Чтение онлайн

Чуть заметное шевеление воздуха за спиной заставило его напрячься. Но и тогда он не проявил никакого интереса к появившемуся из ниоткуда высокому статному старику. Оба молчали. Затем старик, не спуская глаз с сидевшего человека, шагнул вперед так, чтобы видеть его лицо. Тот поднял голову, а затем опять опустил ее.

— Ты хочешь остаться один? — спросил Узнавший Суть Вещей.

— Я уже и так остался один, — равнодушно заметил Коннор.

Старик помолчал.

— И что ты решил делать дальше?

— Пока не знаю, — не сразу ответил его молчаливый собеседник.

— Ты решил оставить магию? — после недолгого молчания опять обратился к нему старик.

— Магия предала меня, — глухо ответил Коннор, сосредоточенно разглядывая свои руки.

— Верховный Маг — это еще не вся магия, — заметил Узнавший Суть Вещей.

Коннор усмехнулся. Ему почему-то пришло в голову, что, продолжая мысль старика, можно сказать, что Филлис — это еще не все женщины. Только от этого не легче. Потому что других женщин для него просто нет. Само имя — Филлис — вызвало привычную щемящую боль в сердце. Он тяжело вздохнул.

Простившись со своим жилищем, Коннор направился сюда, к монастырю, чтобы решить для себя, как жить дальше. И стоит ли жить вообще.

Узнавший Суть Вещей присел рядом с ним. Они сидели так, молча, довольно долго. В отличие от Коннора, не проявлявшего интереса к окружающему, старик с удовольствием подставлял лицо жаркому солнцу, почти не щурясь, смотрел на него. Было видно, что он наслаждается ясным днем, ярко-голубым небом, любуется полетом парящих в вышине орлов.

Это было так непривычно для суровых и бесстрастных Магов, что Коннор невольно обратил внимание на поведение старика.

— Похоже, Верховный Маг не отучил тебя радоваться жизни… — негромко заметил он, повернувшись к Узнавшему Суть Вещей.

— Я уже сказал тебе, что Верховный Маг — это еще не вся магия. Совершив ошибку один раз, он отклонился от прямого пути. И то, что случилось теперь — неизбежно.

— И что с ним будет теперь?

— Он должен пройти три круга очищения, — помолчав, нехотя ответил Узнавший Суть Вещей. — Если он сумеет подняться после третьего круга, то вернется на свое место. Если — нет…Это — серьезное испытание.

— Мне от этого не легче, — криво усмехнулся Коннор.

Они опять замолчали.

— Ты продолжишь свою работу? — через некоторое время спросил старик.

Коннор покачал головой.

— Я не готов, — коротко ответил он.

— Понимаю, — вздохнул Узнавший Суть Вещей. — Нужно время. И мудрость, — добавил он, искоса поглядев на своего собеседника.

Коннор поднял брови.

— Ты пришел меня утешать?

Старик чуть заметно улыбнулся.

— Утешают слабых, Мастер. Ты справишься сам.

Они опять замолчали, машинально следя за птицами, парившими в вышине.

— Красивые птицы, — заметил старик.

— Да, — безучастно ответил Коннор

Орлы выписывали в небе фигуры высшего пилотажа. Они неслись навстречу друг другу, резко тормозя хвостами и выставляя вперед мощные когтистые лапы, свечками взмывали вверх и камнем падали вниз, пикируя на людей, сидевших на скале, и опять взмывали ввысь. Наконец, широко расправив крылья, они один за другим направились вдаль, постепенно превращаясь в еле заметные точки.

— Я хочу предложить тебе не совсем обычное дело, — прервал затянувшееся молчание Узнавший Суть Вещей. — Магия в нем не нужна.

Коннор вопросительно взглянул на него.

— Не в монастыре, — пояснил старик.

— Я слушаю тебя.

— Наши воины — сильные маги. Но, к сожалению, последнее сражение показало, что магия в крупных битвах, с большим скоплением сражающихся, скорее мешает, чем помогает. Кроме магической, воинам нужна обычная подготовка.

— Я предупреждал, что магам будет трудно нападать, — укоризненно покачал головой Коннор. — Поэтому так много их погибло.

— Ты прав, — вздохнул Узнавший Суть Вещей. — Но это сама суть старой магии — защищать. В нападении сильны демонические силы. Надо, чтобы наши воины знали их тактику, умели что-то противопоставить ей. Займись этим, — в его голосе Коннору почудились просительные нотки.

Он пристально взглянул на старика и, помедлив, кивнул.

— Хорошо. Когда?

— Сейчас! Они будут ждать тебя. Место уже подготовлено.

Коннор пожал плечами.

— Я готов.

— Тогда следуй за мной.

Гор сидел перед экраном монитора, сосредоточенно вглядываясь в схему. «Где, черт возьми, могут быть рукописи? — Он ткнул пальцем в клавиатуру. — Нет, здесь не может быть…Здесь — тоже…». Гор уставился в экран, обхватив руками голову. Магическая защита, восстановление Стены духов и прочие задания занимали в его распорядке дня львиную долю времени. Но сам для себя Гор обозначил другую задачу. Коннор, потерявший реальную телесную сущность, не выходил у него из головы. Еще при первой встрече, когда тот рассказал ему о своем необычном существовании, у Гора мелькнула мысль, что где-то и что-то он об этом читал.

Вернувшись в монастырь, бывший демон долго не имел времени, чтобы как следует обдумать эту мысль. И только совсем недавно, когда лихорадочная работа по укреплению монастыря стала входить в какой-то более-менее размеренный ритм, Гор вспомнил, что какая-то запись о телесной и духовной сущностях магов была в одной из книг отца. Но где эта книга?

Монастырь был уничтожен почти полностью. Где хранились рукописи отца? Могли ли они уцелеть при пожаре? А если уцелели, то где их теперь искать? И кто может сказать это?

Гор вздохнул. Пока он не найдет рукописи отца, идея вернуть Коннору реальное тело будет неосуществимой. Гор никому не говорил о преследовавшей его мысли. Ему очень хотелось помочь Коннору. Но он должен был убедиться, что отец, действительно, занимался этим вопросом. Старый Гарольд все доводил до конца. И если у него были не просто наброски, а конкретные разработки, значит, даже самая фантастическая идея могла быть реализована! Но, если записи отца не найдутся, помочь Коннору не сможет никто. Поэтому Гор, хотя его так и подмывало, пока ничего никому не сказал. А ему очень хотелось помочь! И не только потому, что его уважение к Коннору после всего, что тот пережил, стало еще большим. Гор всегда по-хорошему завидовал силе чувства Коннора. Он видел, как тот был рад возвращению Филлис. А теперь, когда бывший Повелитель Тьмы опять остался один, и незаслуженно страдал, Гору казалось несправедливым, что мир магии, ради которого Коннор пожертвовал всем, так равнодушен к его потере.