Чтение онлайн

Дома, вечером, когда детей уложили спать, сестры собрались на кухне за ужином. Пэт наслаждалась яблочным пирогом, а Пам обратила внимание на непривычную задумчивость Филлис.

— Дорогая, — пристально глядя на сестру, спросила она. — Ты в порядке?

— В порядке. А что? — удивленно подняла брови та.

— Да так…Мне показалось, ты сегодня какая-то задумчивая.

Филлис рассмеялась.

— Пам, от тебя ничего не скроешь. — Помолчав, она нехотя объяснила: — Звонил Джексон. Он предложил встретиться.

Увидев удивленные глаза сестры, Филлис, смеясь, добавила:

— За завтраком!

Теперь рассмеялась Памела.

— Фил, если бы он предложил тебе и поужинать, я бы только пожелала вам приятного…аппетита!

Пэт, расправившись с огромным куском яблочного пирога, облизала пальцы и развернула газету. Оторвавшись от колонки советов незамужним девушкам, она с интересом посмотрела на Филлис.

— Думаешь возобновить с ним отношения?

— Пэт! — Фил укоризненно посмотрела на младшую ведьмочку. — Джексон женат!

— С сегодняшнего дня — нет!

Пэт протянула сестре газету. Небольшая заметка на десятой странице под заголовком «Ко всеобщему удовольствию» гласила: «Известный медиа-магнат Джексон Дан обрел свободу. Сегодня утром в Сиднее благополучно закончился бракорозводный процесс. Миссис Дан — бывшая Синтия Доу, получив приличную компенсацию, пожелала бывшему спутнику жизни всего самого наилучшего. Ко всеобщему удовольствию супруги расстались вполне дружески. С сегодняшнего дня мистер Дан пополнил ряды завидных женихов».

Филлис закусила губу.

— Джексон не сказал мне, что разводится, — она покачала головой.

— Может, он как раз хотел сделать это за завтраком? — предположила Пэт.

Памела пристально посмотрела на Филлис.

— Это что-нибудь изменит в ваших с ним отношениях?

— Не думаю, — покачала головой Фил. Она вздохнула. — Но лучше бы я не знала.

Увидев вопросительные взгляды сестер, девушка пояснила:

— Я ничего не хочу менять в своей жизни. Ничего.

С этими словами Филлис, чмокнув каждую из сестер в щеку, отправилась наверх. Заглянув по пути в старую детскую, она постояла минуту, прислушиваясь к дружному сопению малышей, послала им воздушный поцелуй и отправилась к себе.

Начав раздеваться, Филлис задумалась и присела на кровать. Все, что было связано с Джексоном, давно прошло. Она не испытывала к нему никаких чувств, кроме дружеских И мысль о том, что они могут теперь перерасти во что-то большее…

Филлис покачала головой. Нет! Надо признаться себе самой, что в ее жизни может быть только один мужчина. Коннор. Но его нет. В душе Филлис опять вспыхнула обида. Неужели он окончательно забыл ее? Прошло почти четыре года с тех пор, когда он ушел из ее жизни. И неужели за все это время у него ни разу не возникло желания увидеть ее, как-то дать о себе знать? Неужели даже в магическом обличье он не хочет встретиться с ней? Ведь был же тогда тот старик, в образе которого Коннор когда-то оберегал ее! Неужели он не мог хоть как-нибудь встретиться и побыть с ней?

Филлис всхлипнула. Эти жуткие одинокие ночи, когда кажется, что кожа горит от жажды его прикосновений, а губы пылают, ожидая, когда он коснется их своими губами!.. Фил иногда просыпалась среди ночи с пересохшим ртом и сердцем, готовым выскочить из груди только потому, что почувствовала сильные мужские руки на своем теле. Это было похоже на сумасшествие, но она гладила подушку, на которой когда-то лежала его голова и одеяло, укрывавшее его мускулистое тело.

Слезы закапали из глаз Фил. «Любовь…Нет, это — не любовь! Это — проклятие, наваждение!» — сердито подумала она.

Все! Филлис решительно вытерла слезы. Не прощу! «Неправда, — шепнуло сердце, — не обманывай себя. Если бы Коннор появился здесь, ты простила бы ему все! Он нужен тебе…»

«Замолчи! — приказала она сердцу. — Мне не нужен никто! Ни Коннор, ни Джексон! Мне нужен только Кон! Я люблю его, а он любит меня! И больше нам никто не нужен! Вот так!» Она даже гордо вздернула голову, чтобы убедить слабое женское сердце, что способна быть независимой от его глупостей.

Внезапно Филлис развеселилась. Все это — ерунда! С чего это она так разволновалась? Завтра будет день, будет интересная встреча, и, вполне возможно, весь разговор с Джексоном сведется к простой дружеской болтовне. Фил быстро разделась и с наслаждением свернулась калачиком под одеялом.

— Ты хочешь вернуть себе телесную оболочку? — начал разговор Узнавший Суть Вещей.

Коннор стоял перед ним, нахмурив брови и скрестив руки на груди. Он ответил не сразу.

— Я еще не решил окончательно.

Старик задумался. Коннор ждал, время от времени бросая на него нетерпеливые взгляды.

— Что ж…Наверное, ты прав. Твоей душе тесно в одной только магической сущности. И ты не сможешь жить без любви.

Глаза Коннора яростно сверкнули. Разумеется, Узнавшему Суть Вещей не трудно было догадаться об истинном мотиве его стремления обрести телесную оболочку в реальном мире, но Коннор не хотел касаться этой темы.

— Ты осуждаешь меня? — процедил он сквозь зубы.

Узнавший Суть Вещей слегка улыбнулся.

— Нет. Завидую.

Коннор расслабился и усмехнулся. Это было так необычно: зависть у существа, достигшего вершины знания и магии, практически не имеющего пределов своему могуществу!

— Ничего смешного не вижу, — укоризненно покачал головой Узнавший Суть Вещей. — Всему свое время. И мне жаль, что мое время было не таким многоцветным, как твое.

«Многоцветным! — опять нахмурившись, мрачно подумал Коннор. — Тебе бы такое многоцветие!..»

Как будто услышав его возражение, старик укоризненно покачал головой.

— Страдание — такое же сильное чувство, как и любовь. Через страдание человек учится пониманию, сочувствию. Память о страдании делает его осторожным, чтобы не причинить такую же боль другому. Ты богат, если у тебя есть любовь и страдание.

— Я бы согласился наполовину обеднеть, — пробормотал Коннор.

— Нетерпение сердца… — понимающе вздохнул Узнавший Суть Вещей.

Они опять замолчали. Коннор, казалось, застыл на месте, а старик, встал и бросил на него пронзительный взгляд.

— Ты знаешь, что потеряешь часть магической силы, когда обретешь телесную оболочку? — спросил он.

— Какую? — насторожился Коннор.

— В реальном мире время для тебя будет идти только в реальной сущности. И только в монастыре оно вернется в магическое пространство. К тебе вернется ход времени, обычный для смертного.

— Хорошо, — подумав, сказал Коннор. — Что еще?

— Ты не сможешь останавливать время.

Коннор кивнул и настороженно ждал.