Чтение онлайн

Настолько погрузившись в собственные мысли, Миаленика совершенно забыла о перепалке между богами рядом с ней. Очнувшись, она почувствовала, как сильно стало холодно. Голоса затихли, все замерли. Бояться ей стало нечего, все мысли были о возлюбленном, и на самом деле дочери герцога сейчас хотелось умереть. Ведь если она умрет, то сорвет планы Алиста и тот не увидит боли в глазах Венториэля из-за ее смерти, ведь тот еще не любит ее. Переборов страх и неуверенность, Миа подняла взгляд и пожалела об этом. Прямо напротив нее, в длинном черном балахоне, скрывающим всю фигуру целиком, стоял человек. Остальные боги так же смотрели только на него, и не издавали ни звука. Фигура бесшумно приблизилась к девушке и встала на расстоянии вытянутой руки. Из-под капюшона на нее смотрело самое красивое мужское лицо, которое она когда либо видела. Идеальные пропорции, шикарные брови и ресницы, кожа без единого изъяна. Зеленые, пронзающие глаза, точь-в-толь такие же, как у Венториэля.

– Никкилиус же объяснил вам, что нельзя поднимать голову, пока мы не дадим на то позволения. Вы настолько не цените свою жизнь после того, что узнали от них? Простите их, они слишком поддались эмоциям, мы ведь тоже живые и умеем чувствовать, только по своему, – его голос так затуманивал разум, что Миаленика невольно забыла где она и с кем, но прикосновение холодной почти белой руки к щеке заставило вернуться с небес к реальности. Бог провел пальцем по щеке лидерши совета и отрицательно покачал головой.

– Мы рады, что ты почтил нас своим присутствием, Хенорп. Давайте уже закончим этот цирк и отправимся по делам. Я устала, – проговорила Эн. Краем глаза взглянув на нее, дочь герцога отметила, что она тоже блондинка, как и Аиона, но ее глаза нежного голубого оттенка, словно небо в погожий день. Выглядела она ничуть не уставшей, но сказать наверняка трудно.

– Действительно, убей ее уже, или дай, я сама это сделаю, раз она осмелилась на тебя посмотреть, да еще и в глаза, – богиня войны ринулась в сторону девушки, но замерла на паре шагов, схватившись за горло, словно кто-то начал душить ее. Внимательный, но в то же время прекрасный и суровый взгляд высшего создания в черной одежде обратился в ту сторону. Одним видом он напоминал о том, кто здесь он, и какой силой обладает, а кто она. Отдышавшись, Аиона недовольно фыркнула и вернулась на прежнее место.

– Я поражен вашей смелостью и в то же время удивлен глупостью. Рискнуть собой, чтобы Алист не смог причинить боль Венториэлю через вас – это несомненно очень благородно. А вот так открыто обдумывать все услышанное здесь и сейчас, на самом деле глупо и безрассудно, вам это даже бог мудрости может сказать, не так ли, Мидин? – снова отведя взгляд от собеседницы, Хенорп посмотрел куда-то ей за спину, где стоял еще один мужчина.

– Несомненно. Тем более, если учесть, что Алист будет помнить обо всем, что здесь случилось, а значит будет готов к такому повороту событий на случай, когда ты узнаешь правду после ритуала, – так вот кому принадлежал этот голос, бог мудрости Мидин. Вот только стоило Миаленике подумать об этом, как взгляд пронзительных зеленых глаз снова оказался на ней.

– Поднимитесь, – проговорил Хенорп, и девушка не секунды не колеблясь, встала на ноги, едва заметно пошатнулась, так как они затекли в прежнем положении, но уверенно выпрямилась в полный рост, чуть приподняв подбородок, как учил ночной гость. Ей не хотелось бы умирать на коленях, и мысленно лидерша совета поблагодарила бога смерти за возможность сделать это стоя, – что вы, нет, нет, я не стану вас убивать, не сейчас, Ника. Позвольте пригласить вас на танец, – он протянул руку и улыбнулся. Брови Мии на миг приподнялись, такого она не ожидала, тем более от фигуры в черных одеждах. Она не могла отказать, да и не хотела. Вложив дрожащую руку в его, девушка не заметила, как оказалась в объятиях смерти и бог закружил ее по залу в незнакомом ей ритме танца. Все остальные смотрели на это зрелище кто с восторгом, кто наоборот с возмущением, Эн же со скукой, чуть ли не зевая. А во взгляде Алиста читалась неподдельная злость. Сейчас лидер совета могла позволить себе разглядеть всех, и ее жутко удивило, что в зале оказалось на одного человека больше, чем она считала. Неизвестный мужчина сидел у дверей, сложив руки домиком перед своим носом, и не смотрел в их сторону. Волосы его на свету казались ярко зелеными, а какого цвета глаза рассмотреть не удалось. За все это время он не произнес ни слова, оттого Миа и не знала о нем.

Ближе к центру, сцепив руки за спиной и двигая ногой в такт воображаемой музыке стоял Мидин. Волосы бога оказались короткими и черными, глаза карими, белоснежные одежды выглядели немного неуместно, но идеально подходили ему. Три богини женщины оказались на противоположной стороне, две сидевшие в креслах – Эн и обладательница голубого платья, чьего имени девушка не знала, и третья, Аиона, расхаживала из стороны в сторону, стараясь не мешаться на пути танцующих. Если на двух других надето платье, то на богине войны облегающие черные кожаные брюки, куртка и сапоги. Вся фигура богини представала перед ними, не скрывая ни единой округлости.

Наконец глаза Миаленики заметили его. Белоснежные волосы, красные глаза, злое выражение лица. Сомнений не осталось, Андраник Больто, захваченный богом тьмы, стоял почти возле центра, где всего пару минут назад сидела она. Бог злился, все шло не так, как он задумал, или чего-то опасался, но чего? Что Хенорп уведет ее у него? Но ведь она и так никому из них не принадлежит, пока. Вспомнив слова ночного гостя про то, что один из богов предъявит на нее свои права, Миа чуть не споткнулась, но партнер по танцу, уверенно поправил ее, оторвав от пола и перенеся в нужное положение. Каждая клеточка кожи дрожала, мурашки бегали по всему телу, от Хенорпа веяло холодом, его прикосновения – словно прижимаешь лед. Смотря на прекрасное лицо бога, она никак не могла понять что чувствует, страх или волнение.

– Ты сделал правильный выбор, Алист, ей подходит и должность и цвет глаз. Зная Виндеда лучше вас всех могу смело сказать, что безучастным он не остался бы, даже без вашего договора, – неожиданно бог остановился, но рук от девушки не убрал, его зеленые глаза осматривали ее так внимательно, что Миаленика невольно поежилась. Все остальные высшие силы в зале затаили дыхание в ожидании его дальнейших действий, никто не смел перечить ему или прервать, – скажите, милая моя, согласились бы вы отдаться богу смерти и испытать настоящее наслаждение, зная, что ничего не вспомните об этом?

Вопрос поверг лидера совета в шок. Конечно она ожидала что-то в таком духе еще вчера, когда ночной гость рассказывал о процедуре, но не в такой форме. Сам факт, что бог еще спрашивает ее об этом немного настораживал, ведь неправильный ответ мог многого ей стоить, не только жизни. Вспомнив также наставление о том, что им нельзя врать, Миа решила честно сказать, что думает об этом.

– Прошу прощения, но нет. Я хочу помнить свой первый раз..– Хенорп засмеялся, его голос разнесся на весь зал, а лица присутствующих перекосились от неприязни, все кроме одного, сидевшего у входа бога. Он по прежнему оставался безразличным. В ту же минуту бог смерти изменился, теперь из-под капюшона на нее смотрело родное и любимое лицо Венториэля. Глаза девушки расширились, а она судорожно попыталась сделать пару шагов назад, но не смогла. Руки мужчины по прежнему лежали на ее талии и прижимали к себе. Улыбка появилась в уголках губ собеседника и Миа сразу поняла, что это лишь его лицо, а не он сам. Венториэль никогда не улыбался, почти никогда, даже ей.

– А если я буду выглядеть вот так? И честно говоря я могу оставить воспоминания только об этом моменте, – отрицательный кивок головы лидерши совета дал ответ вместо голоса. Язык во рту на самом деле не поворачивался, чтобы снова отказать богу. Где такое вообще слыхано, чтобы какая-то смертная отказывала высшим силам в том, чего они хотят? Миаленику прошиб холодный пот, она чувствовала что висит на волоске, одно неловкое, неправильное слово или мысль, и они все прекратят. Сейчас она этого и хотела, ведь тогда планы Алиста сорвутся и он не причинит боли Венториэлю. Собрав всю смелость, девушка посмотрела в глаза собеседнику, а затем обвела взглядом остальных богов, остановившись на каждом буквально на пару секунд. Этого оказалось достаточно, чтобы показать свое непочтение богам, и Миаленика приготовилась к смерти. Вот только вместо этого Хенорп поднял ее ладонь и вложил в нее рукоятку кинжала.

– Тебе рассказали, что сейчас следует сделать, – проговорил он со все той же улыбкой на чужом лице. Опустив взгляд на оружие, девушка все вспомнила. Проведя пальцем по вышитому имени на плаще, она поднесла его к острию лезвия. Теперь Миа понимала откуда у Венториэля эта привычка, видимо осталась после посвящения, рука сама собой тянулась туда в каждой сложной ситуации. Почувствовав резкую боль, лидер совета взглянула на проколотый палец и застыла. Время богов объявить на нее свои права. Хенорп молча взял ее за руку и собирался поднести к губам.