событий в Панджабе и полное равнодушие к чувствам индийцев, проявленное палатой лордов, переполнили меня тяжелыми предчувствиями относительно судьбы Империи, полностью оттолкнули меня от нынешнего правительства и сделали невозможным мое лояльное сотрудничество с ним» [204] .