Чтение онлайн

– Да, Джон, - сказал он, и Джеффри, ничего не видя при свете лампочки, повернулся на его голос.

Сирс пошел к нему, в последнюю секунду зажмурив глаза. Его пальцы закололо, послышался странный звон, и, когда он открыл глаза, Джона перед ним не было.

Он споткнулся о ступеньки и упал, больно ударившись. Так вот они, ее игрушки! Он встал, заслоняясь рукой от внезапного нападения. Скоро он понял, почему Джеффри говорил "мы". В углу лежала груда тряпья, странно похожая на тело одной из овец Элмера Скэйлса. Подойдя ближе, он увидел торчащую руку, прядь светлых волос, а потом узнал пальто Кристины Берне.

Тут он наконец закричал, потом, овладев собой, бросился к лестнице и начал громко, уже не стесняясь, звать Дона и Рики.

Глава 6

– Значит, вы их нашли, - сказал Хардести.
– Вид у вас не из лучших.

Сирс и Рики сидели на диване в доме Джона Джеффри, Дон расположился в кресле напротив. Шериф в неизменной ковбойской шляпе ходил взад-вперед, пытаясь не показывать своего раздражения. Его мокрые следы на ковре вызывали гневные взгляды Милли Шизн, пока Хардести не отослал ее из комнаты.

– Вы же знаете, - сказал Сирс.

– Знаю. Никогда не видел таких трупов. Даже Фредди Робинсон выглядел лучше. Вы видели когда-нибудь такие, Сирс Джеймс?

Сирс покачал головой.

– Правильно. И никто не видел. А ведь мне придется держать их у себя в тюрьме, пока труповозка их не заберет, и мне, бедному сукиному сыну, придется писать акт опознания. Вам бы это понравилось?

– Это ваша работа, Уолт.

– Черт. Моя работа! Моя работа - найти, кто такое с ними сделал, не так ли? Вы ведь нашли их совершенно случайно? Просто влезли в первый попавшийся дом и немного там порылись? Черт, мне надо бы запереть вас троих в одной камере с ними. Да еще с разорванным на кусочки Льюисом Бенедиктом, с ниггером де Соуза и с малышом Гриффенов который замерз, из-за того, что его родители-хиппи не наскребли денег на отопление. Вот что мне надо сделать, Хардести, уже не в силах сдерживаться, плюнул в камин.

– Господи, я же живу в этой чертовой тюрьме, почему бы и вам там не пожить?

– Уолт, остыньте, - сказал Сирс.

– Да-да. Если бы не ваши годы, я бы сделал это, будьте уверены.

– Я говорю, Уолт, - терпеливо сказал Сирс, - что если вы на минуту перестанете нас оскорблять, мы скажем, кто убил Джима Харди и миссис Берне. И Льюиса.

– Так говорите, черт возьми!

Воцарилось молчание.

– Ну что же вы?

– Это женщина, называющая себя Анна Мостин.

– Ага. Чудесно. Анна Мостин. Это ее дом, значит, это она. Молодцы. Значит, это она высосала их, как сырые яйца? Чудесно. И кто же их держал, пока она это делала?

– Ей помогал человек, называющий себя Грегори Бэйт или Бентон. А теперь держите себя в руках, Уолт, потому что мы собираемся сказать вам кое-что необычное. Бэйт умер пятьдесят лет назад. А Анна Мостин...

Он прервался. Хардести зажмурил глаза.

Продолжил Рики:

– Шериф, вы были правы.

Помните овец Элмера Скэйлса? Вы еще говорили о других подобных случаях.

Налитые кровью глаза Хардести дрогнули и открылись.

– Это то же самое. Вернее, мы так думаем. Но теперь они убивают людей.

– Так кто она, эта Анна Мостин?
– спросил Хардести деревянным голосом. Призрак? Вампир?

– Что-то вроде этого, - ответил Сирс.
– Оборотень. " - И где она сейчас?

– Вот почему мы и пошли в ее дом. Пытались ее найти.

– И все?

– Все.

– Да, никто не может так врать, как столетний адвокат, - Хардести снова плюнул в камин.
– Знаете, все, что я могу - это объявить розыск этой Анны Мостин. Вы трое можете охотиться на вампиров сколько душе угодно. И если я найду настоящего убийцу, который жрет где-нибудь гамбургеры с пивом, я вызову вас и рассмеюсь вам в лицо. И все другие тоже будут над вами смеяться. Вы это понимаете?

– Понимаем, Уолт, - сказал Сирс.
– И понимаем еще одно.

– Что еще?

– Что вы боитесь, шериф. Но вы не одиноки.

Разговор с Г

Глава 7

– Так ты правда моряк, Г?

– У мм.

– И видел много всяких мест?

– Ага.

– А чего же ты так долго торчишь в Милберне? Где твой корабль?

– Ушел в море.

– А почему ты не хочешь заняться чем-нибудь, а только ходишь в кино?

– Незачем.

– Знаешь, а ты мне нравишься.

– Умм.
– Но почему ты никогда не снимаешь очки?
– Незачем.
– Когда-нибудь я их с тебя сама сниму.
– Потом.
– Обещаешь?
– Обещаю.

Разговор со Стеллой

Глава 8

– Рики, что с нами случилось? Что с Милберном?

– Кое-что нехорошее. Я не хочу тебе сейчас говорить. Подождем, пока все закончится.

– Ты боишься.

– Я боюсь.

– Но и я боюсь оттого, что ты боишься. Ты ведь знаешь, кто убил Льюиса?

– Да.

– Не говори мне, пожалуйста. Никогда не думала, что я такая трусиха. Я буду спрашивать, но, прошу тебя, не говори. Я только хочу знать, когда это кончится.

– Мы с Сирсом и с молодым Вандерли покончим с этим.

– Только бы этот ужасный снег кончился.

– Да. Но он не кончается.

– Рики, я когда-нибудь делала тебе больно?
– Стелла поднялась на локте и заглянула мужу в глаза.

– Чаще, чем большинство жен. Но я никогда не хотел никого, кроме тебя.

– Прости меня, Рики. Я не заботилась ни об одном мужчине так, как о тебе. Ты знаешь, я со всем этим покончила.

– Догадываюсь.

– Он был жалкий тип. Только связавшись с ним, я поняла, как много ты для меня значишь. И я его прогнала. Он так кричал! Обзывал меня стервой.

– Иногда ты ей действительно была.

– Иногда. Но знаешь, он ведь сразу после этого наткнулся на тело Льюиса.

– А-а. Я еще удивился, что он там делал.

Они замолчали. Рики обнял жену за плечи, любуясь ее безукоризненным профилем. Интересно, не будь она такой красивой, смог бы он жить с ней так долго? Но к чему думать об этом - тогда она не была бы Стеллой, вот и все. .

– Скажи, дорогой, какую женщину ты мог бы еще так любить?

Рики засмеялся, и они смеялись еще довольно долго.

Глава 9

Тянулись неподвижные дни; Милберн застыл под слоем снега. Омар Норрис, с бутылкой в глубоком кармане куртки, работал втрое больше обычного, проходя иногда одну и ту же улицу по два-три раза; порой, в конце работы, он был так пьян, что засыпал прямо на сиденье, в гараже. Номера "Горожанина" стопками громоздились в редакции - почтальоны не могли доставить их по адресам. Наконец Нед Роулс закрыл газету на неделю и распустил сотрудников домой. "В такую погоду - заявил он им, - не может случиться ничего, кроме самой погоды, так что желаю вам веселого Рождества дома".