Чтение онлайн

А Лэйс признаётся в чувствах, оговариваясь, что «пока» необходимо быть с другой — да кто так любит?

Чушь, чушь, чушь!

Эльф хотел взять её за руку, но девушка развернулась, и со всех ног бросилась прочь, не особо разбирая, куда бежит, тем более, из глаз опять потекли слёзы. Она что, становится плаксой?

Бег заглушил и мысли, и чувства, притупил бдительность. Дэвона разогналась, насколько возможно, и не заметила, как лесная полоса резко закончилась крутым обрывом — она и не предполагала, что в Разбойничьем лесу есть такие места. Впрочем, несмотря на говорящее название, разбойников их команда пока тоже не встречала.

О том, чтобы успеть затормозить, не могло быть и речи — скользкие камни скального обрыва не дали ни единого шанса, и Дэвона со всего разбега рухнула в пропасть.

Она даже не успела испугаться, тем более попрощаться с жизнью — что-то остановило падение и аккуратно вернуло наверх, поставив возле дерева, похожего на ташират Тамхаса — такой же огромный, ветвистый, с крупными острыми листьями. Рядом стоял Лэйс, и, несмотря на только что пережитое потрясение, Дэвона успела заметить страх, промелькнувшый в глубине его глаз. Неужели действительно испугался? Или показалось?

— Так ты воздушник? — тяжело дыша, спросила дроу.

— Это всё, что ты хочешь сказать? — уже абсолютно спокойно поинтересовался эльф.

— Нет. Ещё хочу сказать — спасибо, — смутилась Дэвона.

И, наконец, улыбнулась. Он спас её. Мужчина, которого она полюбила, спас ей жизнь — что может быть романтичнее?

Неожиданно зашелестел высокий кустарник, и из-за него вышли Тэрмод и Сали, словно всё это время сидели в засаде, ожидая только что разыгранного представления. Девушка радостно улыбалась, разглядывая Дэвону.

— Что у вас случилось? — поинтересовался Тэрмод, хитро прищурившись.

Если бы Дэвона не прибежала к обрыву сама, решила бы, что всё подстроили эти двое.

— У нас всё хорошо, — Лэйс нежно обнял дроу.

Дэвона вздрогнула, но не отстранилась.

— Как замечательно! — всплеснула руками Сали, — Я так рада! Теперь ты больше не будешь злиться?

Дэвона словно увидела эту девочку впервые — своей непосредственностью она напоминала маленького, неразумного ребёнка. Да на неё невозможно злиться! А если ещё и Лэйс продолжит держать эмоции, так и захочешь разозлиться, а не получится.

— Сали, прости. За всё прости. Я постараюсь.

Глава 14

Странное место никак не отпускало. Я даже не могла предположить, сколько времени провела в этом огромном зале без единой двери. Окон здесь тоже не наблюдалось, тёплый свет, льющийся от вензелей и гербов, мягко освещал стены помещения да небольшое пространство возле них. Нервюры потолка тоже будто подсвечивались изнутри, но вся центральная часть огромного зала тонула в кромешной тьме, которая казалась живым клубком чего-то неизведанного и жуткого.

Увидев этот клубок впервые и поняв, что подбирается иррациональный страх, сразу шагнула в темноту, держа перед собой Иннара, а позади — Фэнтоса. Мечи засияли, вмиг разорвав чёрный мрак ярчайшим коконом света.

Ничего особенного в тёмном клубке не обнаружилось, хотя я методично прошерстила его вдоль и поперёк, потратив немало времени. Лишь в самом центре зала на полу раскинулась необычная звезда со множеством лучей. Я заметила её только потому, что споткнулась — мозаика была выложена из багровых полупрозрачных камней, которые выступали из пола сантиметров на десять.

Выяснив, что нахожусь в наглухо закрытом помещении, немного растерялась. Но если рассуждать здраво — «волшебный» вход есть, значит, существует и выход, скорее всего, тоже «волшебный». Надо лишь найти его.

Не зная, чем заняться, сосчитала количество двойных регалий, украшавших моё новое место обитания — всего их оказалось сто восемь, по двадцать семь на каждой стене. Шагами высчитала приблизительную ширину стен — около двухсот семидесяти метров. Ровный квадрат со ста восьмью вензелями и ста восьмью гербами.

Подсознательно всё время ожидала, что вот-вот проголодаюсь или того хуже — напомнят о себе другие, ещё более неприятные естественные потребности, но ничего подобного не произошло. Такое впечатление, что организм отключил все обычные желания, кроме сна. И пить не хотелось — фляжка оставалась полной.

Даже закралось сомнение в том, что происходящее — реальность, и когда стандартные щипки не помогли проснуться, попробовала порезать руку мечом. Это привело к новому открытию: Фэнтос — Страж-Защитник, — наотрез отказался навредить мне, останавливаясь в паре миллиметров от руки. А Иннар — Дух-Победитель, — мгновенно и очень больно прорезал плоть, намного глубже, чем я намеревалась.

К счастью, рана затянулась сразу, стоило уверовать, что не сплю. Мне даже показалось, в этот момент мечи с довольной ухмылкой переглянулись — фактически, посмеялись над моими глупыми сомнениями. Пятна пролившейся крови остались немым подтверждением реальности происходящего.

Интересно, что спала я здесь намного больше, чем обычно. И не потому, что делать было нечего (разве что рассматривать вензеля да гербы), а потому что нестерпимо тянуло в сон, и сопротивляться этому не получалось.

Во сне я видела незнакомых людей, и каждый что-то объяснял, показывал и рассказывал, переносил в места, которые выглядели как совершеннейшая фантастика.

Меня заставляли повторять всевозможные действия: всем телом, руками, одной кистью и даже глазами. Не остались в стороне и мечи — на многочисленных занятиях с ними я выделывала такое, что сама диву давалась.

Складывалось ощущение, что меня закинули в закрытый университет. Видимо, это и есть тот самый пресловутый второй этап трансформации, о котором говорил дракон. Но пока я не замечала никакой «трансформации», лишь бесконечные уроки-уроки-уроки…

К сожалению, в памяти откладывались только поверхностные сведения, при пробуждении вспомнить какие бы то ни было подробности не удавалось, хотя я пробовала повторить упражнения с мечами — единственное действие, доступное сейчас. Остальное явно относилось к области магического искусства, и во мне крепла уверенность — ключом к этим снам является связь с Сердцем Магии, поэтому продолжала тренироваться. Ниточка, протянутая к Источнику, уже не прерывалась даже во сне — приятное тепло в районе солнечного сплетения разгоралось всё жарче.