Чтение онлайн

– Папа, пойдем спать.

Глава 6

Несколько дней Милберн провел в оцепенении. Горожане сидели у телевизоров, питались запасами из холодильников и молились, чтобы не оборвались линии электропередач. Друг друга они избегали. Если вы выходили утром и видели соседа, с остервенением разгребающего снег на своем дворе, вы знали, что подходить к нему опасно. Эта дикая ночная музыка коснулась его, и если он подойдет и заглянет в ваше окно, его глаза будут мало похожи на человеческие.

А если старины Сэма (помощник менеджера в автосервисе и классный игрок в покер) или старины Эйса (бывший мастер на обувной фабрике, пославший сына в медицинское училище) не было по соседству и они не смотрели на вас затравленным взглядом, это было еще хуже. Тогда все вокруг просто казалось мертвым. Улицы покрывал слой снега в десять, а то и в двенадцать футов; небо было беспросветным, и с него неостановимо валились белые хлопья. Дома на Хэйвен-лэйн и Мелроз-авеню выглядели покинутыми, наглухо задернув занавески от внешнего мира. Милберн выглядел так, словно все его жители лежали под простынями в камерах тюрьмы Хардести.

Так было днем. Между Рождеством и Новым годом горожане ложились спать все раньше - сначала в десять, потом в девять, - потому что им не хотелось думать о темноте за окном. Ночи были еще страшнее дня. Ветер рыскал по улицам, хлопал ставнями, бил о стены домов с такой силой, что мигал свет. Часто людям чудились в этих звуках голоса, а парни Пигрэм слышали как-то ночью стук в дверь, а утром обнаружили возле дома цепочку босых следов. Не один Уолтер Берне думал, что город сошел с ума.

В последний день года мэр позвонил трем полицейским и велел им вытащить Хардести из участка и отправить в больницу. Он назначил Леона Черчилля исполняющим обязанности шерифа, но пообещал, что если тот не починит снегоочиститель Омара Норриса и не расчистит улицы, то быстро лишится этого почетного поста. Леон пошел в муниципальный гараж и обнаружил, что машина не так плоха. Автомобиль Сирса помял ее, но она была на ходу. Он вывел ее на улицу и через час проникся большим уважением к покойному Норрису, чем за всю предыдущую жизнь.

Однако когда полицейские вошли в участок, они нашли только пустую комнату, пропахшую виски. Уолт Хардести исчез неведомо куда, оставив только шесть пустых бутылок из-под бурбона. Произошло это, когда однажды ночью он наливал себе виски и вдруг услышал из-за запертой двери звук, напоминающий резкий выдох мясника, когда он рубит мясо. Он не стал ждать продолжения, напялил куртку и выбежал на мороз. Хардести успел добежать до школы, где чья-то рука схватила его под локоть и незнакомый голос произнес: "О, шериф! Какая встреча!" Когда снегоочиститель Леона наткнулся на него, Уолт Хардести был похож на кусок слоновой кости: статуя девяностолетнего старика в полный рост.

Глава 7

Хотя метеорологи предсказывали в первую неделю января новые снегопады, снег прекратился через два дня. Хэмфри Стэлледж снова открыл заведение, работая один - Анни и Энни еще не выбрались из завалов, - и дела его пошли неплохо. Когда жена кормила его обедом, он сказал:

– Ну вот. Скоро дороги расчистят, и первым местом, куда все кинутся, будет наш бар. Как ты думаешь?

– Тебе виднее.

– Погода как раз для выпивки, - заметил Хэмфри.

Для выпивки? Дон Вандерли, подъезжая вместе с Питером Бернсом к дому Готорнов, подумал, что, скорее, это похоже на погоду, возникающую всезнании пьяного - хмурую, безрадостную, вызывающую головную боль. Не было ни бликов на снегу, ни сверкающих на снежном фоне ярких пятен, ни дымков каминов - ничего, что раньше делало зимний Милберн таким милым и уютным. Все было не белым, а каким-то серым, словно затененным, притом, что собственно теней не было в отсутствии солнца.

Он оглянулся на сверток на заднем сиденье. Его жалкое оружие - все, что удалось найти в доме Эдварда. Теперь у него был план, и они трое были готовы к сражению. С ним были семнадцатилетний мальчишка и семидесятилетний старик; на какой-то миг все показалось ему безнадежным.

– Этот чистит хуже Омара, - заметил Питер. Он был прав: Леон Черчилль дергал ковш снегоочистителя сверху-вниз, оставляя за собой странные снежные террасы. Машина на них подпрыгивала, как трамвай. По сторонам улицы из снега торчали почтовые ящики - Черчилль сшиб их своим неуклюжим механизмом.

– На этот раз мы должны хоть что-то сделать, сказал Питер.

– Попытаемся, - Дон оглянулся. Питер был похож на молодого солдата, пережившего за неделю десяток боев, - глядя на него можно было почувствовать горький вкус адреналина.

– Я готов, - сказал он.

– Подожди. Ты понимаешь, что все это может кончиться очень плохо?

– Я готов, - повторил Питер.
– Что мы будем делать?

– Вернемся в дом Анны Мостин.

– Все равно я готов.

Глава 8

– Это было на той ленте Альмы Моубли, - сказал Дон.

Рики сидел на диване, глядя не на Дона, а на пачку "Клинекса" перед ним. Питер Берне сидел рядом, откинувшись на спинку дивана. Стелла скрылась наверху, успев окинуть их тревожным взглядом.

– Это она говорила мне, и я не хотел, чтобы кто-нибудь еще это слышал. Особенно ты, Питер. Можете представить, что это было.

– Психологическая атака, - сказал Рики.

– Да. Но я думаю об одной вещи. Она сказала кое-что, что может помочь ее найти. Она сказала, что ее и всех их нужно искать в нашем воображении. В местах из наших снов.

– В местах из снов, - повторил Рики.
– Да, я понял. Она имела в виду Монтгомери-стрит. В первый раз мы не довели дело до конца. Признаюсь, мы не слишком верили тебе, - обратился он к юноше.
– Теперь у нас еще больше причин бояться туда идти. Как ты думаешь?

– Я пойду, - сказал Питер.

– Да, она это и имела в виду. Нам всем снился этот дом почти каждую ночь. И когда мы с Сирсом и Доном пошли туда и нашли твою мать и Джима, она не нападала на нас физически, но атаковала наше воображение. Честно признаться, мне очень не хочется испытывать это снова.

– Мне тоже, - кивнул Питер. Потом, словно ощущение страха придало ему мужества, приподнялся.
– Что в этом свертке. Дон?

Дон развернул сверток.

– Две вещи, которые я нашел в доме. Может, придется их использовать, - все трое смотрели на топор с длинной рукояткой и охотничий нож.

– Я все утро точил их. Топор был ржавый.
– Эдвард колол им дрова для камина. Нож ему подарил один актер, который снимался в фильме по его сценарию. Хороший нож.

Питер нагнулся и потрогал нож.

– Острый.

Восьмидюймовое лезвие с желобком посередине могло служить только для одной цели: для убийства. Но Дон вспомнил, что это реквизит, призванный хорошо выглядеть в кадре. Может, в деле он не так хорош. Топор грубее, но куда надежнее.

– У Рики есть свой нож. Питер, возьмешь этот, а я захвачу топор.

– Мы идем прямо сейчас?

– А чего ждать?

– Погодите, сказал Рики.
– Я пойду скажу Стелле, что мы уходим. Предупрежу, что если через час мы не вернемся, пусть она позвонит в полицию и попросит их приехать к дому Робинсона.