Чтение онлайн

поэзию и продолжали метрические разыскания Андрея Белого, но задачей

их было, как и задачей истых футуристов, найти свежие формы и новые

силы. У этих ученых футуристов много общего с Мандельштамом и из их

рядов вышла замечательная поэзия Пастернака.

8. Маяковский

Все эти проявления футуризма остались чем-то вроде эзотерической

литературы, важной и необходимой для внутренней жизни русской поэзии, но

по самой своей природе неспособной дойти до читающей публики. Для

среднего читателя стихов, как и вообще для среднего человека, футуризм – это

синоним поэзии Маяковского.

Владимир Владимирович Маяковский родился в 1893 г. в Закавказье.

Мальчиком тринадцати или четырнадцати лет он стал членом больше вистской

партии. В 1911 г. он познакомился с начинающими футуристами и начал писать

стихи. Вначале он почти не отличался от других футуристов, но постепенно

стал выявляться, как нечто совершенно иное, чем прочие. Его поэзия была не

для кабинетов, а для улицы; она была свободна от «зауми»; она была полна

человеческого интереса; она была откровенно риторична – но риторична в

165

совершенно новом и неожиданном смысле. Когда в 1916 г. его стихи появились

в виде книги под характерным названием Простое как мычание, они имели

значительный успех. В 1917 г. Маяковский разделил триумф своей партии и

стал чем-то вроде официального большевистского поэта. Большая часть того,

что он написал в 1918–1921 гг. – прямая политическая пропаганда ( Мистерия

Буфф, 150 000 000), или сатиры, написанные более или менее по заказу.

С 1923 г. Маяковский – ответственный редактор коммунистическо-

футуристического журнала ЛЕФ. Он также и художник, и в 1918–1920 гг.

главной его работой было рисование пропагандистских плакатов.

Поэзия Маяковского поразительно непохожа на поэзию символистов;

единственным поэтом, имевшим на него влияние – кроме футуристов – он

признает сатирика Сашу Черного, которого я уже упоминал, как

единственного человека, писавшего «непоэтические» стихи в царствование

символизма.

В просодии Маяковский продолжатель символистов: но если для

символистов разрушение классического силлабизма русского стиха было

лишь одной из тенденций, то у Маяковского это сделалось полностью

развитой системой.

Его версификация основана на счете количества ударений (по-русски

это эквивалентно количеству слов) в строке, и не обращает никакого

внимания на неударные слоги.

Система рифмовки тоже развивает символистскую тенденцию, но и тут

Маяковский сделал из тенденции последовательную систему:

главное ударение делается на согласных, предшествующих и

сопровождающих рифмующуюся гласную; качество и даже количество

гласных, идущих после ударения, неважно.

Он купается в длинных рифмах, состоящих из более чем одного слова и в

каламбурных рифмах – метод его рифмовки живо напомнил бы англичанину

Браунинга: ranunculusи Tommy-make-room-for-your-uncle-us– неплохой

эквивалент обычной рифмовки Маяковского. Новая версификация Маяковского

имела очень большое влияние на русскую поэзию, но ей не удалось вытеснить

старую силлабическую систему, которая все-таки гораздо более разнообразна и

богата.

Поэзия Маяковского очень громкая, очень неотесанная и стоит

совершенно вне понятия о «хорошем» и «дурном» вкусе. Он пользуется

разговорным языком в его грубейших формах, деформируя его по своей

надобности в направлении, прямо противоположном старой поэтической

традиции. Язык его свободен от элементов «зауми»; но если рассматривать

его как литературный язык, то это новый диалект, полностью сотворенный

им самим. Он так употребляет элементы разговорного языка, что они

начинают звучать совершенно необычно. Гармония его стихов с их тяжелой

ударностью и выбором грубых, «немузыкальных» звуков напоминает игру

на барабане или на саксофоне.

Есть близость между Маяковским и м-ром Вейчелом Линдзи. Но, не говоря

уже о разнице духа, поэзия м-ра Линдзи музыкальна, рассчитана на хоровое

пение – а Маяковского петь вообще невозможно; он декламационен,

риторичен – это стихи уличного оратора.

166

Если судить по «викторианским» стандартам, стихи его вовсе не поэзия;

то же будет, если судить их по символистским стандартам.

Но именно благодаря выучке у символистов, так расширившей наше

поэтическое восприятие, мы способны оценить эту грубую и шумную

риторику. Маяковский по-настоящему популярен и круг его читателей очень

широк. Его притягательность пряма и проста, его темы интересны самым

некультурным людям, а в то же время высокая оригинальность его мастерства

делает его выдающейся фигурой и в глазах профессиональных поэтов.

Любимый методвыражения у Маяковского (кроме чисто словесных