Чтение онлайн

Леонардо взмолился: -Потише!

– Всё-таки ты не русский, Фрязин!
– ответил друг.
– Нет такого русского чтобы не любил быстрой езды.

К счастью, он всё-таки немного уменьшил скорость вливаясь в общий поток и давая возможность пассажирам облегчённо выдохнуть.

***

По приезду в Приказ Дивных Дел их, как всегда, встретили угрюмые священники в просторных рясах под которыми можно было легко спрятать не то что клинок, но даже пару гранат. Пропустили и правда без особых вопросов, разве только попросили открыть сундук, немного поворошили и сказали проезжать.

Марья Петровна сидела с красным, от смущения лицом. Никому не понравится, когда в его вещах копаются посторонние. Леонардо успокаивающе поглаживал ей ладонь и бросал гневные взгляды в сторону Мишки. Тот делал вид будто ничего не замечает. Поставили пародвижитель на предназначенной для них стоянке. Злополучный сундук решили оставить прямо в нём, чтобы не таскаться. А Марью Петровну проводили в столовую, где принесли ей чай, баранки, хлебцы, печенье и прочее.

– Прошу подождать здесь, -предложил Мишка.
– Мы только туда и сразу обратно.

Оставив Марью Петровну в столовой, поспешили в «золотую» башню Приказа, где обычно работал царь, когда приезжал сюда. Золотой она называлась из-за того, что была крыта не красной черепицей, а жёлтой. Оставшись ненадолго одни, Михаил деланно укорил Леонардо: -Эх Фрязин, Фрязин, что же ты делаешь? В Москве столько девушек, а ты из-под Тулы везёшь!

– Ты не понимаешь, -попытался возразить мастер.
– Она – настоящее сокровище. Прекрасный лекарь, ничуть не уступит врачу-мужчине. Не просто грамотна, но образована. Умеет учиться и хочет приносить пользу. Других таких больше нет.

– Как будто ты хорошенько искал, -хмыкнул Мишка.
– Мне в детстве маменька говорила: берегись Мишенька в жизни трёх вещей: злого глаза, лёгких денег и умных девок.

– Вот ты и берегись, а мне мама ничего такого не говорила, -отмахнулся Леонардо.

– Друг мой, ты хотя бы сознаёшь что появление Марьи Петровны разобьёт сердце и планы целой куче девиц, включая нашу добрую Епифанию Фёдоровну?

– Старшую горничную? Она здесь при чём?

– Удивляюсь я тебе, -покачал головой Мишка.
– Порой такое придумаешь, что никто другой придумать не сможет, а иногда не замечаешь то, что у тебя буквально под носом.

– Брось свои загадки, говори прямо, -потребовал Леонардо.

Но продолжить разговор не получилось так как стоящие на охране стрельцы, едва увидев их, доложили царю, а тот приказал немедленно вести к нему.

В рабочем кабинете царя Ивана расположенном в золотой башне Приказа Дивных Дел мастер уже бывал и не раз, но всё равно вертел головой так его поражали собранные здесь вещи, тем более что они постоянно менялись сообразно тому, над какими прожектами царь работал в данный момент или следил за их развитием.

Вот сейчас, с прошлого его посещения, ещё до поражения под Венёвом и поставившей точку в войне осаде Тульской крепости, здесь многое изменилось. Если раньше можно было в изобилии увидеть миниатюрные фигурки стрельцов, пушкарей, ракетных расчётов и паровых танков расставленных по макетам местностей, где планировалось принимать бой. То сейчас они все были убраны и их место заняли сразу две динамо-машины из числа собранных мастерами-умельцами. Машины подключены к странной схеме, над которой, видимо, бился царь. На соседнем столе лежала большая карта, изображавшая всю Европу с расставленными по ней фишками и непонятными фигурками. Он только обратил внимание что Франция на карте была перечёркнута и на ней стояла фигурка горгульи как будто попирая целую страну.

На следующем столе Леонардо с изумлением обнаружил свой парашют, уже улучшенный вариант. Похоже царь внимательно изучал его, может быть думая, как ещё можно было бы упростить и улучшить конструкцию.

Два ряда рабочих столов тянулись вдоль стен, занимая пространство, наверное, самой большой комнаты в Приказе. Царский кабинет был настолько большим, что строители были вынуждены поставить в нём поддерживающие потолок столбы для распределения нагрузки. Обогревался он сразу двумя каминами, по летнему времени года пустыми и чёрными от сажи. Окна выходили в небольшой сад разбитый, возможно, как раз для того, чтобы на него было так приятно смотреть.

Не успели они подойти как Иван Третий громко и раздражённо спросил: -Мессер, где же ты пропадал? Почему не дождался посланного специально за тобой экипажа?

– Прошу простить, -склонил голову мастер.
– В поученном мною приказе говорилось: прибыть в Москву как можно скорее сразу после выздоровления. Не зная о посланном за мной экипаже, я счёл возможным доехать на пассажирском дилижансе кои начали ходить во множестве.

– Бардак!
– покачал головой царь.
– Такое простое послание и то сумели переиначить. Мне срочно требуется если не радиосвязь, то хотя бы телеграфная линия. Голубиная почта просто вымораживает.

Леонардо хотел уточнить значение непонятных слов, но вышедший из-за стола царь Иван уже отчески похлопал его по плечу, спросил полностью ли он выздоровел, поинтересовался тем, как его лечили и удобно ли было ехать в дилижансе. Мастеру пришлось пуститься в рассказ.

– Дилижансы – паллиатив, -заявил царь, когда Леонардо закончил рассказывать.
– Чтобы перемещать по-настоящему значимые объёмы грузов и людей требуются поезда, но для них нужны железные дороги, локомотивы и прочая инфраструктура. Поэтому пока так. Всё лучше, чем совсем никак. Но иногда мне начинает казаться что всё моё царство это один огромный набор компромиссов между «сделать как надо» и «сделать из того, что есть под рукой».

– Учитель… -напомнил о себе Леонардо.

– Да-да, у меня есть для тебя дело, -вынырнув из размышлений, царь Иван снова стал энергичным и деятельным.
– Огненные стрелы, то есть, тьфу, ракеты – очень хорошо, но совсем не точно. Бьёт по площади, а иногда требуется точечное попадание. Значит будем делать оптический прицел.

– Оптический… что?

– Прицел, -поправил царь.
– А заодно доведём до ума подзорные трубы. Уже надоело перевёрнутые изображения рассматривать. Нормальный микроскоп нам сразу не сделать, но хотя бы увеличительные стёкла дадим врачам и наладим выпуск очков. Но самое главное – оптический прицел. Сразу говорю: он мне нужен в двух вариантах. Для массового применения, чтобы повысить точность прицельного боя со ста метров хотя бы до ста пятидесяти, а лучше до двухсот. Одно это резко повысит боеспособность армии и сохранит множество стрелецких жизней. И второй вариант – максимальное увеличение, ручная сборка, всего несколько десятков экземпляров для выбивания особенно важных целей с расстояния хотя бы метров в триста.

– Ты уже знаешь кое-что о природе света и его законах, -закончил царь.
– Пришло время узнать больше и, самое главное, как и для чего эти знания можно применить в стекле и металле. Согласен, мессер?

Леонардо облизал в раз пересохшие губы: -Готов прямо сейчас!

– Прямо сейчас не требуется. Начнём завтра утром. Будут ювелиры, стеклодувы, оружейники – поэтому начинать придётся с самых основ уже известных тебе. Вот, кстати, ты их и расскажешь, а я послушаю, - решил царь довольно улыбаясь.
– Михаил, про тебя я тоже не забыл. Если мессер будет главным над всей собранной братией и отвечать за конечный результат, то на тебе вся административная работа. Помещение вашей рабочей группе уже должно быть выделено, довольствие тоже, но лучше перепроверь. Теперь ты за всё отвечаешь.