Чтение онлайн

– Не уверен, что я боюсь, - сказал Льюис, отхлебывая виски и улыбаясь.

– Ты не уверен и в обратном, - парировал доктор.

Сирс Джеймс кашлянул в кулак, и все немедленно посмотрели на него. "Боже, - подумал Рики, - как легко ему привлечь наше внимание. Почему он решил, что не может стать хорошим учителем?"

– Джон, - сказал Сирс, - мы все знаем факты. Все вы пришли сегодня сюда по холоду, а мы уже не молоды. Поэтому хватит...

– Но Эдвард умер не в твоем доме. И эта Мур, эта так называемая актриса, не...

– Достаточно, - сказал Сирс.

– Ладно. Вы помните, что было после этого?

Сирс кивнул. Рики тоже. На первой их встрече после странной смерти Эдварда Вандерли им мучительно не хватало его. Разговор раз десять сбивался и начинался снова. Все они, Рики знал, задавали себе вопрос - смогут ли они вообще теперь встречаться? Тогда он взял инициативу в свои руки и спросил у Джона: "Что самое плохое ты сделал в жизни?"

Его удивило, что Джон покраснел; потом, в тоне их предыдущих встреч, он ответил: "Я не хочу говорить об этом, но я расскажу тебе о самом плохом, что со мной случилось", - и рассказал то, что действительно можно было назвать историей с привидениями. Это увело их мысли прочь от Эдварда. Так они делали каждый раз с тех пор.

– Ты правда думаешь, что это совпадение?
– спросил Джеффри.

– Не надо, - сказал Сирс.

– Ты боишься. Поэтому мы и говорили об этом после того, как Эдвард...

Он замолчал, и Рики понял, что он не решился сказать "был убит".

– Отбыл на запад, - вмешался он, надеясь разрядить обстановку, но, увидев каменный взгляд Джеффри, понял, что ему это не удастся. Рики откинулся в кресле и решил не высовываться.

– Откуда это взялось?
– спросил Сирс, и Рики вспомнил. Так всегда говорил его отец, когда клиент умирал: "Старый Тоби Пфейф отбыл на запад вчера ночью... Миссис Винтергрин отбыла на запад утром... Теперь дьявол оплатит судебные издержки".
– Ладно. Я все равно не знаю...

– Я только знаю, что случилось что-то чертовски странное, - сказал Джеффри.

– Ну и что ты советуешь? Уж не прекратить ли нам собираться?

Рики чуть улыбнулся, желая показать, насколько абсурдна эта мысль.

– У меня есть предложение. Я знаю, нам нужно пригласить сюда племянника Эдварда.

– И зачем?

– Он, кажется, специалист.., по таким вещам.

– Что значит "по таким вещам"?

Джеффри подался вперед.

– Ну по тайнам. Быть может, он сможет помочь нам, - Сирс выглядел недовольным, но доктор не дал себя прервать, - нам ведь нужна помощь. Или я здесь единственный, кому снятся дурные сны? Рики! Ты всегда был честным.

– Не единственный, Джон.

– Я думаю, нет, - подтвердил Сирс, и Рики взглянул на него с удивлением. Сирс никогда не давал повода думать, что ему могут сниться дурные сны.
– Ты имеешь в виду эту его книгу?

– Да, конечно. У него должен быть какой-то опыт.

– Я думал, что весь его опыт - умственная неустойчивость.

– Ага, как у нас, - мрачно сказал Джеффри.
– У Эдварда были какие-то основания завещать племяннику дом. Я думаю, он хотел, чтобы Дональд приехал, если с ним что-нибудь случится. У него ведь было предчувствие. И вот что я еще думаю - я думаю, мы должны рассказать ему про Еву Галли.

– Рассказать бессвязную историю пятидесятилетней давности? Смешно.

– Она не становится смешной от своей бессвязности, - так же мрачно заметил доктор.

Рики увидел, как вздрогнул Льюис, когда Джеффри заговорил про Еву Галли. Рики знал, что за прошедшие пятьдесят лет никто из них не вспоминал о ней.

– Ты думаешь, что знаешь, что с ней случилось?
– спросил доктор.

– - Слушай, зачем это нужно?
– голос Льюиса чуть охрип.
– Зачем все это ворошить?

– Затем, чтобы выяснить, что все-таки случилось с Эдвардом. Сожалею, если не смог вам это объяснить.

Сирс кивнул, и Рики показалось, что он видит на лице своего компаньона следы.., чего? Облегчения? Конечно, он не выражал это явно, но для Рики было сюрпризом, что он вообще способен на такие чувства.

– Я все же сомневаюсь, - сказал Сирс, - но если тебе от этого будет легче, мы можем написать племяннику Эдварда. Его адрес у нас есть, ведь так, Рики?

Рики кивнул.

– Но для демократизма предлагаю проголосовать. Что вы скажете по этому поводу?
– он отхлебнул из бокала и обвел всех взглядом.

Все кивнули.

– Начнем с тебя, Джон.

– Конечно, да. Нужно вызвать его.

– Льюис!

Льюис пожал плечами.

– Мне все равно. Вызывайте, если хотите.

– Значит "да"?

– Да, да. Но я против того, чтобы копаться в деле Евы Галли.

– Рики?

Рики посмотрел на компаньона и увидел, что Сирс уже знает его мнение.

– Нет. Решительно нет. Я думаю, это ошибка.

– Хочешь, чтобы продолжалось то, что тянется уже целый год?

– Все меняется только к худшему.

– Помнишь как настоящий юрист, но плохой христианин. А я скажу "да", и нас большинство. Решение принято. Мы ему напишем.

– Я только думаю: вдруг он захочет продать дом? Ведь прошел уже год.

– Не создавай проблем. Захочет, так приедет еще быстрее.

– А почему ты уверен, что все не может измениться к худшему?

Сидя, как и каждый месяц в течение последних двадцати лет, в этом уютном кресле, Рики страстно желал, чтобы ничего не изменилось, чтобы они продолжали собираться. Глядя на них при тусклом свете лампы, слушая, как холодный ветер шумит в ветвях за окном, он желал только одного - продолжения. Они были его друзьями, он был как бы женат на них, как он перед этим думал о Сирее, и он боялся за них. Они выглядели такими взволнованными, словно для них не было ничего важнее плохих снов и страшных историй. Но он увидел полоску тени, пересекающую лоб Джона Джеффри, и подумал: "Джон скоро умрет". Эту интуицию не убили в нем все рассказанные за годы истории, и мысль словно пришла в его голову откуда-то извне, вместе с первым дуновением зимы.

– Решено, Рики, - сказал Сирс.
– Мы не можем все время вариться в собственном соку. А теперь...

Он оглядел их, со значением потер руки и воскликнул:

– Теперь вернемся к повестке дня. Так кто у нас на очереди?

У Рики неожиданно все сдвинулось в голове, и, хотя он не готовился, прошлое неожиданно предстало так ясно - те восемнадцать часов далекого 45-го года, - что он сказал:

– Похоже, что я.

Глава 2

Двое уже ушли. Рики замешкался, сказав им, -что незачем спешить в такой холод. Льюис ответил: "Это живо разрумянило бы тебя, Рики", но доктор Джеффри просто кивнул. Действительно, для октября было очень холодно, достаточно холодно, чтобы выпал снег. Сидя в библиотеке, пока Сирс пошел за новой порцией выпивки, Рики слышал, как удаляется гудение машины Льюиса. У Льюиса был "моргай", пять лет назад привезенный из Англии, спортивный автомобиль, который нравился Рики. Но его брезентовый верх в такой вечер не спасал от холода. В такие нью-йоркские зимние вечера нужно что-то большее, чем маленький "моргай" Льюиса. Бедный Джон совсем замерзнет, пока Льюис довезет его домой на Монтгомери-стрит, к Милли Шиэн.

Милли сидит сейчас в полутьме в смотровой доктора, ожидая, когда повернется ключ в замке, чтобы помочь ему снять пальто и сварить чашку горячего шоколада. После этого Льюис поедет дальше за город, в леса, где стоит купленный им после возвращения дом.

Что бы ни делал Льюис в Испании, денег он оттуда привез достаточно.

Дом Рики стоял буквально за углом, в пяти минутах ходьбы, в былые дни они с Сирсом каждый день ходили на работу пешком. Теперь они гуляли только в теплую погоду. "Как Том и Джерри", говорила Стелла. Ирония относилась в первую очередь к Сирсу: Стелла его недолюбливала. Конечно, она никогда не показывала этого. Не могло быть и речи, чтобы она встречала мужа с горячим шоколадом; она ложилась спать, оставив свет только в верхнем холле. Само собой считалось, что, коль Рики засиделся у друзей, ему полагается шарить в темноте и натыкаться на модерновую мебель с острыми углами, купленную им по ее настоянию.