Чтение онлайн

Для разведывательной подготовки этой новой агрессии летом 1866 г. вверх по Меконгу направилась французская «исследовательская» экспедиция во главе с испытанным мастером колониальной авантюры Дударом де Лагре. Помощником его был молодой, но подававший большие надежды авантюрист лейтенант Гарнье. Разведка затянулась на два года. Дудар де Лагре, не выдержав трудностей пути, умер близ китайской границы. Но Гарнье довел экспедицию до конца. Он добрался до Юньнани и вернулся летом 1868 г. в Сайгон с ценными сведениями. Меконг оказался совершенно несудоходен для торговых судов и поэтому не мог послужить дверью в Юго-Западный Китай. В то же время на обратном пути Гарнье выяснил, что идеальным водным путем в Юго-Западный Китай является Красная река (Хонгха), протекающая в Северном Вьетнаме.

Данные разведки Гарнье снова изменили курс французской колониальной политики в Индокитае. Захват Лаоса временно отложили, ибо экономическая ценность этой страны для Франции была тогда ничтожной. Следующие полтора десятилетия были посвящены исключительно борьбе за овладение Северным и Центральным Вьетнамом. Эта задача оказалась весьма нелегкой, и Сиам получил передышку до середины 80-х годов XIX в.

В 80-х годах начался новый, наиболее для Сиама опасный этап колониального проникновения европейских держав на Индокитайский полуостров. 1 января 1886 г., после третьей англо-бирманской войны, Англия объявила об аннексии Верхней Бирмы. Таким образом, вся Бирма стала английской колонией. На юге, постепенно подчиняя себе малайские султанаты, Англия тоже придвинулась к сиамской границе. На востоке Франция после долгой борьбы 25 августа 1883 г. принудила вьетнамского императора подписать договор о протекторате. Французские войска вышли на восточную границу Сиамского королевства на всем ее протяжении. Только к северу от Сиама оставалась незанятой европейскими колонизаторами неширокая полоса труднодоступных горных княжеств, но Англия и Франция с двух сторон надвигались на эту полосу, и вопрос был только в том, в какой точке они встретятся и замкнут кольцо вокруг Сиама.

Беспокойство Сиама было связано и с тем, что на территории Северного Вьетнама и Лаоса в это время действовали остатки тайпинских армий («красные флаги», «черные флаги»), перешедшие сюда после поражения крестьянской войны в Китае и враждовавшие не только с французскими колонизаторами, но и с лаосско-сиамскими феодальными властями.

Еще в 1872 г. король Луангпрабанга Оун Кам обратился к сиамскому правительству за помощью против тайпинов, с которыми он не мог справиться. Сиамским войскам тогда удалось немного потеснить отряды «красных флагов».

В 1883 г. лаосские и сиамские войска совершили поход против центральной базы тайпинов в княжестве Чаннинь (на территории нынешнего Северного Вьетнама), но были разбиты. В 1885 г сиамские войска двинулись на восток уже в большем количестве и оккупировали всю территорию от Луангпрабанга до Черной реки, где располагались мелкие тайские княжества, в прошлом то независимые, то подчиненные Вьетнаму. Осада главной тайпинской крепости Тунгчиенгкам (в Чаннине) и на этот раз оказалась безуспешной.

Активность сиамцев показалась Франции подходящим предлогом для вмешательства в лаосские дела. 7 мая 1886 г. по требованию французского правительства было заключено соглашение об учреждении французского консульства в Луангпрабанге.

На должность консула в конце 1886 г. прибыл опытный разведчик Огюст Пави. Чтобы избежать провокаций с его стороны, сиамский командующий Чомын Вайворанат поспешил закончить операции в Лаосе и в феврале 1887 г., передав Пави карту с вновь установленными границами Луангпрабанга, вскоре покинул Лаос, выведя оттуда основные силы сиамцев.

Тогда вновь активизировались тайпины, к которым примкнула часть местного населения. В июне 1887 г. «черные флаги» в союзе с Кам Синем, владетелем одного из тайских княжеств на Черной реке, захватили столицу Луангпрабанга. Пави воспользовался сложившейся ситуацией, чтобы пустить в ход французские войска. Плохо вооруженные тайпины не могли долго сопротивляться колониальной армии. В марте 1888 г. Пави официально объявил Вайворанату о том, что Франция аннексирует тайские княжества на Черной реке. В октябре 1888 г. французский консул принял капитуляцию «черных флагов». Таким образом, тайпинское движение в Лаосе и северо-западных районах Вьетнама было подавлено.

Теперь на левобережье Меконга осталось только два антагониста — Сиам и Франция. В результате работы сиамо-французской пограничной комиссии в 1890 г. все левобережье, кроме тайских княжеств на Черной реке, было признано сиамской территорией. Но едва было подписано это соглашение, как во Франции раздались голоса, что естественной границей французских владений в Индокитае должен быть Меконг и всякие уступки в этом вопросе недопустимы. В том же, 1890 г. Англия, двигаясь из Бирмы на восток, аннексировала шанское княжество Кенгтунг (Ченгтун), часть которого была расположена на левом берегу Меконга. Это вызвало большое беспокойство во Франции и усилило позиции сторонников «бега к Меконгу».

16 февраля 1892 г. французский посол в Лондоне Уэддингтон обратился к министру иностранных дел Англии лорду Солсбери с предложением разделить сферы влияния в Индокитае по Меконгу. Одновременно французским послом в Сиаме был назначен Огюст Пави. События вступили в решающую фазу. Все посвященные понимали, что борьба за малонаселенный и неплодородный Лаос будет лишь первым этапом. На карту была поставлена независимость Сиама, последнего суверенного государства Юго-Восточной Азии.

Англия, к тому времени уже захватившая ведущие позиции в сиамской экономике, не была непосредственно заинтересована в аннексии Сиама. Ее более устраивало сохранение Сиама как буфера между своими и французскими владениями. Но идти на войну с Францией только ради достижения этой цели английскому правительству тоже не хотелось. Этим объясняется двойственная позиция Англии в последующих событиях. Англия советовала сиамскому королю, а им с 1868 г. был сын Рамы IV — Рама V Чулалонгкорн, не поддаваться давлению Франции, но не оказывала ему никакой реальной помощи.

Франция между тем искала только предлога, хотя бы самого ничтожного, чтобы спровоцировать Сиам на войну, в результате которой можно было бы аннексировать не только левобережье Меконга, но и все Сиамское королевство. Таким предлогом, за неимением лучшего, послужили два «инцидента»: высылка сиамскими властями двух французских чиновников из Удона (совр. Удонтани) (надо полагать, за шпионаж) и «гибель» французского чиновника Масси в Лаосе (он умер от болезни). Несмотря на ничтожность этих событий, они вызвали целую бурю во французском парламенте. В феврале 1893 г. генерал-губернатор Французского Индокитая де Ланесан получил инструкцию от своего правительства предпринять энергичные меры на сиамской границе, если немедленно не будет «возмещен ущерб».

Не прошло и месяца, как Пави разъяснил сиамскому правительству, что следует понимать под этим «возмещением ущерба». Он потребовал немедленной эвакуации всей территории к востоку от Меконга, мотивируя свое требование тем, что она является собственностью Вьетнама (читай в тех условиях: Франции). Сиамское правительство предложило передать решение вопроса на международный арбитраж. Но Пави даже не стал обсуждать это предложение.

В апреле 1893 г. французские войска тремя колоннами вторглись на территорию Лаоса. Одна колонна, под командованием капитана Торё, захватила г. Стунгтрепг (Стынгтраенг) на Меконге и о-в Кхонг на этой реке. Другая колонна начала наступление на Мыонгпин, третья двинулась в район Каммона.

Военные действия начались, но война объявлена не была. Это давало французской дипломатии возможность любую попытку сопротивления сиамских властей объявлять вооруженной агрессией и сурово требовать возмездия. Когда один из сиамских отрядов контратаковал французов на о-ве Кхонг и захватил в плен капитана Торё, французское правительство потребовало его немедленного освобождения и строгого наказания «виновных». Никакие апелляции Сиама к здравому смыслу не были приняты во внимание. Характерно, что министр иностранных дел Англии лорд Розбери поддержал в этом вопросе Францию.