Чтение онлайн

Остров Карпаф был важен родосцам не только тем, что через него лежал путь к Криту, но и тем, что вся группа островов, постепенно осваиваемых родосцами, образовывала защитный барьер на подступах к самому о. Родосу.

Позже, во второй половине VI или в первой половине V в. до н. э. к островным владениям родосцев присоединились еще острова Нисир, Астипалея и Касос (в VII в. до н. э. Нисир и Касос принадлежали еще Косу; Астипалея была колонией Эпидавра). На этих островах, включенных в родосское государство, возвышались укрепления и, как показывают дальнейшие события родосской истории, во время осады Родоса Димитрием Полиоркетом и во время войны с Критом в III в. до н. э. этот островной барьер вокруг Родоса был искусно использован родосцами для военных целей. В борьбе с Критом, например, весь удар приняли на себя жители Карпафа, и критский десант удалось отразить на Карпафе, даже не допустив его до Родоса.

Проблема родосской колонизации — лишь частный вопрос общей проблемы о причинах греческой колонизации VIII—VII вв. до н. э. Двести лет стоит эта проблема перед западноевропейской наукой; ежегодно западноевропейские ученые в общих курсах, экономических трактатах и специальных исследованиях определяют греческую колонизацию с чисто классовых позиций европейцев-колонизаторов.

Беспомощность буржуазной исторической науки, примитивность ее исторических воззрений, эклектизм и грубая модернизация нигде не отразились так ярко, как в трактовке причин и поводов греческой колонизации. Не было ни одного историка, который не оказался бы на поводу у колониальной политики империалистических держав, который смог бы противопоставить этой политике свой смелый голос беспристрастного исследователя.

Отсюда глубоко закономерен тот интерес, который возник в последнее время в советской науке к проблемам древней колонизации. Поэтому необходимо, рассмотрев взгляды буржуазных ученых, наметить новые пути к исследованию сложной и трудной проблемы античной колонизации, проблемы, которая может быть окончательно решена лишь творческими усилиями коллектива советских историков и археологов.

Интерес к проблемам греческой колонизации возник во второй половине XVIII в. под непосредственным влиянием новой колониальной политики европейских государств. Особую злободневность колониальный вопрос приобретал во Франции и Англии, поскольку в XVIII в. именно эти государства являлись главными соперниками в борьбе за колониальную периферию. [533] Поэтому пионерами по изучению греческой колонизации были как раз французы и англичане — барон Сен-Круа, мореплаватель и колонизатор Луи Бугенвиль, Дж. Симмондс и др. [534]

Эти первые работы несут на себе яркую печать острых колониальных интересов современности. Так, например, одна из работ Бугенвиля, изданная в 1777 г. (накануне открытой борьбы североамериканских колоний Англии за независимость), носит характерное название «История колонизации свободных государств древности, примененная к современной борьбе между Великобританией и ее американскими колониями». [535]

Работа Сен-Круа, изданная в 1779 г., «О состоянии и судьбе колоний древних народов», [536] обращена непосредственно к французам: «Вы заселяли землю в целях обогащения, а теперь вы опустошаете ее, грабя ее обитателей...» В истории греческой колонизации Сен-Круа видел путь, по которому нужно итти французам: культурный народ древности умел укреплять связи с колониями и строить на колонизации свой экономический расцвет. Этому же должны научиться и французы.

Однако наиболее полным и фундаментальным из ранних работ по истории греческой колонизации был получивший широкую известность четырехтомный труд Рауль-Рошетта «Критическая история основания греческих колоний» (1814—1815). [537] Этот труд подготавливался в период власти Наполеона, когда вновь ожили надежды на колониальную гегемонию, когда крах старых колониальных методов эксплуатации вызвал к жизни многочисленную и во Франции литературу с рассуждениями о создании «колониального права». Таким образом, труд Рауль-Рошетта приобретал характер политической злободневности, несмотря на строго античную тематику.

Основными причинами греческой колонизации Рауль-Рошетт считал национальное честолюбие греков и их религиозную систему. [538] К этим основным причинам присоединялись и другие: избыток населения при малом плодородии земли и страх голода, кровная месть; побежденные в политической борьбе партии, скрывая позор, уходили за море. Колонизацией предотвращалась гражданская борьба. Одновременно колонизация создавала барьер, охранявший цивилизацию греков от окружавшего их мира варваров. И лишь затем были только осознаны и выгоды земледелия на плодородных полях колоний и выгоды торговли.

Уже тогда Рауль-Рошетт выдвинул тезис о цивилизующей роли греческой колонизации, имевшей благотворное влияние на развитие человеческой культуры. [539]

Особое внимание Рауль-Рошетт уделил вопросу конституции и религиозным связям метрополии с колонией, которые гарантировали постоянную верность колоний своим метрополиям, ? ???????? ?????????. Там, где между метрополией и колонией не возникало таких прочных связей, не было и верности. [540] Современные колонии — английские и португальские — не могут гарантировать верности, ибо это — колонизация отщепенцев, людей деградированных (таковы португальцы в Бразилии); или колонистами являются люди, пострадавшие на родине за свои религиозные убеждения (таковы англичане в Северной Америке); поэтому в современной колонизации не возникает дружбы колоний с метрополиями; даже всеобщее просвещение и изучение в метрополиях римского права не отражаются на судьбе современных колоний. [541] О французских методах колонизации автор умалчивает, но цель его работы ясна: на примерах древней колонизации французы должны научиться обеспечивать себе преданность со стороны населения колониальных владений.

Таким образом, здесь впервые отчетливо выступили те черты, которые до настоящего времени остались свойственными всем позднейшим буржуазным историческим работам.

I. Греческая колонизация и в дальнейшем рассматривается как этап, предшествующий европейской колонизации и качественно однородный с ней. Именно эта мысль об однородности отношений древних и новых колонистов проводится в работах Эд. Мейера, Белоха, Курциуса, Бузольта, Гарднера, Билабеля, Хацфельда, Блоха и др.

II. Греческая колонизация представляется в идеальном виде, как носитель прогресса и человеческой культуры. Особенно ярко была выражена эта точка зрения Курциусом, который считал колонизацию священной миссией греков как служителей культа Аполлона. [542] Греки, как никто другой, таили в себе неистощимое стремление проникать вдаль, втягивать в орбиту эллинского мира далеко лежащие берега с неведомым населением; их не страшила никакая опасность вступить на пути, ведущие из родного моря на север и на юг. [543]

Греки, утверждал далее Курциус, приходили в другие страны лишь с мирными целями торговли, а не как завоеватели. [544] Греческая колонизация была борьбой с варварским миром, в первую очередь с финикийцами. Мудрость предприятия, радость удачи, возбуждающая новизна мест и незнакомого быта, обмен между людьми разнообразнейшего происхождения — все это заливает блеском славы творческую деятельность греческих колоний. [545] По Курциусу, период колонизации — это героический век, это — тот рост героического духа эллинов, который отразился и на всей последующей истории греческих государств.

Идеализация роли и значения греческой колонизации, прямое сопоставление ее с европейской колонизацией — выполняли свою политическую роль: оправдать колониальную экспансию капиталистических стран Европы.

Отсюда и трактовка причин греческой колонизации приобретала острый политический интерес.

Важнейшим фактором греческой колонизации является малоземельность и избыток населения. Уже Рауль-Рошетт нарисовал страшную картину, как греки убивали своих детей, устанавливали нормы деторождения и принуждали беременных женщин к выкидышам. «Я чувствую, — цитирует автор слова Монтескье, — ужасающий стыд, произнося это». Единственным спасением явилась колонизация.