Чтение онлайн

Колено начинало уставать, а шея затекать, жутко хотелось выпрямиться в полный рост и потянуться, разминая затекшие плечи. Хотя бы осмотреться по сторонам, может боги стоят где-то вне поля зрения и смеются над ней? Едва заметно встряхнув головой, лидерша совета постаралась не думать не о чем обидном для высших созданий, но ничего не приходило на ум. Сейчас она злилась на них за столь долгое затягивание посвящения. По дороге сюда ей позавтракать не дали, торопя и возмущаясь, чего она так долго поднимается по ступенькам, и вот, на тебе, стоит тут и ждет, как дура, богов. Может тот, что обучал ее этой ночью соврал и ритуал должен проходить каким-то другим образом? Миа готова была взвыть от отчаяния. Прежний трепет и страх перед неизвестным наконец ушел, его сменила злость и раздражение, а они еще хуже, ведь если высшие силы поймут ее настрой и он им не понравиться, все может кончиться здесь же.

– Прошу прощения, шло время молитвы, вы же знаете, как серьезно я отношусь к каждому рассвету и закату, могли бы начать и без меня, – раздавшийся звонкий голос заставил Миаленику застыть и не шевелиться. Сглотнуть ком в горле не получилось, во рту все пересохло. Краем глаза уловив яркое свечение наискосок от нее, девушка начала представлять себе леса, деревья, что угодно, только бы не думать о богах. Однако одна предательская мысль все же пролетела, и не осталась незамеченной гостьей. Издав звук, похожий на фырканье, обладательница голоса обошла лидера совета кругом и устроилась в шикарном золотом кресле почти напротив нее. Из-за склоненной головы, Миа видела лишь подол ярко желтого платья, полностью скрывающего обувь, – естественно ты понимаешь то, что я говорю, когда возникла разумная жизнь, некоторые из нас искренне интересовались ею и обучили нашему языку, на котором сейчас и говорит большинство людей. Все остальные языки вы уже придумали сами, непонятно для чего. Может от нас что скрыть пытались, думая, что мы не понимаем, глупо, – чертыхнувшись, дочь герцога снова поняла, что зря это сделала и мысленно извинилась перед собеседницей, если ее можно так назвать, – прекрасно, еще одна уроженка Апатии во главе совета, в следующий раз настою на своем выборе. Ни признательности, ни благоговения, ни даже страха, как я от вас устала, а вы между прочим всем вот этим обязаны мне одной, – видимо гостья обвела рукой небо у себя над головой, имея в виду солнечный свет и ясный день вокруг. В мыслях девушки пронеслось ее имя: «Эн». Тяжело вздохнув, богиня отрицательно покачала головой и откинулась на спинку кресла. Если бы Миаленика не стояла в покорной позе, то сразу догадалась бы, что женщина устала и ей на самом деле сейчас нет никакого дела до церемонии.

– Наконец-то, уважаемые, Эн удостоила нас чести и явилась. Я уж начала думать, что ты специально никак не оторвешься от почитателей, лишь бы сюда не приходить, – этот голос заставил лидера совета вздрогнуть и поежиться. Несомненно принадлежал он тоже женщине, но в нем больше чувствовалась сила, власть и злоба. Постепенно с разницей в пару секунд в помещении начали появляться люди. Отличать их Миаленика могла только по голосам и ногам, и то, когда они проходили мимо или стояли в поле зрения.

– Я тоже рада тебя видеть, Аиона, как твои дела? Все скучаешь от безделья, оттого и хватаешься за любую возможность проявить себя? Сколько лет уже не одной войны в этом маленьком мирке? – голос Эн, мягкий и звонкий никак не сочетался с произнесенной фразой, но Миа постаралась сосредоточить внимание не на голосах, а на словах. «Аиона, богиня войны» – стоило ей подумать об этом, как прямо перед ней замерли чьи-то ноги в черных, блестящих сапогах. Рука, облаченная в стальную перчатку с шипами на месте костяшек грубо схватила подбородок девушки и подняла голову. «Не смотреть в глаза» – тут же вспомнила она и постаралась сосредоточить взгляд на Золотистых волосах богини, собранных в высокую прическу на голове.

– Она самая. Как ты смеешь даже в мыслях произносить мое имя? Непроизнесшая ни одной молитвы в мой адрес, не принесшая ни единого дара! – передвинув руку на затылок, Аиона со всей силы надавила на голову Миаленики, и та невольно ударилась лбом о пол, согнувшись в две погибели. Ремень больно врезался в живот, но это меньше всего волновало дочь герцога. – Предлагаю убить ее прямо сейчас за неуважение к нам.

– Она простояла на коленях склонив голову все молитвенное время, я не вижу в этом неуважения, даже наоборот. Девушка не виновата в том, что родилась в Апатии и не была среди наших почитателей, давайте уже поскорее покончим с формальностями, у каждого из нас много дел, помимо этого ритуала. Да и Эн вот-вот уснет, – мужской голос, его обладатель стоял за спиной Мии, и она не могла даже ног увидеть, тем более сейчас, когда лоб лидера совета почти упирался в пол.

– Нет Алиста и Хенорпа, они как обычно соревнуются, кто придет последним, и один не хочет приходить раньше другого. Как дети малые, ей богу, – еще одна женщина, подол ее платья Миаленика заметила раньше, чем сапоги Аионы, оно было нежно голубого цвета, и не настолько длинное, как у Эн, открывая взору белую обувь. Ничего подобного дочь герцога в жизни не видела и не смогла как следует рассмотреть.

– С этой дурной привычкой Хенорпа мы все знакомы, Алист же пытается доказать свою важность, да и в последние дни он один занимается советом. Может, если бы кто из нас последовал его примеру в этом направлении, то вот такого больше не повторялось бы, но мы получили то, что заслужили, – снова мужской голос. В нем улавливались нотки не то недовольства, не то раздражения, одно Миа знала точно, сейчас он говорил о ней и ее будущей должности.

– Алист совершенно отбился от рук, вы хотя бы знаете, чем он сейчас занимается? У него в голове только одно, он никак не может успокоится, хотя прошло сто пятнадцать лет. Следует показать ему его место, – снова та женщина в голубом платье и непонятных туфлях. Как бы Миаленике хотелось посмотреть на этих существ в лицо, познакомиться в другой обстановке, а не валяясь посреди пола в полусогнутом состоянии, боясь вернуться даже в предыдущую позицию.

– Господа, давайте вернемся к теме. Мы здесь для посвящения нового лидера совета, а не чтобы перемывать кости Алисту и судить его за преступления, которых он еще не совершил, – ставший ненавистным для лидера совета, голос Аионы раздался на весь зал, но тут же был прерван распахнувшимися за спиной Мии дверьми. «Кто мог посметь войти в божественный зал, когда здесь идет посвящение лидера совета?» – прикусив губу, она уже знала, что все боги прочитали эту мысль в ее голове, но виду не подали, так как их внимание привлек новый гость. Уверенные мужские шаги прекратились, человек обошел дочь герцога стороной и сейчас стоял почти рядом с ней, но из-за специфической позы, Миа не могла видеть ничего вокруг, кроме сапог все еще стоявшей здесь Аионы.

– Я вижу, вы начали веселье без меня. В таком случае не буду спрашивать у богини войны, за какие же преступления здесь собрались судить бога тьмы, – этот голос врезался в голову девушки так, что ей хотелось плюнуть на все, оторваться от пола и убедиться в том, что ей показалось. Не мог быть Андраник богом разрушений, это просто бред. По всему телу пробежали мурашки, она слишком хорошо знала услышанный голос, и ненавидела одновременно.

– Хотя бы за то, что так запугал эту бедную девушку, смотри, она вся сжалась от одного твоего голоса. Вернее не твоего, а этого ужасного тела, что ты в нем нашел и зачем тебе это вообще? – богиня в синем платье приблизилась и отодвинула Аиону в сторону, та хмыкнула и не стала возражать. Маленькие тоненькие ручки потянулись к Мии. – Ты можешь посмотреть на меня и вернуться в прежнее положение, – обратилась высшее создание к лидеру совета, и та непременно воспользовалась ситуацией. Перед ней стояла блондинка, с длинными светлыми волосами, раскинутыми по плечам и серыми, очень выразительными глазами.

– Благодарю вас, – едва слышно выговорила Миаленика, зная, что не стоит этого делать, ведь женщина и так читает ее, как открытую книгу. Сейчас дочь герцога решила не скрывать от них страх, пусть знают, что она боится их, может так все пройдет куда лучше, чем началось. Улыбнувшись, богиня выпрямилась и вернулась на прежнее место, до этого она сидела в белоснежном кресле, прежде до ее появления, в зале его не было.

– Никого я не пугал, это сделал тип, в которого я вселился. Я виноват, что мне подходят лишь эти, альбиносы, и пришлось выбрать того, кто ближе к ней? Кто вообще это придумал, что бог тьмы может вселиться лишь в человека, который физически не переносит свет? – буркнул Алист, снова сорвавшись с места, и своими широкими шагами измеряя комнату все еще вне поля зрения девушки. Сглотнув наконец ком в горле, Миа все поняла, вот только после церемонии помнить об этом она не будет. Бог тьмы, хаоса и разрушений вселился в тело Андраника, но зачем?

– Зачем? А я скажу тебе зачем, – вот теперь от голоса богини в голубом волосы на голове встали дыбом, он стал настолько угрожающим, что казалось она готова прямо сейчас наброситься на собеседника и разорвать его, – этот мерзавец хочет втоптать Виндеда в грязь, размазать его, заставить почувствовать себя еще больше человеком, чем он сейчас. Лишить всего, что только есть у него, причинить такую боль, какую он никогда в жизни не испытывал. Оставь его в покое, – голубое платье женщины двигалось, и Миа по нему определила все негодование и злость, что испытывала она к Алисту.

– Что ты несешь, истеричка? Если ты ничего не знаешь, не раскрывай рта, мои планы куда более грандиозные, вам понравятся, когда узнаете, – возразил знакомый голос Андраника, и сердце дочери герцога на секунду остановилось, она невольно стала слушательницей скандала среди богов, но не вспомнит об этом, когда все закончится. Хотелось стонать от обиды, это ведь такие бесценные знания.

– Да как ты смеешь, я старше тебя на миллионы лет! Проявляй уважение! Ты в конце концов занял его место, ты должен благодарить Виндеда, а не ненавидеть. Мы все знаем, что именно ты наделил Виктора даром, без него мальчик не смог бы совершить свое зло, а значит и большая часть совета осталась бы жива. Ты хотел отнять у него то, что он любит и решил, что это совет, но Виндед смирился с его потерей, как и с тем, что ничего не может сделать. Тогда твоей целью стало его сердце. Сперва ты выбрал на должность лидера совета Аполинарию, но он не купился на нее, даже не смотрел в ее сторону, и тогда ты выбрал другую цель. Ее. А когда Виндед поймет, что влюблен в нее, ты отнимешь ее, но он не заслужил такой подлости, – то, с каким рвением богиня защищала некоего Виндеда вызывало уважение в сердце Миаленики. Женщина несомненно любила его, но в голосе так же проскакивали грустные нотки. Мозаика постепенно складывалась, но лидер совета не хотела принимать полученные сведения за действительные. Кто такой Виндед? На ум приходило только одно возможное имя, с которым можно соотнести все, перечисленное богиней, но Миа не хотела верить. Венториэль не мог оказаться изгнанным богом, ведь если это так, то легенда о конце может исполниться, и во всем окажется виновата она.