Чтение онлайн

– Да, - не сразу признался египтянин.

– И профессора Орнего убили?

– И его тоже, - доктор не знал, радоваться или же

досадовать на неожиданное просветление памяти своего подопечного.

– А убийца? Его нашли?

– Да. Сейчас в исследовательском отсеке вершит

ся суд над ним.

– Кто он? Кто посмел убить мою божественную

Эллен?

– Кен... Кен Каваи.

Услышав это имя, Дэниел открыл глаза. Приложив

усилие, приподнял голову с койки.

– Кен Каваи? Но этого не может быть!
– он не мог

поверить в причастность хорошо знакомого ему человека к этому преступлению.

– Все улики против него. В его рюкзаке обнаруже

на рубашка со следами крови. Она принадлежит Орнего и Браун. А также при нем обнаружен кинжал, предполагаемое орудие убийства профессора.

– И что еще?

– Вот и все! Да, кроме того и показания свидете

лей, которые не раз слышали перебранку между покойным и убийцей.

– И это все?
– в недоумении посмотрел Гатеридж

на говорящего.
– Что это за улики? Перебранка?... Да что там какая-то ссора. Чтобы убить человека, необходимы веские причины.

– А ты считаешь, что ненависть - это недостаточ

ный повод?

– Нет, конечно же. Я, к примеру, недолюбливаю

тебя, как и ты, думаю, меня, но мы не собираемся убивать друг друга. Не правда ли?

– Безусловно, - согласился египтянин.

– А что за нож был изъят?

– Это Крис-Нике - кинжал повстанцев. Каваи ут

верждает, что нашел его.

– Врет бесстыдно!
– неожиданно заявил Дэниел.

Это его нож, и тем не менее он не совершал этого убийства.

– С чего это ты так уверен?
– сомневаясь в сужде

ниях душевнобольного, спросил врач.

– Нидл! Расследуя это дело, вы упустили самое

главное. Полагаю, разгадка кроется в этом инопланетном насекомом.

– По-твоему, ради нидла были совершены оба убий

ства?

– Именно! Кому-то понадобился нидл, он вошел в

исследовательский отсек, уповая на то, что в это время там никого не будет. Однако вор наткнулся на Орнего. При сопротивлении профессора он перерезал ему горло. А Эллен... она пошла туда исправить устройство связи и наткнулась на убийцу. Вот почему нидл создал ее двойника. Это насекомое было в руках не профессора, а убийцы. Ведь именно с этой целью вор явился туда.

– А дальше?

– То, что случилось потом, нет необходимости на

поминать, - пытаясь оградить себя от жутких воспоминаний, закончил страдалец.

– У тебя логичные суждения, несмотря на то, что...

– Несмотря на то, что я психопат? Сумасшедший?

Или...

– Душевнобольной.

– Звучит недурно, - горько усмехнулся Гатеридж.

И все равно по значению одно и то же, - и выдержав паузу, продолжил: Порой просветления бывают и у сумасшедших, а безумные водятся среди здоровых людей и судят невинных.

– Дэниел, каковы бы ни были твои домыслы, этого

недостаточно, чтобы оправдать Каваи.

– Есть еще кое-что. И это возможно спасет Кена, но

раскрою я свою тайну только на суде.

– Хочешь выступить в качестве свидетеля?

– Нет, в роли защитника.

Доктор колебался. Он не мог решиться отпустить буйного и непредсказуемого больного на свободу.

– Решай быстрее, Ахмед, либо ты спасешь невин

ного, либо станешь соучастником его убийства.

Ибн Салим подошел к койке и развязал ремни.

– Ты сделал правильный выбор, - силясь встать с

койки, подбодрил того Гатеридж.

– Надеюсь.

Врач помог юноше встать и, положив его руку на свое плечо, вывел из комнаты заточения. Дэниел еле стоял на ногах, его качало из стороны в сторону. Действие бромидов лишило его твердой походки. На ступеньках он споткнулся и чуть было не свернул себе шею, но доктор вовремя поддержал его за талию. Поставил на ноги и повел за собой.

– Какая материнская забота, - подшутил больной.

Ахмед Али нахмурился.

– Был бы у меня такой сын, как ты, давно бы при

душил его.

– За что?!

– За чрезмерную болтливость и неуместные шутки.

Шагай, больной, нам надо успеть на суд до вынесения приговора!

Гатеридж больше не обронил ни слова. Они добрались до нужного отсека в самый раз. Присяжные уже вынесли вердикт. Оставалось только оговорить меру наказания.

– Этот человек невиновен!
– послышался голос с

другого конца большого помещения.

Взоры присутствующих обратились на человека, посмевшего прервать судебное заседание. Каково же было удивление людей, когда они узнали в защитнике подсудимого бывшего капитана. Голова Дэниела была забинтована, после недавнего самоистязания, лицо осунулось от голодания, а глаза опухли от чрезмерной дозы успокоительного. На корабле давно прошел слух о его душевном состоянии, и все прекрасно знали о причинах недуга. Злые языки болтали, что Гатеридж

безнадежен, и безумство его неизлечимо. Его появле

ние в зале суда ошеломило всех.

– Кен Каваи невиновен!
– повторил Дэниел, при

близившись к судье.

Обязанности судьи на этом разбирательстве исполнял новый капитан "Сфинкса" - Джеффри Коллинз.

– Что это значит, доктор ибн Салим?
– призвал он

лечащего врача к ответу за такое своеволие душевнобольного.

– У мистера Гатериджа важное сообщение суду.

– Какое?

– Спросите об этом лучше его, - устав волочить

пациента на себе, Ахмед Али опустил его на свободный стул.

– Какую информацию вы собираетесь сообщить

нам, мистер Гатеридж?

– Я намереваюсь выступить в защиту подсудимого.

Это заявление, будь оно высказано даже здоровым человеком, воспринялось бы как недоразумение или помутнение рассудка. Однако, когда его сделал психически неуравновешенное лицо, присяжные и присутствующие зрители не удержались от хохота.

– Зачем вы привели его сюда?
– недовольно обра

тился Коллинз к египтянину.

– Поверьте, капитан, его стоит выслушать.