Чтение онлайн

А театр она с джентльменом пошла! На Бродвей! Ей хотелось!!! И потом сама стала рассказывать своему будущему мужу про московские театры, завсегдатаем которых она когда-то была, про Станиславского, и про то, как ей в своё время очень хотелось стать актрисой (а это было уже враньём, но не страшным).

В решающий момент, на День благодарения, она пригласила в свою манхэттенскую квартиру их вместе с мамой. Рая несколько раз подчеркнула, что его мама – исключительная леди! – была у неё здесь несколько месяцев назад (нужно же напомнить о своей разумности, умении зарабатывать и снимать престижную квартиру в престижном районе на продолжительный срок).

Они ели запечённую индейку, а потом ещё салат с мясом рака и торт, который Рая собственноручно испекла в простой духовке.

Все остались очень довольны. Подарки друг другу дарили. Рая для леди припасла духи «Шанель№5» и пуховую белую шаль («В Грамерси-парке бывает прохладно»), для её сына – золотой паркер. Он промолчал, а мама его ахнула. Но вопрос относительно дальнейших отношений был решён и развивался в дальнейшем более чем стремительно.

Да он давно был решён! Американскому тридцатилетнему парню пришлась по вкусу русская модель, с ней на приёме показываться не стыдно. Но у него были кое-какие финансовые неприятности, которые он собирался решить знакомым способом, присмотрев в жёны дочку ювелира. Дочка ему не нравилась, а ещё больше не нравился её папаша, этот властный хамоватый ювелир. И поэтому парень колебался: или сам разрулит ситуацию, или всё-таки ювелиру придётся продаться.

Взяв в руки золотой паркер, он вздохнул облегчённо. Пусть. Женится на русской. Зато «дрочить» его никто не будет, и дети от русской красивые получатся.

Рае он вручил ерунду – небольшой фотоальбом с видами Нью-Йорка, упакованный в сногсшибательную яркую коробку. Рая открыла и воспитанно закатила глаза от восторга (она думала, что будет хуже, прекрасно зная американские нравы). Леди и её сын заулыбались и пригласили Раю прийти к ним с ответным визитом. Конечно, она пришла.

ОБИДА.

Алисия видела Раиного бойфренда. Та специально сделала, чтобы они со своим американским суженым-ряженым обязательно столкнулись с Алисией нос к носу, где Рая уже официально представила его как свою вторую половинку. Смотри, девочка, и учись! Вот какой мужик у меня, на лице написано, что с положением в обществе и со связями!

Рая хорошо относилась к Алисии, всегда понимала, что их жизненный опыт нельзя сравнивать, так как разница в десять лет – это целая пропасть между двумя поколениями, и более старший должен учить младшего.

И к Алисиной молодости Рая претензия не имела. (Сама была молодой, и поклонников у неё больше было).

Но захлёстывала обида на такую вопиющую несправедливость, когда эта Зингер, не прилагая особых усилий, сумела стать супермоделью, девчонка с Урала стала звездой и какого масштаба (стоит посмотреть правде в глаза)! И в престижном конкурсе на себя внимание обратила, что даже привередливые американцы «выписали» её из-за границы, и в Нью-Йорке сразу попала в топовое модельное агентство с высоким прайсом и частыми кастингами самых крутых брендов, и грин-карту оформила! Она, Раиса Ивановна Хренова, не один год ждала, чтобы ей пошли навстречу в посольстве и дали добро на оформление грин-карты, которая потом поможет приобрести вид на жительство! А эта Зингер… Образованием похвастаться не может (аттестат-«девятилетку» ей Сальников помогал получить; все задачи за неё решал и сочинения писал), английский она знает так себе, ленивая (лишний раз книгу в руки не возьмёт, чтобы позаниматься), маленькая (метр семьдесят с хвостиком), смуглая, худая, как велосипед, с вытянутым, как огурец, лицом. Страхолюдина с одной извилиной! И ей – миллионный контракт под нос…

Но Рая сдерживала себя, избегая по возможности уничижительных характеристик относительно если не подруги, так приятельницы и, столкнувшись с Алисией на показе в Нью-Йорке, когда та только ещё прилетела за океан, помочь постаралась обустроить ей судьбу в столь незнакомом месте: проконтролировала, чтобы она в обязательном порядке оформила кредитную карту и медицинскую страховку.

Кстати, Алисия заупрямилась. Она слишком хорошо помнила злоключения Наташи с Пашей; как эта несчастная Наташа носилась с работы на работу без выходных, чтобы внести необходимые платежи по кредитам и оплатить набежавшие штрафные просрочки, как скрывалась с малышом от коллекторов. Бабушка Гизела тогда Алисии сказала: «Видишь к чему приводят долги? Никогда, никогда не бери кредитов! Живи по средствам. Пусть мало у тебя в кошельке, зато спишь спокойно». И трудно было с этим утверждением не согласиться.

Но в Америке другой уклад жизни.

Рая буквально трясла Алисию, объясняя, что, случись что – без кредитной карты ей жилья не снять! Здесь всё завязано на кредитной истории, которая является подтверждением финансовой грамотности её хозяина и умения контролировать расходы.

Рая чётко оговорила условия: «Оформляешь карту, кладёшь на неё из своих денег долларов триста, и далее уже пользуешься. Сначала своими деньгами. А потом уже банк, видя, то ты человек надёжный, знаешь, когда снимать и когда пополнять карту, выдаст свой банковский лимит. Можешь им не пользоваться, но он должен у тебя быть! Тогда с тобой будут иметь дело!»

Алисия, которая считала каждый цент, заартачилась вначале, но потом всё же кредитную карту оформила, и она очень пригодилась ей в дальнейшем.

А о медицинской страховке решила «забыть» («Не буду болеть, и всё! Значит, и страховка не нужна») и даже наврала Рае, что, якобы оформила. Но Раису Ивановну Хренову, потомственную донскую казачку, не проведёшь! Она взяла Алисию за руку и сама отвела, куда нужно. Алисия чуть не разрыдалась, когда узнала, сколько ежемесячно ей нужно будет вносить по страховке.

– Без медицинской страховки ты в Нью-Йорке никто! – вразумительно сказала Рая и больно щёлкнула пальцами Алисию по лбу.

Алисия с благодарностью вспомнила потом её слова, и отношение к Рае стало с её стороны ещё более доверительным и тёплым.

А Рая продолжала поражаться несправедливости судьбы. Вот той, которая ничего не знает и ничего не умеет, ей – «золотое руно», а другим – шиш с маслом!

Эту Зингер отправили в Париж на «Haute cоuture»! Такой коротышке доверили открывать и закрывать показ! С её-то шатающимся подиумным шагом? Не ходит, а ногами-палками «колбасит»! Куда менеджеры смотрят? И скауты ротозейничают, подыскать модель с хорошей «физикой» не могут, как будто усох наш земной шар… А платья из коллекции «Haute cauture»? Дураки-дизайнеры не поленились и рискнули эксклюзивные платья под Зингер подогнать! Но что толку? Она всё равно их носить не умеет.

Вкуса художественного у неё – ноль! Не разбирается в моде совсем («А ещё мечтала учиться в колледже искусств, где много голых тётенек», - с усмешкой подумала Рая).

…

НЬЮ-ЙОРК. ВСЁ ДЕЛО В ШЛЯПЕ.

– Именинница, - ласково позвала Алисию Рая. – Ты шляпу-то Димке покажи! Вот шляпа у тебя по-настоящему изысканная. Супер!

– Да?

– Да! – воскликнула Димон. – Давай показывай!

Алисия опомнилась и распахнула дверцы своей гардеробной. Включила все светильники вверху, сбоку, внизу и принялась с озабоченным видом рыться в большой куче вещей.

– А ты какую шляпу имеешь в виду? – растерялась Алисия.

Рая замерла, потом в один шаг оказалась у гардеробной и потрясённо ахнула.

В этом волшебном дамском шкафчике на вешалках-плечиках висело немыслимое количество юбок, брюк, платьев; внизу на полках стояла шеренга разноцветных туфель, босоножек, ботильонов, сапог и полусапожек; на боковых крючках висели зонтики с цветочками и без, длинные зонты-трости и малюсенькие складные японские, а также дамские кожаные сумочки большие и маленькие всех мастей: кисет и торба, клатч и саквояж, шоппер и хобо – все строго брендовые, из натуральной кожи или качественного кожзама; на верхних полках красовалась орда всевозможных шляп, некоторые из которых, по всей видимости, были упакованы в большие картонные коробки.