Чтение онлайн

знакомых (в основном барышень), способствовало тому, что в нем

развились тяжелая застенчивость и болезненное тщеславие. Он стал

воспринимать себя байронически, научился преувеличивать свои

чувства (и свои юношеские влюбленности в том числе) и

обстоятельства своей биографии (например, разлуку с отцом),

возводя их на романтическую высоту. В 1830 г. он поступил в

университет, но мало занимался науками и держался особняком от

идеалистов, которые учились с ним одновременно. В наказание за

разгульное поведение ему не разрешили сдавать переходный экзамен,

и в 1832 г. он ушел из Московского университета и уехал в

Петербург, собираясь поступить в университет там. Но вместо

университета он поступил в юнкерское училище. Ни училище, ни

Петербург Лермонтову не понравились. Но вскоре он освоился с новым

окружением и стал, во всяком случае с виду, типичным юнкером. Свою

застенчивость он подавил, и она стала менее заметна. Байроническая поза

сменилась маской ловкого и циничного повесы. Романтическая любовь,

главное чувство его московских дней, была загнана внутрь, а внешне он был

занят плотскими амурами и по окончании школы – бессердечным и

рассчитанным донжуанством. Юнкерская школа столкнула Лермонтова с

реальной жизнью, и именно там его поэзия обратилась от велеречивого

самовыражения к откровенно грубым, непечатным юнкерским поэмам – в

которых, однако, уже таился росток его будущего реализма. В 1834 г.

Лермонтов был выпущен в лейб-гвардии гусарский полк офицером. Он был

принят в высшее петербургское общество, но его московских связей было

недостаточно, чтобы занять в этом обществе заметное положение. Его

тщеславие страдало от бесчисленных булавочных уколов и только частично

утешалось победами над женскими сердцами. Но под этой внешней жизнью

Лермонтов продолжал жить жизнью поэта и постепенно достиг зрелости.

Природный романтизм его поэтической натуры вырвался на поверхность при

известии о гибели Пушкина. Во всем запомнившемся стихотворении (сейчас

оно может показаться скорее риторикой, чем поэзией, но, во всяком случае,

риторикой высшего качества) он выразил чувства лучшей части общества –

отчаяние по поводу гибели человека, который был величайшей национальной

славой, негодование на убийцу-иностранца, который «не мог понять... на что

он руку поднимал», и презрение и ненависть к низким и недостойным

царедворцам, позволившим иностранцу убить поэта. Стихи попали в цель – и

Николай отреагировал соответственно. Лермонтов был арестован, судим

военным судом, исключен из гвардии и сослан в полк на Кавказ.

Первая ссылка продлилась недолго. Не прошло и года, как

Лермонтов был прощен и возвращен в гвардию. Но короткое время,

проведенное на Кавказе, оживило его романтическую привязанность

к этому русскому, домашнему Востоку, что щедро отразилось в его

творчестве. В 1838 г. он вернулся в Петербург, на этот раз

знаменитым поэтом и светским львом.

Хотя первая стихотворная повесть Лермонтова Хаджи Абрек

появилась в журнале уже в 1835 г., началом его литературной

известности следует считать стихи на смерть Пушкина, которые (хотя

они, разумеется, не могли быть напечатаны) широко ходили в

списках. В 1837 и 1838 гг. несколько его стихотворений появилось в

разных журналах, каждый раз привлекая к себе внимание. В 1839 г.

его друг Краевский основал толстый журнал Отечественные

Записки, и только с этих пор произведения Лермонтова стали

появляться в печати регулярно и часто. В 1840 г. подборка его

стихотворений и поэм и роман Герой нашего временивышли

отдельной книгой. Но, как и Пушкин, только с более реальными

основаниями и более действенно, Лермонтов противился тому, чтобы

в обществе на него смотрели как на литератора. Он мало бывал в

литературных кругах, и единственным литератором, с которым он за

всю жизнь близко сошелся, был Краевский. С другой стороны, он

остро интересовался политическими вопросами и в 1838–1840 гг.

принадлежал к тайному обществу, где эти вопросы обсуждались – к

«Кружку шестнадцати».

Светская жизнь, несмотря на удовольствия, тешившие его

тщеславие, раздражала и злила Лермонтова. У него было несколько

настоящих искренних друзей в свете, но в целом он вызывал у него

лишь возмущенно-презрительную скуку. Однако вскоре жизнь в

Петербурге кончилась. Под пустейшим предлогом он дрался на дуэли

с де Барантом, сыном французского посла. Обошлось без

кровопролития, но тем не менее поэт был арестован и снова сослан в

линейный полк на Кавказ (1840). На этот раз он принял участие в

нескольких военных экспедициях против чеченцев и проявил себя как

блестяще храбрый офицер. Он был упомянут в донесениях и дважды

представлялся к награде, но Петербург наград не утвердил. Летом

1841 г. он поехал в Пятигорск, на Кавказские минеральные воды, и

встретил там многих петербургских и московских знакомых, в том

числе своего однокашника майора Мартынова. Лермонтов и

Мартынов ухаживали за одной и той же барышней, m-lleВерзилиной,

и Лермонтов отравлял Мартынову жизнь своими насмешками над

ним в присутствии этой барышни. Некоторое время Мартынов

терпел, но в конце концов вызвал Лермонтова на дуэль. Лермонтов

всегда был готов драться. 15 июля (по старому стилю) 1841 г. они

стрелялись в долине близ Пятигорска. Мартынов выстрелил первым,