Чтение онлайн

— Как это? Еще кого-нибудь изнасиловали и убили?!

— Нет. Было совершено покушение на одного человека. И в ходе расследования выяснилось, что его приемный сын, Макс Гертель, является важным свидетелем в деле Полины. Он — последний из тех, кого мы успели опросить, разговаривал с вашей дочерью, и он же, вместе со своим другом, обнаружил ее тело в парке.

— Так это что же, он ее?..

— Нет-нет: мальчик был влюблен в вашу дочь и рассказал нам, что незадолго до смерти он видел ее в плачевном состоянии. Она выглядела крайне подавленной, заплаканной, к тому же ее рвало. Макс дал ей свой носовой платок, помог ей привести себя в порядок… Когда Полину рвало, она потеряла золотую сережку, знаете, такую, с буковками…

— У нее не было сережек с буковками, — насторожилась Марина. — Я точно знаю!

— Она могла их купить в ваше отсутствие.

— Ну да, конечно… — вздохнула Блохина. — И что? К чему вы мне все это рассказываете?

— Ваше дело ведет Сергей Михайлович Мирошкин, очень опытный и толковый следователь прокуратуры. Но он вынужден действовать исключительно в рамках закона, мы же с моей помощницей подчас добываем информацию самыми разными способами, понимаете? Я хочу сказать, что у нас больше шансов что-то выяснить…

Лизе очень хотелось поработать над делом об убийстве Полины Блохиной, у нее аж руки чесались, когда она представляла себе, какие перспективы откроются перед ней, если Блохины согласятся поручить ей это расследование. Она найдет миллион свидетелей, заставит работать независимую экспертизу, поднимет на уши весь город, чтобы разыскать урода, надругавшегося над девочкой и убившего ее. Кроме того, по словам Мирошкина, все чаще и чаще в деле Полины звучало имя ее отца — Анатолия Блохина. И выяснить, что это за человек и действительно ли он был в Евпатории с женой, Лизе было бы проще, если бы она была вхожа в их дом и у нее возникла бы связь с этим семейством, с Мариной. А что, если он действительно не отец Полины, а отчим?

— Елизавета Сергеевна, да о чем вы говорите?! Я ведь уже здесь! Мы с мужем еще в самолете говорили о том, как бы разыскать вас и попросить помочь найти убийцу Поли. И это просто удивительно, что в морге нас представили друг другу. Конечно, морг — не самое приятное место для знакомства, но что поделать… По такому грустному поводу мы там и оказались. Может, вы помните Таню Нехорошеву? Вы еще помогли ей выиграть дело о разводе, а потом — доказать ее невиновность в деле о краже бриллиантов ее бывшего мужа?

— Нехорошева… Ах да, конечно, помню. Такая маленькая симпатичная брюнеточка брюлловского типа!

— Да, это точно она. В свое время она мне много о вас рассказывала, поэтому, когда в нашей семье случилось несчастье, мы сразу же вспомнили о вас. О деньгах не беспокойтесь, они у нас есть, мы заплатим сколько нужно. Лишь бы найти убийцу. И еще… — она перешла на зловещий, какой-то истерично-театральный шепот: — Вы его найдите, а я ему глотку перегрызу… Да!

Она всхлипнула и издала какой-то звериный горловой звук.

— Марина, я пригласила вас сюда специально для того, чтобы вы были одна, без мужа. И вот почему. В деле имеются показания свидетельницы. Она заявила, что двадцать третьего октября, вечером, буквально за час до убийства, ваша дочь покинула клуб со словами: «Папа!» — и буквально выбежала к машине. К вашей машине! То есть повела себя так, словно ее отец действительно находился здесь, в городе, и заехал за ней в клуб.

— Что-о?!

— Дело в том, что клуб оснащен камерами видеонаблюдения, но они установлены таким образом, что можно осмотреть всю территорию, кроме шоссе с проезжающими по нему машинами. И если к клубу подъехал джип — ваш джип, как утверждает свидетельница, знакомая Полины, — то можно увидеть, только как Полина сбегает с крыльца и исчезает… Мы увеличили ее изображение, и знаете, что нас удивило? Выражение ее лица. Она была счастлива, словно действительно неожиданно увидела своего отца!

— Нет… не знаю… Может, она его с кем-то спутала? Да и джипов таких в городе, как у нас, — полно. Может, она просто соскучилась и очень хотела, чтобы мы приехали?

— Кстати, когда вы разговаривали с Полиной в последний раз?

— Точно не могу сказать. Но мы то и дело звонили друг другу. Я звоню, к примеру, говорю: «Лежу я, Полинка, на пляже, загораю, сейчас пойду в воду…» В этом году октябрь выдался на редкость теплым, мы купались… Или она позвонит мне, скажет, что скучает, что дома очень тихо, она даже на ночь не выключает телевизор, ей нужен фон. Так, обычные разговоры.

— И все-таки: когда состоялся ваш последний разговор?

— Числа двадцатого, — нехотя призналась Марина Блохина. — Мне что-то нездоровилось, да и настроение было паршивым… Муж уехал на рыбалку, на Черные камни, это база такая… Там и порыбачить можно, есть прикормленные места, где тебе дадут и лодку, и снасти, а еще там какое-то стрельбище, такое место, где можно поупражняться в стрельбе. Он уехал, а я целый день спала, потом гуляла, пила кофе одна и сто раз пожалела, что мы не взяли с собой Полину. Ну пропустила бы она пару недель, потом все равно быстро наверстала бы учебу.

— Вы ничего не заметили в разговоре с дочерью? Может, ее тон был странным? Голос? Вы же должны были почувствовать, что с ней что-то не так…

— Все было хорошо. Я чувствую Полю… чувствовала. Когда ей нездоровится, у нее и голос кислый, и лицо. Что же касается каких-либо проблем, она всегда решала их сама. Да и какие проблемы могут быть в ее возрасте?! Разве что на любовном фронте, но я никогда не слышала, чтобы у Полины кто-нибудь был.

— Марина, давайте вернемся к вашему мужу. Вы говорите, что он уехал на базу Черные камни. Когда это было?

— Я точно знаю когда. Двадцать второго. Это был как раз день рождения моей сестры.

— Он точно был там, в Крыму? Не могло такого случиться, что он вылетел, скажем, домой?

— Да что вы такое говорите?! Вернувшись, он был под сильным впечатлением от рыбалки, показывал, сколько наловил рыбы, и все такое! Нет, это абсолютно исключено.

— Когда он вернулся?

— На следующий день, после обеда.

— Может быть, у него есть брат-близнец?

— Никакого близнеца нет. Братья есть, их всего у матери четыре, но все так разбросаны… в географическом смысле. Один живет в Краснодарском крае, двое других — в Волгограде. Толя с ними не общается, так уж сложилось, изредка мы обмениваемся поздравительными открытками.

— У них конфликт?

— Нет-нет, что вы! Просто у каждого — своя жизнь. Скажу откровенно, мне так спокойнее. Почему вы заинтересовались братьями Толи?

— У близких родственников нередко совпадают группы крови и ДНК. Мы обследовали вашу квартиру после того, что случилось с Полиной, и обнаружили мокрое полотенце, мужское, с биологическими следами, которые дали нам возможность определить ДНК человека, который им вытирался. Сравнили со следами, оставленными на предметах туалета вашего мужа, а их было предостаточно: его грязное белье в корзине, его бритва, расческа, зубная щетка…